Она вышла из квартиры на лестничную площадку. Захлопнув дверь, Кавелли последовал за ней. Девушка нажала на кнопку выключателя и, на мгновение заколебавшись, снова обратилась к нему:
— Сочтете ли вы бестактным, если я попрошу у вас стакан сока или чего-то в этом роде? Я ужасно хочу пить.
— Вовсе нет, но я боюсь, что у меня есть только красное вино и минеральная вода.
— Минералка — это прекрасно.
Они поднялись по лестнице, и Кавелли пригласил ее в дом. Пия осмотрелась.
— Хорошенькая квартирка! Да еще и шикарное местоположение. Дорого платите?
— Я не плачу арендную плату.
— О, я думала, что люди, которые здесь обитают, все же должны платить за жилье.
— Обычно так и есть, но ко мне это не относится.
— Значит, вы такой единственный?
— Нет, есть еще один человек, которому не нужно ни за что платить.
— И кто же это?
— Вы наверняка о нем слышали. Он называет себя папой.
Девушка рассмеялась.
— Какую же работу вы здесь выполняете? Вы — секретный заместитель папы римского?
Он достал из холодильника початую бутылку с минеральной водой и наполнил стакан.
— Нет, моя семья имеет право на проживание в Ватикане с 1513 года, с той поры, как мой прародитель Умберто Кавелли… впрочем, неважно. С 1513 года. Это старая традиция.
Тут он заметил, что письмо кардинала, оставленное на письменном столе, слишком бросается в глаза.
Пия открыла дверь, ведущую на террасу.
— Можно?
— Пожалуйста.
Она вышла на террасу и посмотрела на раскинувшиеся внизу сады.
— Как красиво…
Кавелли тем временем взял шляпу, лежавшую на диване, прикрыл ею письмо, а потом подошел к девушке и подал ей стакан воды.
— Спасибо, — она ненадолго замолчала, вероятно, глубоко задумалась над чем-то. Наконец она выпила воду и засобиралась в отель.
— Спасибо. Думаю, я украла у вас достаточно времени.
— Прежде чем вы уйдете…
Девушка посмотрела на него со странным выражением, которое Кавелли никак не сумел истолковать.
— Да?
— Не знаю, упоминал ли я об этом раньше, но мы с вашим дядей были друзьями — близкими друзьями. То, что с ним произошло, совершенно выбило меня из колеи… и его смерть показалась мне… — он попытался подобрать слово, — совершенно… как бы это сказать… Несообразной, абсурдной… Необъяснимой для меня. Я надеялся, вдруг у вас есть какие-то догадки или объяснения.
Пия прикрыла глаза, лицо ее внезапно побледнело…
— Я… — Она нащупала поручни террасы.
— Все в порядке? — Кавелли взял из ее рук стакан.
Девушка покачала головой.
— Сейчас все пройдет. Со мной так часто бывает. Мне просто нужно принять таблетки. Где моя сумочка?
Она вернулась в квартиру и огляделась вокруг. Он последовал за ней и присоединился к поискам. Пия бессильно опустилась на диван.
— Черт возьми, наверное, я забыла ее внизу. — Ее лицо исказила гримаса боли.
Кавелли уже стоял у двери.
— Я принесу.
— Маленькая черная сумка с серебряной застежкой, — крикнула она ему в след.
Торопясь, он перепрыгивал через несколько ступенек и уже через мгновение оказался в квартире кардинала Фонтана. Он торопливо окинул ее взглядом. Обеденный стол, письменный стол, диван. Ничего. Оставалось лишь надеяться, что проблема со здоровьем не настолько серьезна, как казалась. Кавелли обыскал гостиную. Сумочки нет. Он бросился на кухню. С первого взгляда стало понятно, что там тоже ничего нет. Снова вернулся в гостиную, а затем побежал в спальню. Без толку. Он остановился в раздумьях: куда же она ее подевала и где же он еще не искал? Кавелли открыл платяной шкаф. Там висели сутана и несколько черных костюмов. Что за ерунда? Не могла же она положить свою сумку в шкаф!
Оставалась только ванная. Он как раз собирался отправиться туда, как вдруг, наконец, обнаружил пропажу. Маленькая черная сумка висела на дверной ручке.
Ох уж эти женщины!
Кавелли схватил находку и выбежал из квартиры. По лестнице он поднимался, перепрыгивая через две ступени. Он распахнул дверь своего жилища и остановился, как будто наткнувшись на невидимую стену.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
XIX
Может ли католик быть хорошим американцем?
В конце девятнадцатого века подавляющая часть населения Америки вовсе не была в этом уверена. Как и евреи, католики считались гражданами второго сорта. В 1882 году группа переселенцев-католиков из Ирландии решила доказать, что такое отношение не является справедливым. Они основали рыцарский орден, назвав его в честь самого почитаемого католика в Америке. Их священными принципами стали: милосердие, единение, братство и патриотизм. Сегодня орден — крупнейшая в мире католическая организация, состоящая из мирян. Она включает в себя почти два миллиона человек — исключительно мужчин, причем среди них множество знаменитостей. Все члены организации объединены в четырнадцать тысяч ячеек. Помимо всего прочего, орден является одним из самых эффективных сборщиков средств для нужд католической церкви. Возможно, тут и кроется причина того, что папский престол весьма терпимо относится к обрядам ордена, включая церемонию посвящения в рыцари, несмотря на то что ритуалы сильно смахивают на те, что приняты у отвергаемых католической церковью масонов.
Сегодня все это казалось таким далеким! Человек в мантии смотрел на человека с мечом. Ему пришлось так долго ждать этого дня. Слишком долго. Невыносимо долго. Так долго, что все уже стало почти бессмысленным. Но он это заслужил.
Более восьми лет он выполнял свой долг канцлера. Это была третья по значимости должность в высшей рыцарской иерархии. Сегодня он поднялся на вторую ступень — Преемник Великого Рыцаря. Человек с мечом читал молитву на латыни. Что, собственно, она означает? Он никогда не задумывался об этом, не получалось даже уловить ее смысл. Но он продолжал слушать, оставаясь внешне спокойным, скрывая глубоко внутри и радость, и негодование.
Преемник… Каким бы он мог стать выдающимся Великим Рыцарем! Но эти мечты так и останутся мечтами. Даже повышение до Преемника Великого Рыцаря было для него большой неожиданностью. Когда шесть дней назад глава ордена отвел его в сторону и сообщил эту новость, первое, о чем он подумал, было: «Тупой говнюк, почему ты мне сказал об этом на четыре недели раньше?!» Теперь придется переделывать уже почти готовое надгробие — на нем не хватало лишь даты смерти. Восемьсот долларов — псу под хвост! На этот раз его привычка позаботиться обо всем заранее себя не оправдала. В тот же день он отправил сообщение каменщику:
«Требуется новый текст: Дуглас П. Рирден — Преемник Великого Рыцаря».
XX
Шляпа лежала посреди комнаты. В два прыжка Кавелли оказался у письменного стола. Письмо! Оно пропало!
— Пия?
Еще выкрикивая имя, он понял, что это не имеет никакого смысла. Очевидно, что девушка тоже исчезла. Он открыл сумочку: путеводитель по Риму и наполовину пустая упаковка бумажных салфеток — больше ничего. Кавелли сердито швырнул сумку в угол и выскочил на лестничную площадку.
Запыхавшись, он добежал до ворот Святой Анны и бросился к швейцарскому гвардейцу, чей пост размещался внутри и который заведовал бюро пропусков.
— Отсюда сейчас выходила женщина? Молодая, с темными волосами, в синем платье?
— Си, синьор Кавелли, — гвардеец понимающе усмехнулся. — Она села в такси.
Он с трудом подавил проклятие. Разъяренный, он резко развернулся, и хотел было уже вернуться домой, но тут ему в голову пришла толковая мысль. Кавелли вновь обратился к гвардейцу.
— Скажите, эта женщина вошла тоже через ворота Святой Анны?
— Си.
— У нее был пропуск?
— Си.
— На чье имя он был выдан?
— Я не помню, но сейчас посмотрю в списке, подождите.
— Пия Рэндалл?
— Си.
Хорошо уже то, что имя настоящее. Глубоко задумавшись, Кавелли повернул назад. Для того чтобы получить пропуск, нужно соблюсти различные формальности. Среди прочего предъявить официальный документ, удостоверяющий личность. Его, конечно, тоже можно подделать…
