отбраковка?
— А то и значит. Сами же знаете, что искусственный камень энергию не держит.
— Извольте, мы за свои отвечаем. Все прошли тщательную проверку, и я вас уверяю…
— Лишнего не возьмём, не переживайте, — перебил старшего Валерич. — То, что нам не подойдёт, вернём как есть. Если боитесь, что обманем, можете участвовать при проверке.
— Мы рассчитывали на несколько другое отношение. Давайте вернёмся к нашему вопросу. Мы готовы заплатить за сутки в городе. В этом случае вам не придётся рисковать жизнями.
— Нет, — сухим тоном произнёс я. — Это наш город, и нам здесь ещё жить.
— Вы же понимаете, что весной продуктов, пригодных в пищу, станет в десятки раз меньше. Но вам даже этого не прожрать, — резонно заметил старший. — Я не понимаю, в чём вообще проблема?
— А я не понимаю, почему вы так усердно рвётесь в город? — парировал я. — Складывается впечатление, что вам вовсе не еда нужна. Неужели Рязань настолько мала, что вашей общине не хватает продуктов?
— Господа, мы устали, давайте продолжим нашу беседу завтра, — тут же пошёл на попятную он.
— Так, либо вы нам всё сейчас рассказываете, либо завтра на рассвете садитесь в свои машины и валите обратно в Рязань, — вставил своё слово Лёха.
Старший некоторое время молча сверлил наши лица серьёзным взглядом. Затем о чем-то пошептался с соседом и, тяжело вздохнув, продолжил:
— Нам действительно нужна еда, но не та, что хранится на полках магазинов. Когда мы посетили нашу военную часть, нам удалось достать данные, что здесь находится бункер госрезерва. Знаете, что это?
— У вас есть точные координаты места? — тут же оживился я.
— Есть. Но за то, что мы поделимся информацией, прошу сделать скидку. Всё нам не забрать, вы же понимаете, сколько там добра. Предлагаю сделку: мы отдаём вам камни и показываем вход в хранилище. За это вы позволите полностью загрузить наши машины.
— Идёт, — тут же согласился я, — но это касается только еды.
— Естественно. Нас интересует зерно и консервы долгого хранения. Медикаменты и обмундирование можете оставить себе.
— Можно посмотреть на бумаги?
— Конечно, но прошу: давайте отложим этот вопрос до утра. Честное слово, сил нет даже языком шевелить. Надеемся на ваше понимание.
— Да, пойдёмте, я вас провожу. Надеюсь, помещение уже протопили.
Валерич ушёл и утянул за собой сонных гостей, и в кабинете нас осталось трое. Я, Лёха и отец Владимир, который всё это время сидел молча.
— Ладно, мне здесь высиживать нечего, у меня и своих забот по горло, — поднялся из-за стола священник. — Серёж, ты ко мне завтра вечерком ещё загляни, хорошо?
Дождавшись моего кивка, он тоже скрылся за дверью.
— Что думаешь? — спросил я витязя, как только мы остались одни.
— Херня какая-то, — пожал плечами Лёха. — Насколько мне известно, под Рязанью свои склады есть. Мутят они что-то.
— Печать? — предположил я.
— Не исключено. Но как-то уж очень сложно для этого. Могли бы просто чуть раньше на берег сойти, и шарились бы себе спокойно. Когда бы мы узнали, что у нас в городе чужаки?
— Согласен. Ладно, будем посмотреть, — решил я. — А ты завтра всю схему охраны перетряхни. На всякий.
— Так они реальной и не видели. Я ж не дурак. К тому же Валерич заранее предупредил, что на стену их потащит. Мы им только надвратную башню показали, остальное они даже близко не видели.
— Это хорошо, — задумчиво пробормотал я. — Но ты всё равно подумай, как там чего подкрутить можно.
— Решу. Ты завтра с ними пойдёшь?
— Ну не одних же их отпускать? Дай мне ещё пару своих бойцов, чтоб наверняка никого из вида не выпустить.
— Утром на воротах ждать будут. Тебя Любка нашла?
— А она когда меня искала?
— Да после ужина спрашивала.
— Нет, не видел её.
— А чё ты от неё бегаешь, кстати? Красивая же баба. Или тебя что-то не устраивает?
— Ой, всё, иди в жопу! — огрызнулся я и вышел из-за стола. — Вот ещё твоих нравоучений мне не хватало.
— Может, я её тогда себе заберу, раз тебе не надо?
— Забиралка не выросла, — бросил от выхода я, отрезав дверью хохот товарища.
Глава 4
Свой-чужой
Что из себя представляет бункер государственного резерва, я знаю не понаслышке. Приходилось бывать в подобных, и не раз. Это настоящая сокровищница Аладдина, которая находится глубоко под землёй, гораздо глубже, чем бункеры гражданской обороны.
Последний, в котором я бывал, располагался а двухстах пятидесяти метрах под поверхностью. Но я слышал, что есть и покруче. Мало того, для передвижения по ним используется транспорт, потому как коридоры порой достигают нескольких километров. Пешком там можно гулять целый день, ещё и заблудиться реально.
В таких хранилищах прячут не только еду. Где-то лежат горы оружия и боеприпасы, в других можно обнаружить спецтехнику, а в третьих — вообще оборудованные секретные лаборатории. И подобные бункеры можно встретить в самых непредсказуемых местах.
Нижний Новгород, конечно, мегаполис, и здесь по округе таких заначек наверняка не одна и не две. Но я встречал подземные хранилища вообще в лесу, когда вокруг, на расстоянии в сотни километров, нет даже захудалой деревеньки. Москве в этом отношении проще, там метро, в котором непрерывно ведутся работы. Сколько там таких нычек, одному богу известно. И это не шутка.
Военная машина неповоротлива и полна идиотов, впрочем, как и любая другая система огромных масштабов. Иногда случаются казусы, которые кажутся настолько абсурдными, что не укладываются в голове. И да, бывает, что информация о таких заначках теряется на бесконечных пыльных полках с документацией. Но чаще подземные хранилища попросту выводят из оборота ввиду плачевного состояния или в связи с появлением новых, более совершенных.
Что такое переезд, объяснять не нужно. Но если им занимаются военные, то это уже отдельная песня. Однажды, ещё во время прохождения срочной службы, я принимал участие в переносе части на другое расположение. Ох, если бы знали люди, сколько добра там осталось… А сколько ушло налево, в пользу «озеленения лунных поверхностей»…
Но это происходило на поверхности, а чтобы поднять добро с глубины в два десятка метров, требуются совсем другие ресурсы. Так и получается,
