– Это я не Вам. Поехали.
Я рассчитывалась с водителем, когда боковая дверь открылась и передо мной появилась протянутая рука с тонкими пальцами.
– Разрешите помочь!
Я вышла из машины, проклиная весь белый свет.
– Так и думал, Полина Сергеевна, что Вы захотите для начала заехать домой переодеться. ― Ник вежливо улыбнулся старушкам, оккупировавшим лавку у подъезда. ― Ещё раз надумаешь сбежать, приволоку к себе с мешком на голове. И тогда пощады не жди. ― Прибавил он уже тише.
– Но я, действительно, ехала переодеться. ― Зачем я это ляпнула?
– Ладно, только быстро.
Мой взгляд упал на оттопыренную ширинку брюк. А Ирка оказалась права. У Николя крыша ехала, а боевой дух поднимался.
Больше часа я пронежилась в ванне, потом неспеша высушила голову и тщательно нанесла макияж. Длинное обтягивающее платье с открытой спиной не подразумевало нижнего белья. Я довольно усмехнулась. Пусть парень порадуется напоследок. С видом королевы величественно спустилась во двор.
– Ты убиваешь меня, женщина. На мне сейчас штаны лопнут.
Случилось то, к чему я была готова. Мы поехали не в «Чинар». Огромная двухуровневая квартира располагалась в дорогущем доме. Мы с Иркой не могли позволить себе покупку такой недвижимости. Квартиры быстренько разобрали москвичи. Хорошее вложение денег. Квадратные метры на побережье всегда ценились.
– Зачем тебе понадобилось покупать квартиру в нашем городе?
– Не привык жить в гостиницах. А бывать тут мне всё равно пришлось бы.
– Но два этажа…
– Два этажа, двенадцать комнат, три ванны и три санузла, а ещё веранда. Оттуда такой вид на закат открывается, закачаешься.
Я уже была тут. Дорога от входной двери в спальню показалась смутно знакомой. Ник развернул меня и повёл на второй этаж. Он не соврал. Огромные панорамные окна открывали воистину волшебный вид.
– В Ашаре нет настоящего моря, даже реки нет. Страна, воздвигнутая бедуинами в пустыне, крошечный оазис, островок жизни среди мёртвых песков. А я люблю море, люблю закаты и рассветы над ним. Словом, тут, у Вас, мне нравится.
– Я тоже люблю море. Знаешь, где бы ни была, всегда спешу вернуться.
Возле накрытого стола стоял высокий мужчина. Это он подарил мне чемодан эксклюзивных духов, которые я даже рассмотреть не успела, сотрудники спёрли.
– Ибрагим, мой мажори.
Я приветливо удыбнулась. Гигант и ухом не повёл, даже глазом не моргнул в мою сторону. Зато, уловив лёгкий кивок головы хозяина, вооружился крохотной ложечкой и откушал всё, что лежало на столе. Низко поклонившись, он удалился.
– Это что за первобытный ритуал?
Ник рассмеялся.
– Таковы обычаи. Пробовать еду входит в обязанности каждого мажори. Да ты присаживайся. Видишь, продукты безопасны. Как насчёт мидий?
Я поморщилась. С детства ненавидела вкус рыбы с курицей.
– Салат и мясо. Я кровожадна по натуре. Это так, к сведению.
Николя сам ухаживал за мной. Я была чертовски голодна. Правда, всем ресторанным деликатесам, я бы предпочла Иркин борщ, но не тащить же из-за этого араба к себе!
– Итак, ты что-то хотел сказать мне?
Ник потянулся через стол и взял меня за руку. Когда его губы коснулись моих пальчиков, по телу пробежала волна электрического тока. Отблески свечей играли в глазах мужчины, добавляя им дьявольского блеска. Ветерок из окна принёс в комнату сладковатый аромат орхидеи. У него там что, цветочный склад на балконе? Романтика, будь она неладна. Стоп, орхидея! Запах Ночи! Естественный феромон! Не дышать! Ах ты, гад! Всё продумал. Я уже хотела выдернуть руку, как мягкий язык принялся облизывать мои пальчики. Запах Ночи. Какая прелесть! Голова пошла кругом, а тело наполнилось приятным теплом.
– Кхе, кхе.
Я вздрогнула и обернулась. Дьявол раздери этого Ибрагима. Мой внутренний монстр уже начал мурлыкать, а теперь ощерился на бестактного слугу.
Мужчина стоял с каменным выражением лица, держа в руках сотовый. Он что-то сказал Нику на своём языке. Тот кивнул.
– Госпожа Полина! Это Вас. ― Ибрагим протянул трубку.
– Меня?
Приложив нереально дорогой смартфон к уху, я прокашлялась.
– Слушаю.
– Ой, Полина Сергеевна! Я Вам звонила, звонила, а у Вас телефон выключен.
Конец ознакомительного фрагмента.
