Но я не я, если не пройду его полностью.
***Настал тот редкий день, когда вышло солнце и осветило всё своими лучами, заставляя остатки снега блестеть. У Сергея сегодня выходной. Так-то он обычно уезжал в город, вместе с супругой, оставляя меня одного. Я знал, что он работает на заводе, вроде как механиком, но что именно делает не в курсе. Ольга же работала в больнице и тоже не любила рассказывать детали. Она несколько раз меня осматривала, но диагноз не ставила. Я старался им не показывать свою слабость. Пока они отсутствовал, делал, что мог, по дому, а если чувствовал накатывающую слабость – отдыхал. Так удалось скрыть то, что у меня проблемы со здоровьем. Может и зря. Я не хотел быть обузой для людей, которые приютили меня.
– Дядь Сереж, — позвал я. Почему-то такое обращение ему больше всего нравилось, — А вы ведь служили?
— Допустим, – бросил он на меня подозрительный взгляд.
— Значит разбираетесь в подготовке… эм… солдат?
— Допустим, — повторил он, нахмурился и отложил ключ, которым что-то подкручивал под капотом машины до этого . — Зачем спрашиваешь?
– У меня проблема нарисовалась.
Мужчина выпрямился, достал из кармана тряпку, вытер руки и уставился на меня. Недобро так уставился.
— Проблема?
— Да. Небольшая.
— Что за проблема?
– Моё тело… Оно может гораздо больше, но каждый раз берет в долг.
– В долг, значит, – мужчина посмотрел с нечитаемым выражением лица. Не то, чтобы я специалист по лицам, скорее наоборот, но сейчас было то самое выражение, которое уместно назвать «морда-кирпичом».
– Да, и я вот, что подумал. Если тело не выдерживает повышенных нагрузок, то его надо тренировать.
– Тренировать… Ясно. А ну пойдем к Ольге. Она в этом лучше разбирается.
***– Почему ты не сказал, что у тебя проблема?! – первым делом возмутилась женщина, выслушав пересказ моих слов от мужа.
– А что я должен был сказать? Я и сам не знал, что это проблема. Просто усталость чувствовал.
Сергей – крупный мужик, который раза в три больше, чем я сейчас. Ольга на его фоне тростиночка. Со светлыми волосами, в домашнем свитере, когда она улыбалась, то выглядела очаровательно и я тайно завидовал Сергею, что у него такая красивая жена. Да чего уж там, я завидовал и тому, что у него вообще есть жена.
Но на смену очарованию и красоте, когда она сердилась, приходило совсем другое. Опасный взгляд, от которого мурашки по коже бежали.
– Так, парень. – навела она на меня два угля глаз, – Я долго терпела. Твои дела это твои дела. Я ничего не спрашивала, но так дальше продолжаться не может. Если уж ты живешь под нашей крышей, то мы теперь за тебя отвечаем! – её палец почти уперся мне в грудь, – Раздевайся и ложись на диван, буду осматривать тебя.
– Но зачем? – удивился я.
– Ложись давай! – крикнула она.
Крикнула так, что стало понятно: либо я с боем прорываюсь из этого дома, либо подчиняюсь. Причем не факт, что первый вариант сработает. Ух Сергей, ну и суровая же жена у тебя.
Подчинившись, я побрел в сторону дивана, на ходу стягивая с себя верхнюю одежду.
– Откуда шрамы? – сразу последовал вопрос. Шрамы они давно видели, но сейчас видимо пришло время говорить откровенно.
– Какие именно?
– Откуда на руках я могу догадаться. А на груди?
– Порезался.
– Угу, – сказала она недовольно, но уточнять всё же не стала.
Шрамы были не только на груди. Ещё и по всему телу. Мелкие, едва заметные, они брали количеством. Большая их часть досталась в лаборатории, когда меня резали и ставили опыты. Другую часть получил при побеге. Ещё пара шрамов от волка, который всё же успел меня укусить.
– Досталось тебе, парень, – наклонился надо мной Сергей.
– Не мешай, – шикнула на него Ольга и принялась меня ощупывать, когда я лег на диван.
Её теплые пальцы проминали каждую мышцу, в каким-то местах задерживались, в каким-то сдавливали так, что я вскрикивал. Медосмотр с элементами пыток длился час, не меньше. Женщина не успокоилась, пока не прощупала большую часть моего тела.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Ну что там? – поинтересовался Сергей, который отходил на кухню, но к финалу осмотра пришёл к нам, держа в руках поднос с чашками и чайником.
– Никогда такого не видела, – вынесла женщина вердикт, хватая кружку, – С медом… мм… спасибо. Сейчас это как нельзя кстати.
– Сильно потратилась?
– Полностью. Очень уж… непростой организм.
– Объясните, что узнали?
Слушать о себе непонятные, но не сулящие ничего хорошего разговоры, было неприятно.
– Одевайся и садись. Выпей чаю. Я немного поработала с твоим телом, должно полегчать. Будет хорошо, если съешь что-то сладкое. Мед как раз подходит. Можешь прямо две-три ложки съесть.
– Без хлеба?
– Можешь с хлебом.
– Фух.
– Не любишь мед?
– Не люблю, когда слишком сладко.
Сладкое я впервые попробовал в новой жизни. Немного успел к нему привыкнуть, а потом опять отвык.
– Ничего, потерпишь, – отмахнулась от меня женщина, смотря куда-то вдаль.
– Так что со мной?
– А? Ах да, точно, – вернулась она в реальность, – Давай сыграем в игру. Я задаю вопросы, ты киваешь или мотаешь головой. А потом мы сделаем вид, что этого разговора не было, идет?
– Если вы расскажете, что со мной, то идет.
– Деловой, – нахмурилась она, – Ты когда-то бывал в лабораториях?
Кивок.
– Бывал там против своей воли?
Кивок.
– Долго? Больше года?
Кивок. Надеюсь, я об этом не пожалею.
– А родители твои имели дар?
Медленный, неуверенный кивок. Об этом не говорили в семье. По смутным обрывкам я догадывался, что что-то они умеют, но… Вживую так и не увидел.
– Ясно всё с тобой. Игра почти закончилась. Ещё чуть-чуть и сделаем вид, что этого разговора не было.
– Что со мной?
– Так сразу и не знаю, как ответить. Давай я лучше тебе сказку расскажу?
– Ольга… – попытался вмешаться муж, но заполучил такой взгляд, что сразу заткнулся.
– На одной далекой планете, – кажется, Ольга решила придумать сказку прямо на ходу, – Жили были дивные существа. Любили эти существа объединяться в группы и… в общем, не самыми мирными они были.
– Да уж, – хмыкнул муж и заполучил ещё один строгий взгляд.
– Воевали часто. Всё придумывали новые способы, как врагов своих обставить. Но не просто это придумать. Надо.. кхм… много экспериментов провести. И.. кхм… скажем так… Иногда что-то удаётся, но не очень удачно.
– Я неудачный результат экспериментов, которые ставили надо мной в лаборатории?
– Да, – кивнула женщина с задержкой, теперь смотря строго уже на меня, – Иногда один род берет в плен членов другого рода. Преимущественно детей. Это запрещено законом, но времена сейчас лихие. После того, как последний князь пал, некому следить за порядком.
– А на войне все средства хороши. Если у тебя совести нет. – добавил Сергей.
– Что мне делать с этим?
– Патологических отклонений я не обнаружила. Опасных тенденций тоже. Такое чувство, будто твой организм всё никак решить не может. То ли ему развиваться дальше, как того хотели те, кто ставил эксперимент, то ли законсервироваться.
– Что это значит?
– Консервация – это такое умное слово, обозначающее мучительную смерть.
Прекрасно. Найду всех Коршуновых и убью жесточайшим образом.
– Как-то можно помочь организму, чтобы он сделал правильный выбор?
– В твоём случае скорее да, чем нет. Пойми, тут нельзя дать гарантий. Неизвестно, что с тобой делали. Это ведь эксперименты… – стушевалась Ольга.
– Понятно. Так как мне быть?
– Давать посильную нагрузку… Нужно обеспечить твоему организму стресс, чтобы он начал развиваться и интегрировал все те изменения, которые с тобой сотворили.
– Иначе говоря…
– Иначе говоря, я попрошу мужа, чтобы он составил для тебя изматывающую программу. С учетом твоей общей слабости. А я буду присматривать и следить, чтобы процесс не зашёл куда-то не туда. Сегодня отдыхай, а завтра начнёте.
