Читаем без скачивания Из книги «Шанс» - Семен Альтов

Соседи пожимают плечами: «Господи! Кто ж там пришел?..

Да все они, кобели, одинаковы!

Восемь с половиной

Никому нельзя верить! Москвичи божились, что возьмут Мыловидову обратный билет до Ленинграда, но в последний момент, сволочи, извинились, мол, не получилось.

Игорь Петрович приехал на вокзал в сильном расстройстве. Как любой человек в чужом городе без билета, он чувствовал себя заброшенным в тыл врага без шансов вернуться на Родину. Он постучал в закрытое окошечко кассы условным стуком тридцать пять раз.

— Лишнего билетика не имеете? — безнадежно спросил он кассиршу.

— Остались «эсвэ», будете брать?

— А сколько стоит?

— Двадцать шесть с постелью. Берете?

Мыловидов слышал об этих развратных купе на двоих, но в жизни ими не ездил, потому что вдвое дороже, а командировочным оплачивают только купейный. Но выбора нет. Ночевать негде.

— Черт с ним! Гулять так гулять! — Мыловидов вздохнул, с болью отдал четвертной и рубль с мелочью.

До отправления была уйма времени. Игорь Петрович, пыхтя сигареткой, гулял по перрону.

— А если действительно? Купе-то одно на двоих! Мало ли кого бог пошлет на ночь? Вдруг с дамой один на один? Зря что ли берут сумасшедшие деньги? — Кровь забурлила и ринулась Мыловидову в голову.

Игорь Петрович часто ездил в командировки, мотался по городам, казалось, логично случиться любовному приключению, но, увы, который год возвращался верным супругом. Мыловидов по охотничьим байкам товарищей знал, как это делается. Два, три комплимента, крутой анекдот, стаканчик винца и смелее на приступ, которого с нетерпением ждут. Строгость нравов и унылая жизнь толкают людей на случайные связи. Игорь Петрович был склонен к измене, но дурное воспитание не позволяло взять женщину на абордаж, положить руку на чужое колено, сойтись сходу близко. Каждый раз в пути ли, в гостинице, он ждал как мальчишка, что прекрасная незнакомка заговорит первой, поймет, что Мыловидов — подарок судьбы, и набросится. А уж сопротивляться он будет недолго. Но никто на Игоря Петровича не бросался, шли годы, надежда угасала, но все еще теплилась.

Наконец подали «Красную стрелу». Мыловидов ступил в таинственное купе, где на расстоянии вытянутой руки два диванчика, столик, ромашки в стакане и все.

Воровато оглянувшись, цапнул ромашку, быстренько оборвал на «любит, не любит».

И вышло «любит»! «А кто именно, сейчас узнаем!» — возбужденно шептал Мыловидов, откинувшись на диване.

В мозгу розоватый туман сгущался в облачко с очертаниями изящной блондинки.

Игорь Петрович мысленно вел с ней диалог:

— Позвольте, помогу чемоданчик закинуть?

— Спасибо. Сразу видно, в купе настоящий мужчина!

— Насчет этого не сомневайтесь! За знакомство не откажите стаканчик портвейна на брудершафт? (Он вез из Москвы бутылку портвейна, купленную по случаю.) Выпив, блондиночка жарко зашепчет:

— Вы не могли бы помочь расстегнуть… Такие молнии делают, без мужчины до утра не разденешься…

И вот оно началось, поехало! Само восхитительное безобразие он представлял смутно, но одно только «и вот оно, началось, поехало», — обжигало.

Мимо купе по коридору пошли пассажиры. Мыловидов напрягся всем телом, уши встали как у собаки. Когда проходила женщина, он обмирал, когда топал мужчина, все равно обмирал. Одно дело, ночь пополам с женщиной, друте дело, один на один с мужиком, тут ведь тоже шанс, прости господи!

— Не иначе француз изобрел такой пикантный вид транспорта, купе на двоих! Тут все может случиться, все что угодно! — возбуждал себя Игорь Петрович. — Куда денешься? Тут хочешь не хочешь. Но, правда, на весь роман по расписанию отпущено восемь с половиной часов. Полдевятого в Ленинграде. Приехали!

А вдруг я портвейн, а она потребует коньяку да лимона? Есть такие развратницы!

Небось, опытный сердцеед возит в походном наборе все: напитки, лимоны, предохранительные средства!.. А привезешь домой СПИД?! Тьфу-тьфу! Только этого не хватало! Остальное вроде все есть! Не может такого быть, — первый раз в жизни и сразу в десятку! К тому же в «эсвэ» ездит приличная публика. Я тоже порядочный человек. Жену уважаю, честно смотрю ей в глаза одиннадцать лет.

Сколько можно? Никогда не мучили угрызения совести, а хотелось бы!..

Мысли Мыловидова скакали как сумасшедшие.

— А если войдет без чемодана? Как тогда ей скажу: «Позвольте ваш чемодан?» А без чемодана с чего начинать? Не с портвейна же! Хотя времени в обрез и с портвейна ход верный… Это смотря на кого налетишь.

Мыловидов устал. Мысли путались, дурацкая фраза «И вот оно началось, поехало!» — мелькала чаще других, будоража и выматывая.

Пассажиры, не ведая ни о чем, проходили по коридору. Чаще мужчины, мелькали и женщины, но почему-то шли мимо. А если второй билет не купили?! Ехать за двадцать шесть рублей одному на двух диванах?! У нас же не Франция, там в любую гостиницу заскочил, заплатил и люби! У нас наедине только в лифте можно остаться! А тут целая ночь на двоих! Париж на колесах… «Помогите расстегнуть!». Вот оно, началось, поехало!..

А вдруг портвейном напоишь, — уснет, не добудишься! Вот будет номер!

Рискнуть. без портвейна? На трезвую голову приличная дама в контакт не войдет!

Черт бы побрал эти «эсвэ»! То ли дело в плацкартном! Все друг на друге и никаких мыслей, скорей бы доехать! А тут…

Мыловидов настолько увяз в вариантах, что не сразу заметил на диване напротив блондинку, точь-в-точь такую, как он себе представлял! Облачко в штанах!

Игорь Петрович протер глаза, галантно вскочил и пробормотал: «Портвейна не желаете?» — Какого портвейна? — синие глаза девушки стали огромными.

— Португальского!

— Вы сумасшедший? — спросила блондинка.

— Нет. Командировочный.

Девушка начала рыться в сумочке.

— Прошу! — Мыловидов метнул пачку «Опала».

Блондинка достала красивую пачку, вынула сигарету, помяла пальчиками. Вынула золотистую зажигалку. Игорь Петрович, выхватил коробок, как ковбой кольт, на скаку зажег спичку, но блондинка, усмехнувшись, прикурила от зажигалки.

Мыловидов, расхрабрившись, попытался мысленно раздеть девушку, но, расстегнув блузку, смутился и покраснел так, будто мысленно раздевали его. Опустив глаза, уставился на зажигалку. Блондинка покачала головой: «Возьмите себе!» Игорь Петрович сунул зажигалку в карман и даже не поблагодарил.

— Могу помочь положить чемодан! — вдруг выдавил он из себя, вспомнив заученный текст.

— Какой чемодан?

— Любой!

В это время в купе влетел загорелый парень. Девушка бросилась ему на шею. Пока они целовались, Игорь Петрович глупо улыбался, ему казалось, он смотрит в кино заграничный фильм с хорошим концом. Прервав поцелуй, парень, через спину блондинки спросил:

— А вы что тут делаете?

— Я тут еду.

— А ну, покажите билет?

— Билет есть. Вот он.

Взяв билет, парень покачал головой.

— Очки носить надо, дедуля. Это шестое место, а у вас шестнадцатое.

Счастливого пути!

— Серж, дай ему сигарет, а то он «Опал» курит! — сказала девушка.

— Да ради бога! — парень протянул Мыловидову пачку импортных сигарет и вежливо выпроводил. Дверь захлопнулась.

— Ну, вот оно, началось, поехало! — вздохнул Мыловидов. — Но я ж еще не видел, что выпало на шестнадцатый номер! Надо поглядеть! И напевая «Не везет мне в смерти, повезет в любви», он зашагал к своему купе. Дверь оказалась закрыта. Изнутри женский голос произнес: «Минутку! Я переоденусь!» — Не мужик, уже повезло! Значит так. «Позвольте, помогу положить чемодан…» — Войдите! — донеслось из-за двери.

Мыловидов вошел. Слева на диване, закутавшись с головой в одеяло, лежало тело.

Голос безусловно был женский, но под одеялом фигуру, тем более лицо угадать невозможно. Как знакомиться в такой ситуации? Тем более чемодана не было, так что с козырной карты тут не пойдешь.

— Добрый вечер! Я вашим соседом буду!

Сдавленным голосом из-под одеяла прошипели:

— Учтите, я замужем! Будете приставать — закричу! Вас посадят!

Игорь Петрович опешил. При разборе партий такое староиндийское начало нигде не встречалось.

— А я, может, и не собирался приставать! К кому? Вы бы хоть личико показали!

— Может, еще что-нибудь показать! Помогите!

— Вас не трогают, чего кричите?!

— Чтоб знал, как буду орать, если тронешь. Я еще громче могу!

— Ничего себе стерву подложили! — подумал Мыловидов. — Слава богу, рожу не видно. А то потом сам с собой не заснешь!

Сев на свое место, он острожно достал бутылку портвейна. «Выпью и спать! К чертовой матери! Дались мне эти бабы! Все равно лучше моей Светки никого нет!

Вот с кем бы на ночь в одном купе оказаться!» Он отхлебнул из бутылки. В тишине глоток прозвучал громко, и тут же из-под одеяла вынырнула рука с монтировкой. Перед ним предстала страшная баба в сапогах, в ватнике, застегнутом на все пуговицы, и в каске. Вылитый водолаз в скафандре.