2
ЭНИГМА
«Сыскать, — так молвил Соломон Дурак, —Нам не легко в сонете пол-идеи.И чрез пустое видим мы яснее,Чем рыбин чрез неапольский колпак.
Суета сует! Он не под силу дамам,И все ж, ах! рифм Петрарки тяжелей.Из филина пух легкий, ветер, взвей, —И будет он, наверно, тем же самым».
Наверняка тот Соломон был прав;Смысл не велик лирических забав, —Что колпаки иль пузыри из мыла!
Но за сонетом у меня есть сила,Бессмертен мой, как будто темный, стих:Я имя поместил в словах моих!
3
К МАРИИ-ЛУИЗЕ (ШЮ)
Из всех, кто близость чтут твою, как утроКому твое отсутствие — как ночь,Затменье полное на тверди вышнейСвятого солнца, кто, рыдая, славятТебя за все, за жизнь и за надежду,За воскресенье веры погребеннойВ людей, и в истину, и в добродетель,Кто на Отчаянья проклятом ложеЛежали, умирая, и восстали,Твой нежный зов познав: «Да будет свет»,Твой нежный зов заслышав, воплощенныйВ блеск серафический твоих очей, —Кто так тебе обязан, что подобнаИх благодарность обожанью, — вспомниО самом верном, преданном всех больше,И знай, что набросал он эти строки,Он, кто дрожит, их выводя, при мысли,Что дух его был с ангельским в общеньи.
1848
1
ЗВОН
I
Внемлешь санок тонким звонам,Звонам серебра?Что за мир веселий предвещает их игра!Внемлем звонам, звонам, звонамВ льдистом воздухе ночном,Под звездистым небосклоном,В свете тысяч искр, зажженномКристаллическим огнем, —С ритмом верным, верным, верным,Словно строфы саг размерным,С перезвякиваньем мягким, с сонным отзывом времен,Звон, звон, звон, звон, звон, звон, звон,Звон, звон, звон,Бубенцов скользящих санок многозвучный перезвон!
II
Свадебному внемлешь звону,Золотому звону?Что за мир восторгов он вещает небосклону!В воздухе душистом ночиОн о радостях пророчит;Нити золота литого,За волной волну,Льет он в лоно сна ночного,Так чтоб горлинки спросонок, умиленные, немели,Глядя на луну!Как из этих фейных келийБрызжет в звонкой эвфонии перепевно песнь веселий!Упоен, унесенВ даль временЭтой песней мир под звон!Про восторг вещает он.Тех касаний,Колыханий,Что рождает звон,Звон, звон, звон, звон, звон,Звон, звон, звон,Ритм гармонии в перезвоне, — звон, звон, звон!
III
Слышишь злой набата звон,Медный звон?Что за сказку нам про ужас повествует он!Прямо в слух дрожащей ночиЧто за трепет он пророчит?Слишком в страхе, чтоб сказать,Может лишь кричать, кричать.В безразмерном звоне томВсе отчаянье взыванья пред безжалостным огнем,Все безумье состязанья с яростным, глухим огнем,Что стремится выше, выше,Безнадежной жаждой дышит,Слился в помысле одном,Никогда, иль ныне, ныне,Вознестись к луне прозрачной, долететь до тверди синей:Звон, звон, звон, звон, звон, звон, звон,Что за повесть воет онОб отчаяньи немом!Как он воет, вопит, стонет,Как надежды все хоронитВ темном воздухе ночном!Ухо знает, узнаетВ этом звоне,В этом стоне:То огонь встает, то ждет;Ухо слышит и следитВ этом стоне,Перезвоне:То огонь грозит, то спит.Возрастаньем, замираньем все вещает гневный звон,Медный звон,Звон, звон, звон, звон, звон, звон, звон,Звон, звон, звон,Полный воем, полный стоном, исступленьем полный звон.
IV
Похоронный слышишь звон,Звон железный?Что за мир торжеств унылых заключает он!Как в молчаньи ночиДрожью нас обнять он хочет,Голося глухой угрозой под раскрытой звездной бездной!Каждый выброшенный звук,Словно хриплый возглас мук.Это — стон.И невольно, ах! невольно,Кто под башней колокольнойОдиноко тянут дни,Звон бросая похоронный,В монотонность погруженный,Горды тем, что богомольноКамень на сердце другому навалили и они.Там не люди, и не звери,Нет мужчин и женщин, где стоит звонарь:Это — демоны поверий,Звон ведет — их царь.Он заводит звон,Вопит, вопит, вопит онГимн-пэан колоколов,Сам восторгом упоенПод пэан колоколов.Вопит он, скакать готов,В ритме верном, верном, верном,Словно строфы саг размерном,Под пэан колоколовИ под звон;Вопит, пляшет, в ритме верном,Словно строфы саг размерном,В лад сердцам колоколов,Под их стоны, под их звон,Звон, звон, звон;Вопит, пляшет, в ритме верном,Звон бросая похоронСтарых саг стихом размерным;Колокол бросая в звон,В звон, звон, звон,Под рыданья, стоны, звон,Звон, звон, звон, звон, звон,Звон, звон, звон,Под стенящий, под гудящий похоронный звон.
2
ЕЛЕНЕ
Тебя я видел раз, лишь раз; шли годы;Сказать не смею сколько, но не много.То был Июль и полночь; и от полнойЛуны, что, как твоя душа, блуждая,Искала путь прямой по небесам, —Сребристо-шелковым покровом света,Спокойствие, и зной, и сон спадалиНа поднятые лики тысяч роз,В саду волшебном выросших, где ветерСмел пробегать на цыпочках едва, —На поднятые лица роз спадали,Струивших, как ответ на свет любовныйВ безумной смерти, аромат души, —На лица роз спадали, что смеялисьИ умирали в том саду, заклятомТобой и чарой близости твоей.
Одетой в белом, на ковре фиалок,Тебя лежащей видел я; свет лунныйСкользил на поднятые лица розИ на твое, — ах! поднятое с грустью.
Была ль Судьба — та полночь, тот Июль,Была ль Судьба (что именуют Скорбью),Что повелела мне у входа медлить,Вдыхая ароматы сонных роз?Ни шага вкруг; проклятый мир — дремал,Лишь ты и я не спали (Боже! небо!Как бьется сердце, единя два слова).Лишь ты и я не спали. Я смотрел,И в миг единый все вокруг исчезло(О, не забудь, что сад был тот — волшебный!)Луны погасли перловые блестки,Скамьи из моха, спутанные тропки,Счастливые цветы, деревья в грусти, —Все, все исчезло; даже запах розВ объятьях ароматных вздохов умер.Исчезло все, — осталась ты, — нет, меньше,Чем ты: лишь дивный свет — очей твоих,Душа твоих взведенных ввысь очей.Лишь их я видел: то был — весь мой мир;Лишь их я видел; все часы лишь их,Лишь их, пока луна не закатилась.
О, сколько страшных сказок сердца былоНаписано на тех кристальных сферах!Что за тоска! Но что за упованья!И что за море гордости безмолвной!Отважной гордости, л несравненнойГлубокой силы роковой Любви!Вот, наконец, Диана, наклоняясьНа запад, стерла грозовые тучи;Ты, призрак, меж деревьев, осенявшихТебя, исчезла. Лишь глаза остались,Не уходили, — не ушли вовек,Мне освещая одинокий к домуМой путь, светили (как надежды) — вечно.Они со мной ведут меня сквозь годы,Мне служат, между тем я сам — их раб;Их дело — обещать, воспламенятьМой долг; спасаем я их ярким блеском,Их электрическим огнем очищен,Я освящен огнем их елисейским.Мне наполняя душу Красотой(Она ж — Надежда), светят в небе — звезды,Что на коленях чту в ночных томленьях;Но вижу их и в полном блеске полдня,Всегда их вижу — блещущие нежноВенеры две, что не затмит и солнце.
3
