Ньюгейтская тюрьма, судя по тому, что она представляла в конце XVIII столетия, была совершенным адом в 1703 году. Политические преступники были перемешаны с самыми зверскими убийцами и ворами. Смертная казнь на виселице являлась тогда обыкновенным наказанием даже за мелкое воровство. После сессии уголовного суда палач едва успевал отправлять на тот свет множество попадавших в его руки жертв. Грязь, разврат и дебош стояли страшные. Ввиду отсутствия каких-либо гигиенических условий при содержании массы скученных здесь арестантов многие из них, не дождавшись казни, умирали от особого, так называемого «тюремного», тифа.
Вот в какой ужасной обстановке провел Дефо более полутора лет. Нужно полагать, что у него была отдельная камера, где он мог заниматься литературной работой, но при всем том трудно представить себе более ужасные условия для такого рода занятий, и тем более поражает нас почти невероятная умственная деятельность этого опозоренного, разоренного и всеми брошенного человека. В течение своего полуторагодового заключения вместе с убийцами и разбойниками Дефо издал до сорока сочинений и памфлетов по разным общественным и политическим вопросам, кроме газеты, называвшейся «Обозрение» и бывшей во многом предшественницею современных газет, которую он также начал издавать в тюрьме, один, без всяких сотрудников. Газета эта аккуратно выходила сначала один раз, потом три раза в неделю и пользовалась большою известностью. Дефо выпускал ее и после своего освобождения, до середины 1713 года. Если принять в соображение, что за девятилетний период, в продолжение которого выходил этот журнал, с первой до последней строки написанный рукою одного человека и представлявший в общей сложности до пяти тысяч печатных страниц статей по всем отраслям знаний, Дефо издал еще более восьмидесяти других сочинений, касавшихся всевозможных политических и социальных вопросов, волновавших в то время общество, то действительно его деятельность можно признать беспримерною в истории литературы, не говоря уже о той изумительной душевной силе, которую не могли сломить никакие гонения и беды.
В начале 1704 года произошел министерский кризис: господствовавшая до сих пор в парламенте партия крайних тори ввиду всеобщего недовольства, возбужденного ее реакционною политикой, должна была наконец сойти со сцены и уступить свое место вигам, и Гарлей (впоследствии лорд Оксфорд) встал во главе министерства. Он знал Дефо только по литературной деятельности, но считал его для нового правительства весьма полезным человеком, которого следовало поддержать. С самого начала своего вступления в министерство Гарлей принялся упорно хлопотать о его освобождении. Ввиду разных затруднений хлопоты эти увенчались успехом только через четыре месяца: в половине августа Дефо был освобожден из Ньюгейтской тюрьмы, причем все лежавшие на нем судебные штрафы уплатила королева. Благодаря усилиям того же будущего друга и покровителя в последние месяцы заключения Дефо была оказана денежная помощь его семье, находившейся в самом бедственном положении. Здоровье его было сильно расшатано в тюрьме, и по освобождении Дефо удалился на короткое время со своею семьей в уединенное местечко Эдмондбюри, чтобы набраться новых сил. Но голова и перо его не переставали работать. Памфлеты, трактаты и целые книги следовали почти непрерывно, так что одно перечисление их заняло бы несколько страниц Отдых его, впрочем, продолжался недолго; последовавшее во время его заточения крушение черепичного завода в Тильбюри опять вовлекло Дефо в бесчисленные затруднения с кредиторами, которые преследовали его судебными процессами (в некоторых случаях по наущению его политических врагов) и всякими несообразными требованиями. Ему ничего не оставалось более, как на время удалиться из Лондона, и он провел несколько месяцев в разъездах по юго-западным графствам Англии, скрываясь даже под чужим именем. И тут его новый друг Гарлей оказал ему большую поддержку. В это время происходили выборы в парламент, и он поручил Дефо содействовать своим пером и советом всем кандидатам либеральной партии в избирательных округах этого района.
Во время этих разъездов Дефо пришлось сделать более тысячи миль верхом; он не только присутствовал на всякого рода митингах и совещаниях с разными местными влиятельными людьми, но продолжал безостановочно издание своего журнала «Обозрение», начатого в тюрьме, все статьи для которого и теперь выходили из-под его пера.
Уладив дело со своими кредиторами по заводу, долги которым он продолжал выплачивать до 1715 года, Дефо отказался теперь от всяких коммерческих предприятий и посвятил все свое время и всю свою энергию одной литературной работе. В 1705 году вышло второе издание его сочинений, право на которое он продал нескольким лондонским книгопродавцам, чтобы сколько-нибудь поправить свои расстроенные дела. «Сочинения» быстро расходились, и в 1713 году потребовалось уже четвертое издание. Необходимо заметить, что Дефо всю жизнь был жертвою самого бессовестного литературного хищничества, отличавшего нравы его времени. Вслед за выходом каждого его сочинения, каждого выдающегося памфлета, появлялись незаконные перепечатки их; о такой книге, как «Робинзон Крузо», и говорить нечего: она расходилась во множестве краденых изданий, часто изуродованная; под ее обложкой прятались самые грубые подделки. В одном из своих сочинений Дефо говорит по этому поводу, что если б он мог воспользоваться хотя частью тех барышей, которые получали от продажи подделок под его произведения разные литературные хищники, то стал бы очень богатым человеком.
Изданная в 1706 году книга Дефо о соединении Англии с Шотландией была самым крупным из его сочинений, написанных в то время. Она имела большой успех и немало способствовала осуществлению этой меры, занимавшей тогда администрацию Гарлея. Соединение с Шотландией было любимой мыслью покойного покровителя Дефо, Вильгельма III, но осуществить ее пришлось только в царствование Анны. Ввиду замечательного успеха его книги правительство предложило Дефо ехать в Шотландию с целью популяризации там идеи проектируемого соединения двух стран, которая благодаря его сочинению уже получила значительное распространение в Англии. Перед своим отъездом он в первый раз был представлен королеве Гарлеем.
В течение трех лет Дефо жил в Эдинбурге, где он приобрел большие знакомства и сделался очень популярен. Жизнь в Шотландии так ему понравилась, что одно время он серьезно думал поселиться здесь навсегда. Когда вопрос о соединении с Англией обсуждался в шотландском парламенте, вышла его поэма «Каледония», написанная в честь Шотландии; в 1707 году, после окончательного утверждения акта о соединении, Дефо издал «Историю соединения двух королевств», в осуществлении которого он принимал немалое участие. Книга эта и теперь имеет значение как основательный исторический материал. Автор ее так близко познакомился с Шотландией и настроениями разных политических ее партий, что после возвращения его в Лондон, когда билль о соединении двух стран уже сделался законом, правительство, опасавшееся восстания в Шотландии якобитов[9], подстрекаемых Людовиком XIV, послало его вторично в Эдинбург с секретным поручением – влиять на общественное мнение и подготовить его к предстоящему после смерти Анны наследованию престола Ганноверской династией.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
