Читаем без скачивания Новые приключения Эллери Квина - Эллери Квин

— Ну и что? — с любопытством осведомился Гэллант.

— В словаре сказано, что один кубический фут мыльного камня весит от ста шестидесяти двух до ста семидесяти пяти фунтов. Каковы были размеры стопора? Шесть, шесть и двенадцать дюймов, или четыреста тридцать два кубических дюйма. Иными словами, четверть кубического фута. Руководствуясь числами в словаре и добавив небольшой вес барельефов в виде драконов, я установил, что стопор должен был весить сорок четыре фунта.

— Но ведь так и указано в квитанции, — пробормотал Купер.

— Совершенно верно. Однако эти сорок четыре фунта должны представлять вес цельного куска мыльного камня! А мистер Гэллант утверждал, что стопор имел внутри полость, способную вместить пятьдесят тысяч долларов в сотенных купюрах — то есть пятьсот банкнотов. Пространство, вмещающее такое количество купюр — не важно, насколько туго они спрессованы, — должно было сделать вес стопора значительно меньшим, чем сорок четыре фута. Поэтому я понял, что стопор был изготовлен из цельного камня и что мистер Гэллант лгал.

Снаружи послышались тяжелые шаги. Внезапно комната наполнилась людьми. Труп мистера Кагивы, обнаженный и желтый, как старый мрамор, положили на диван. С него тихо, словно виновато, капала вода. Билл Гэллант повернулся, и все увидели, как его глаза при виде трупа тоже стали мертвыми, как будто он осознал всю гнусность содеянного им.

Эллери взял у полицейского тяжелый и блестящий от морской воды стопор и повертел его в руках. Подняв взгляд на портьеру, он дружески улыбнулся драконам, которые теперь выглядели всего лишь украшениями из шелка и золотых нитей.

ПРИКЛЮЧЕНИЕ С «ДОМОМ ТЬМЫ»

— А это, — объявил месье Дьедонне Дюваль, теребя усы, — подлинное чудо изобретательности, друг мой. Конечно, с моей стороны так говорить нескромно. Но взгляните сами. Разве это не прекрасно?

Мистер Эллери Квин вытянул шею и сел на скамейку лицом к маленькой аллее аттракционов.

— Еще как прекрасно, мой дорогой Дюваль, — вздохнул он. — Вполне разделяю ваш творческий энтузиазм… Джуна, ради бога, сиди спокойно! — Полуденное солнце пекло немилосердно, и одежда Эллери уже давно начала прилипать к телу.

— Пошли дальше, — предложил Джуна.

— Может, не надо? — взмолился мистер Квин, вытягивая усталые ноги. Он все лето обещал Джуне эту увеселительную прогулку, но переоценил собственные силы. Эллери уже бродил по парку «Страна радости» под заботливым крылышком месье Дюваля — одного из его бесчисленных знакомых, неутомимого демона искусства декорации — добрых два часа, истощившие изрядную долю запасов его энергии. Напротив, Джуна с присущей юности неуемной жаждой удовольствий был, разумеется, так же свеж, как бриз, дующий с моря.

— Вы найдете это очень забавным, — улыбнулся месье Дюваль, демонстрируя белые зубы. — Это своеобразный шедевр в моей «Стране радости». — Новый парк развлечений, тщательно спланированный главным образом самим Дювалем и предлагающий посетителям разнообразнейший выбор изобретательных аттракционов, не имел себе равных на атлантическом побережье. — «Дом Тьмы»! Это, мой друг, плод истинного вдохновения!

— По-моему, выглядит здорово, — заметил Джуна, косясь на Эллери.

— Это еще мягко сказано, Джуна, — промолвил мистер Квин, снова вытягивая шею. «Дом Тьмы», стоящий в другом конце аллеи, не казался особенно привлекательным даже для джентльмена самых широких вкусов. Сооружение напомнило Эллери, тактично не упомянувшему об этом месье Дювалю, декорации «Кабинета доктора Калигари»[13] — немецкого фильма, виденного им однажды. Наклонные стены, покосившиеся крыши, шаткие балконы, сломанные окна и двери казались плодом извращенной фантазии. Здесь отсутствовало что-либо привычное и нормальное — все извивалось, торчало, наклонялось самым диким образом. Дом был построен в виде массивного прямоугольника, причем три стороны выходили на открытый двор в виде кошмарной улочки, мощенной потрескавшимся булыжником и уставленной покосившимися фонарями, а четвертая была занята будкой кассира и оградой. «Улочка только создает атмосферу, — с тоской подумал Эллери. — Самое мерзкое, очевидно, происходит за этими мрачными сюрреалистическими стенами».

— Alors,[14] — промолвил месье Дюваль, — если вы позволите мне на минуту отлучиться… Сейчас я вернусь, и тогда мы посетим… Pardon![15] — Он изящно поклонился, и его маленькая аккуратная фигурка двинулась к будке, возле которой молодой человек в униформе служителя парка разглагольствовал перед небольшой группой.

Мистер Квин вздохнул и закрыл глаза. Парк никогда не был переполнен, а жарким летним днем он и вовсе пустовал — посетители предпочитали примыкающие к нему купальни и пляж. Из скрытых громкоговорителей, расположенных во всех проходах и аллеях, доносилась танцевальная музыка.

— Странно, — сказал Джуна, громко хрустя попкорном.

— Что? — Эллери с трудом открыл один глаз.

— Интересно, куда идет этот тип? Вроде бы он ужасно спешит.

— Кто? — Эллери открыл другой глаз и посмотрел в ту сторону, куда рассеянно кивнул Джуна.

Мужчина, обладающий массивным туловищем и густой седой шевелюрой, быстро шагал по аллее. На нем были надвинутая на глаза шляпа с опущенными полями и темный костюм, лицо покрывал пот, а в осанке ощущалась какая-то свирепая решимость.

— Интересно, — пробормотал Эллери, — откуда у людей столько энергии?

— Странно, — повторил Джуна, продолжая жевать.

— Ты попал в точку, мой мальчик, — сонно промолвил Эллери, снова закрывая глаза. — Мне это не приходило в голову, но действительно есть что-то неестественное в человеке, спешащем куда-то жарким днем в парке развлечений. Этот субъект несется, как Белый Кролик,[16] а, Джуна? В то время как genus[17] посетителей «Страны радости» составляют любители неторопливых прогулок. Да, любопытная проблема. — Он зевнул.

— Должно быть, он спятил, — предположил Джуна.

— Нет-нет, сынок, это поспешный вывод. Цепочка умозаключений должна начинаться с того, что мистер Кролик, очевидно, пришел в «Страну радости» не ради развлечений per se,[18] если ты меня понимаешь. Следовательно, парк — всего лишь средство. Мистер Кролик — обрати внимание на его мятую одежду, Джуна, — даже не думает о «Стране радости». Она для него не существует. Он проходит мимо «Дантова Ада», гигантской стрекозы, лотков с попкорном и мороженым, словно слепой или как будто они невидимы… Диагноз? Я бы сказал, свидание с леди. При этом джентльмен опаздывает. Quod erat demonstrandum.[19] А теперь, Джуна, ешь, ради бога, свой попкорн и оставь меня в покое.

— Он уже кончился, — с тоской отозвался Джуна, глядя на пустой пакет.

— Вот и я! — послышался веселый галльский голос, и Эллери подавил зевок. — Не скучаете, друзья мои? Обещаю вам божественное развлечение… Уф! — Месье Дюваль пошатнулся. Эллери встревоженно привстал. Но оказалось, что массивный субъект в надвинутой на глаза шляпе столкнулся со щеголеватым маленьким французом, едва не сбив его с ног, пробормотал нечто, очевидно означающее извинение, и поспешил дальше. — Соchon.[20] — фыркнул месье Дюваль, сверкнув черными глазами. Он пожал плечами и осуждающе посмотрел вслед незнакомцу.

— Похоже, — сухо заметил Эллери, — наш Белый Кролик не может устоять перед вашим шедевром, Дюваль. Он остановился и слушает уговоры зазывалы.

— Белый Кролик? — озадаченно переспросил француз. — Да, он наш клиент, а с клиентами не следует ссориться, hein?[21] Ну, идем, друзья мои!

Эллери со вздохом поднялся, и гости вместе с хозяином зашагали по дорожке.

— Леди и джентльмены! — продолжал ораторствовать молодой человек. — Если вы не посетите «Дом Тьмы», то можете считать, что вы не побывали в «Стране радости». Такого возбуждающего аттракциона еще никогда не существовало ни в одном парке мира! Это мрачно, жутко, ужасно…

Стоящая перед ними высокая девушка засмеялась и обратилась к старому джентльмену, опиравшемуся на ее руку:

— О, папа, давай сходим туда! Уверена, что это очень забавно.

Эллери увидел, как седая голова под соломенной шляпой весело кивнула и девушка начала энергично пробираться сквозь толпу. Старик не отпускал ее руку. В его осанке ощущалась странная скованность, а при ходьбе он как-то причудливо волочил ноги, что привлекло внимание Эллери. Молодая женщина купила в будке два билета и повела старика за ограду внутрь.

— В «Доме Тьмы», — драматическим тоном продолжал молодой оратор, — вы не увидите ни единственного проблеска света! Вам придется искать дорогу ощупью, и если кому-то станет не по себе… Ха-ха! Абсолютная темнота! Вижу, джентльмен в коричневом твидовом костюме слегка напуган. Не бойтесь. Мы позаботились о том, чтобы посетители даже с самым слабым сердцем…