Следующий день я встретил в окрестностях Вольного. Первого города новичков. Подбил баланс— я накопил за гноллов и «Несгибаемых» полторы сотни золота, не считая барахла в инвентаре. Теперь же я бесцельно шатался вокруг Вольного, раздумывая над тем, как проникнуть за стены и не огрести от стражи. Платить штрафы и прозябать в местных казематах не хотелось совершенно. К счастью на форуме я нашел соответствующую тему. Существовал целый раздел, посвященный благородному искусству разбоя, где начинающим аграм опытные ветераны подробно объясняли различные методы отъема чужого имущества, грабежей и прочих хитростей.
Преодолев океаны помоев, выливаемых обозленными игроками на агров в каждой их теме, я списался с одним взломщиком и за конскую цену в сто золотых получил почтой заклинание, на четыре часа маскирующее статус. Причем действовал свиток только на стражу у ворот и городские патрули. И для игроков ник тоже виделся синим. Но стоило сунуться к какому-нибудь административному зданию, типа казарм, мэрии, да и вообще куда-то кроме общедоступных зданий, как маскировка слетала со всеми вытекающими. Шаг вправо, шаг влево — тюрьма. Использовать свиток можно было не чаще раза в месяц.
— Ну за месяц-то стопроцентно отмоюсь, — я радостно потирал руки, предвкушая аукцион, гостиницу и пополнение припасов, — верное дело.
На дороге заскрипели колеса, в поле видимости показалась немилосердно дребезжащая телега, влекомая лошадью, похожей на заморенный труп. Восседавший на телеге крестьянин, хмурый, с поникшими усами, не вез ровным счетом ничего. На дне телеги набросано сено, да небольшой мешок рядом с возницей. Еще рукоять топора или молота топорщилась возле поводьев, полускрытая бортом.
— Эй, человек! — Я вынырнул из кустов перед самой лошадью, уже использовав купленный свиток. — В город едешь?
— А тебе какое дело? — возница вздрогнул, переменившись в лице и схватив короткий топор. — Тать?
— Сам такой! — усмехнулся я, бросив ему серебряную монету. — Еще одну, когда довезешь до города.
— Пять!
— Не борзей!
— Две?
— Поехали, — согласился я, запрыгивая в телегу. — Мчи во весь опор!
Я развалился на сене и занялся инвентаризацией. Пятьдесят золотых, три десятка серебром и горсть меди. Морально устаревшие кинжалы, простецкие мечи из дешевой бронзы или сырого железа, щит, какая-то магическая хламида, кольцо с пятеркой к удаче, самородок, и ржавые кирки с гноллов. Нужно срочно попасть в гостиницу, выкинуть барахло на аукцион и слить наличку в банк.
Пока телега натужно скрипела, а лошадь на последнем издыхании штурмовала пологий холм, я открыл форум. Город Вольный являлся стартовым центром для новичков. Тут была библиотека, рынок, многочисленные торговцы, наставники, жрецы и храмы широчайшего пантеона богов. Гильдии торговые и воровские, искателей приключений и магии, воинов и паладинов… Гильдий было как грязи. И каждая требовала, кроме внушительных ежемесячных взносов, еще и постоянно вкалывать на гильдейское же благо. За такую самоотверженность и преданность игрокам отсыпали малость от щедрот, позволяя получить какой-нибудь среднего пошиба меч из сокровищницы или особо заковыристый квест, над которым некоторые особо упоротые трудились иногда месяцами. Стоило ли это таких усилий форум не сообщал. То ли давали постыдные крохи и игроки не спешили позориться, то ли наоборот — заваливали дарами по самую макушку и игроки молчали в тряпочку, чтобы не было конкуренции. В последнее мне верилось слабо.
Так же я узнал, что Вольный был основан паладинами, фанатиками бога Эллоада Пресветлого. Паладины держали руку на пульсе, пресекая любые попытки прибрать власть к рукам каждому, кто, собственно, в их ордене не состоял. Поначалу любая оппозиция вырезалась во имя Пресветлого сразу и наглухо, но со временем это стало сказываться на репутации. И вот теперь, в просвещенное время, всех желающих организовать партию кузнецов, или имени того же Феррана, дабы влезть в политические игры, аккуратно и со всеми доказательствами обвиняли в злом колдунстве, чернокнижничестве, порче посевов, порче молока в деревнях и порче юных румяных крестьянок. После чего всех причастных отправляли на очищение грехов через костер на городской площади.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Приехали, — оторвал меня от чтения возница, — гони монету!
Городок вольготно раскинулся на берегу реки. Игроки вливались и выливались из городских ворот шумным разноцветным потоком. Я рассчитался с возницей и какое-то время восхищенно разглядывал массивную, осевшую под своей тяжестью городскую стену, исполинской толщины ворота, распахнутые настежь, и недобро щерящиеся зубья поднятой решетки. Над башнями развевались флаги, блестели на свету шлемы стражников, патрулирующих стену.
Немного робея и сомневаясь в действии свитка, я собрался и незаметной, но смелой мышью проскользнул в ворота. Стражи повели в мою сторону носами, но свиток отработал как надо. Игрокам, похоже, было и вовсе плевать на то, кто тут шарится, потому как на меня вообще никто не обращал внимания — все спешили, толкались, бранились и исчезали так быстро, что я даже ники прочитать не всегда успевал.
Я отдышался, уже увереннее устремился в многолюдный поток, который покружил меня по мощеным каменным улицам и выплюнул на главную площадь.
Сновали неписи, мчались куда-то игроки, тут было вообще не протолкнуться. Игроки, преимущественно новички, заполонили площадь почти целиком, торговали, собирали рейды, зазывали в кланы. Шум был дикий, я ошарашенно крутил головой, растерявшись.
— Эликсиры! Практически даром!
— Покупаю руду! Любую!
— А кому бижутерию? Распродажа! Налетай!
— Клешни убери, рачина! Стража! Грабят!
Прошмыгнул мелкий хоббит, мелькая волосатыми пятками, прыгнул в проулок и исчез. За ним с топотом промчалась стража и разгневанный игрок.
— Кражу качает? — хмыкнул я. — Тоже, что ли…
Проходившие рядом воительницы разом фыркнули и смерили меня возмущенными взглядами. Я пожал плечами и двинул к гостинице, вывеску разглядев еще издалека, благо она была прибита на высоте третьего этажа, написана огромными буквами и даже подсвечивалась, когда на нее падала тень.
— Золотой в день, — вместо приветствия бросила миловидная девушка за столом. — Предоплата сто процентов.
Я молча отдал золотой, получил ключ и через минуту сидел в номере. Гостиница давала доступ к аукциону и банковскому счету прямо в комнате. Под окном стоял массивный резной сундук — хранилище. Я сразу открыл аукцион, скинул туда выбитый шмот, с тоской посмотрел на кучу оружия на торгах, что мне было просто не по карману. Легендарки стоили как подержанный автомобиль в реале. Элитные вещи тоже недалеко ушли по цене. Питомцы, кроме обычных лошадок, ценой могли сравниться с бюджетом какой-нибудь страны из «третьего мира». Скрепив сердце, я купил два кинжала уже из благородного железа и с простенькими прибавками к шансу крита. Выбитый хлам закинул на аукцион, а остатки денег, что-то около сорока монет, скинул на счет.
— Мдя… А денег-то — кот наплакал.
Покинув гостиницу я поплелся к доске с заданиями. Там стоял сущий ад. Целая толпа новичков штурмовала длинную доску, где листки возникали и тут же срывались жадными руками. Кое-как протолкавшись поближе я принялся было выбирать, но получил пару ударов по голове, ребрам и даже, кажется, несколько укусов. Сорвал первый подвернувшийся листок и с трудом выбрался из толпы.
— Жадные крабы! — пробормотал я, отходя подальше. — Совсем одичали!
— Раньше было попроще, — согласился гном Дорин, тридцатого уровня, оказавшийся рядом, — а теперь нубье лезет толпами. Капсулы подешевели. Акция.
— Не подскажешь, где бы качнуться побыстрее?
— Десять золотых! — тут же показал хватку бородач. — Еще за десять до места доведу!
— Да ты сдурел, гноме? — возмутился я. — А как же взаимопомощь? Игрок игроку и все такое?
— В задницу взаимопомощь! — хладнокровно сообщил Дорин, огладив бороду. — Капитализм!
— Все вы гномы такие, — буркнул я, — жадные до злата.
