проводя у графа. Но письма шли из одного места в другое медленно. Да и делиться с женой новостями Уильям не спешил. Все, о чем он упоминал в письмах, касалось лишь приветов от Ричарда Филда, да краткого описания того, что происходило в театре. На письмах стоял адрес дома, в котором находилась комната Уильяма, а вовсе не название замка Генри Ризли.
Анна приехала в Лондон с детьми, не предупредив Уильяма заранее. Да, пожалуй, и сложно было бы ее в таком внезапном приезде обвинять. Она долго не решалась написать ему письмо, а когда решилась, стало понятно, что, скорее всего, она доберется до Лондона быстрее.
Хозяйка дома открыла дверь и увидела перед собой полную, довольно красивую, высокую женщину, рядом с которой стояла девочка лет десяти и восьмилетние близнецы, мальчик с девчушкой.
– У меня комнат свободных нет, – сразу заявила хозяйка, предпочитавшая сдавать комнаты актерам близлежащих театров.
– Я ищу Уильяма Шекспира. Я его жена, – пролепетала Анна. – Он присылал мне письма, на которых был указан ваш адрес.
– Уилл! – всплеснула руками женщина. – Не знала, что у него есть жена и дети. Проходите. Я провожу вас в его комнату. Но самого Уильяма нет. Он здесь в последнее время появляется редко. Впрочем, платит исправно. А больше меня ничего и не интересует.
– Как мне его найти? – спросила растерявшаяся еще больше Анна.
– Не знаю, – пожала плечами хозяйка. – Попробуйте сходить в театр. Может, они что-то знают. Тут совсем недалеко. Пока располагайтесь в его комнате.
– Спасибо, – Анна устало опустилась на стул.
В театре сведения оказались столь же скупы.
– Уильям бывает здесь редко, – отводя глаза, отвечали его друзья. – Он ставит спектакли графу Саутгемптону, поэтому проводит в замке много времени. Когда появится, не знаем.
И Анна решила просто ждать. Денег, которые она взяла с собой, должно было хватить на некоторое время. Она надеялась, что Уильям в какой-то момент все-таки появится у себя дома до того, как она потратит последний пенни.
Однажды Уильям зашел домой, чтобы заплатить за комнату.
– Вас ждут, – заговорчески прошептала ему хозяйка.
– Кто? – опешил Уилл.
– Ваша жена и дети. Они уж недели две живут в вашей комнате и ждут, когда вы, наконец, объявитесь. Даже в театр ходили. Но, видимо, без особого успеха.
– Жена и дети? – с тех пор, как Уильям большую часть времени стал проводить у графа, он начисто забыл об их существовании.
Быстро поднявшись по лестнице, он застыл у двери, не зная, что делать дальше. Больше всего хотелось сбежать обратно вниз и сделать вид, что его здесь и не бывало. Потом, Уильям глубоко вздохнул, собрал волю в кулак и вошел в комнату.
– О, Боже! Уильям! – закричала Анна, бросаясь ему на шею. Дети стеснительно топтались рядом.
– Анна, зачем ты приехала? Да еще привезла с собой детей? – отстранился Уильям.
– Я думала, прошло достаточно времени с тех пор, как ты уехал, – торопливо стала объяснять она. – Эти четыре года ты исправно отправлял нам деньги, и я подумала, раз у тебя все в порядке, то можно нам и ехать. Тут еще мой дядя собрался в Лондон на ярмарку. Он согласился взять нас с собой. Так, знаешь, мне показалось будет безопаснее.
– Это точно, – подтвердил Уильям, – вот в этом ты права.
– Ты не рад нашему приезду? – глаза Анны наполнились слезами.
Уильям вспомнил, как это бывало раньше: он не мог выносить вида ее печальных глаз, в которых как по мановению волшебной палочки появлялись слезы. Если Анна начинала моргать, то они катились по ее лицу, и Уильям всегда в этот момент ей уступал.
– Хорошо, хорошо. Оставайтесь. Я не рассчитывал тебя увидеть. Понимаешь, неожиданно получилось. Я живу по большей части у графа Саутгемптона. Он мне дает заказы. Я пишу для него пьесы, поэмы, сонеты, – сбивчиво объяснял Уильям, – но коль вы приехали, то конечно оставайтесь, – он понимал, что погибает, что рушится вся его жизнь, только недавно начавшая меняться к лучшему. – Надо снять квартиру побольше. Здесь мы разместиться не сможем.
Анна оглядела небольшое помещение. Она спала вместе с детьми на кровати Уильяма. Но впятером им, на самом деле, не уместиться в комнате никак.
– Я отправлюсь на поиски квартиры прямо сейчас, – объявил он. – Если сразу не найдется ничего подходящего, то поеду обратно к графу. А вы пока живите здесь.
Внизу Уильяма поджидала хозяйка.
– Представляю, как вы обрадовались приезду семьи, – сказала она. – Но что вы будете делать дальше?
– Иду искать квартиру, – ответил Уильям печально, – другого выхода нет.
– Возле городских ворот живет моя подруга. Она вам может сдать несколько комнат. До вашего театра оттуда даже чуть ближе.
– Могу я пойти к ней прямо сейчас?
– Конечно. Скажите, что от меня, и она вас устроит наилучшим образом, – заверила Уильяма хозяйка.
В тот же день семья Шекспира переехала на новое место. Анна бросилась обустраивать свой новый дом, отмывая комнаты и раскладывая вещи по местам. Уильям отпросился к графу – рассказать про приезд семьи и невозможность более проводить много времени в замке.
– Жена и дети? – Генри в недоумении посмотрел на Уилла. – Я и не знал, что они у тебя есть. Как ты умудрился от них сбежать?
– Анна меня в итоге отпустила сама. Но прошло четыре года, и она решила, что я вполне тут устроился. Генри, пойми, я вынужден буду хотя бы первое время пожить с ними. Я обещаю навещать тебя, как можно чаще, ставить для тебя новые пьесы и писать стихи. Не сомневайся! – Уильям страдал от невозможности выразить все обуревавшие его чувства.
– Я понимаю, – снисходительно кивнул граф, – возвращайся к своей семье. Ты помнишь, что завтра турнир сонетов? Надеюсь, сможешь прийти. Я на тебя делал ставку.
– Конечно, – заверил его пылко Уильям, – я обязательно приду. И даже напишу что-то новое. Ты можешь на меня рассчитывать.
– Отлично, – хлопнул граф ладонью по столу, – ступай. Увидимся завтра.
Уильям понуро поплелся домой. Вместо грандиозного ужина у графа его ждало скромное застолье с женой и детьми.
– Завтра мы можем сходить в гости к Филду, – предложила Анна за ужином. – Ты писал, у него родился сын. И что дела в типографии идут неплохо.
– Да, он только напечатал мою новую поэму, – Уильям откашлялся. – Но завтра у графа состоится турнир сонетов. Я должен там присутствовать.
– Ты пишешь сонеты? – удивилась Анна.
– Немного пишу. Говорят, получается неплохо.
– Ты бросил театр? Мне сказали, что ты там и не появляешься, – спросила жена, как бы между прочим.
– Ты ходила в театр?
– Да, в день, когда приехала, я пыталась
