Следом появились два кожаных плаща с капюшонами – удобно и не промокают, фляги с вином и водой. Пояса с разными кольцами, колечками, зацепками, крючочками. Как Свея объяснила, для того чтобы на него вешать ''всякое'' – для начала этим оказались фляги. Потом мы пошли к кузнецу.
– Надо тебе купить меч и нож, – говорила девушка, пока мы шли в кузницу.
– Честно говоря, я мечом пользоваться не умею, – признался я и, кажется, покраснел.
Свея остановилась, недоуменно посмотрела на меня.
– Ты что, с луны свалился? – логичный вопрос.
– Нет, чуть ближе, – улыбнулся в ответ.
Она уже было сделала шаг, но опять повернулась и вновь посмотрела:
– Слушай, ты… – потом помотала головой, словно отгоняя дурные мысли. – Нет… ничего.
– А все-таки? – проникновенно поинтересовался я.
– Не обращай внимания, – отмахнулась она. – Вон кузница, – указала на постройку, из трубы которой валил густой дым.
В кузнице стояли сумерки, и только наковальня была ярко освещена рвущимся из очага огнем. Еще в ней было жарко, как в сауне. Через пять минут я взмок так, как будто окунулся в воду.
Возле наковальни стоял огромный мужик голый по пояс, но в кожаном переднике. Длинные волосы были перехвачены в ''конский хвост'', а борода завязана в несколько косичек. Он бил по длинному куску железа молотом, от чего во все сторону разлетались оранжевые искры, грозясь поджечь все, до чего смогут дотянуться. Но кузнец только щурился и вновь рука, вздуваясь невероятными мышцами, поднималась вверх и с громким стуком опускалась вниз. Ударив по заготовке еще несколько раз, он сунул ее в стоящий рядом чан с водой – оттуда пошел пар – и повернулся к нам.
– Зачем пришли? – громко спросил он басом.
– Нам бы на оружие взглянуть, – осторожно, я бы даже сказал, со страхом в голосе, произнесла Свея.
– Ну пошли, – усмехнулся кузнец.
Через небольшую дверь мы попали в комнату: низкий потолок, но крепкие и длинные стены, дощатый пол и все это буквально заставлено и завешено оружием. Мечи, ножи, пики, алебарды, сабли, кистени и много чего, что я никогда не видел. Все это хотелось потрогать, погладить, подержать в руках.
– Да здесь же можно небольшую армию вооружить, – уважительно произнес я.
Кузнец рассмеялся в голос, запрокинув голову.
– Выбирайте, – кивнул он.
– Что посоветуешь? – спросил у Свеи, но девушка выглядела не менее растерянной и удивленной чем я. – Понятно, – тяжело вздохнул.
Я проходил вдоль стен, осторожно, словно это антиквариат, трогая оружие, оно было: холодным, острым, с простыми и резными рукоятями, с прямым и искривленным лезвием. Оно было опасным в умелых руках, но я им только любовался. Свея в это время терлась возле метательных ножей, видимо выбирая себе по вкусу.
Не знаю почему, но я вдруг остановился возле дальней стены, где так одиноко, просто прислоненный к стене, стоял меч: большой, с двойной рукоятью; простой, без изысков, крестовиной; широким, не меньше чем с ладонь и длинным обоюдоострым лезвием. Рядом стояли такие же простые ножны, обтянутые кожей.
От меча шел жар, словно его минуту назад вытащили из печи. Я попробовал взять его – он оказался тяжелым, но, приложив усилия, смог поднять его. Тут произошло опять что-то непонятное – меч словно превратился в пушинку. Он лежал в ладонях как влитой, сверкая лезвием даже в этой полутьме, а в руки шло тепло, словно он грел их, и держать его было одно удовольствие. Чувствовалось, что его можно держать так хоть сутки напролет и руки не затекут.
– Его, – тихо произнес. – Я возьму его.
– Зачем? – удивилась Свея.
– Ты уверен? Здесь есть мечи лучше и красивее чем этот, – спросил кузнец. – Может тебе подобрать другое оружие, более стоящее?
– Нет, – отказался я. – Мне нужен он.
– Но он стоит три грода, – было видно, как у Свеи от удивления расширились глаза. – Тут есть мечи стоящие гораздо меньше, и они более надежны, – доверительно сообщил кузнец. – А это просто железка, которая пылиться тут уже не первый год.
Глядя на меч, не скажешь, что он валялся тут все это время без ухода. Лезвие чистое, без следа ржавчины, гарда покрыта небольшими выемками, а на рукояти что-то вроде рыбьей чешуи – так руки не скользят.
– Его, – снова произнес я, пробуя, как лезвие входит в ножны – идеально.
– Вик, ты понимаешь, сколько это стоит? – подскочила Свея. – Мы на эти деньги лошадей сможем купить и провианта на месяц.
– Ты уже выбрала? – просто спросил я. Зачем объяснять то, что не объяснишь.
– Да. Вот, – обреченно произнесла она, показывая, на пять метательных ножей в кожаных ножнах.
Небольшие, с прямым, остро заточенным лезвием, недлинной рукоятью обмотанной жгутом, оканчивающейся маленьким набалдашником – чтобы пальцы не соскользнули.
Так же она взяла два больших ножа, что больше походила на маленькие мечи – для себя. И еще пару: один похожий на мачете, только с тупым, обрубленным концом и расширяющимся лезвием, а второй с деревянной рукоятью, длинным, чуть выгнутым клинком черного метала – для меня.
Кузнец, молча, кивнул в сторону выхода и первым шагнул в насыщенный жаром и запахом метала, помещение. Мы последовали за ним.
– Вы не похожи на городских, – произнес он, останавливаясь возле наковальни.
– А мы и не из города, – сказала Свея.
– Это видно, – усмехнулся кузнец. – За все я возьму четыре грода.
– Сколько? – чуть не подавилась словами девушка. – Да это все и грода не стоит, – нахально заявила она.
– Как хотите, – пожал плечами бугай. – Оставляйте, дальше по улице сможете купить что-то подешевле.
– Вик, пойдем отсюда, – взяла меня за руку Свея. – Нечего с ним разговаривать. Найдем другую кузницу, где будут более сговорчивы.
– Заплати, – тихо попросил я, глядя на усмехающегося кузнеца, но взгляд его был строг и холоден.
– Что? – на этот раз девушка уставилась на меня. – Ты хоть слышал, сколько он запросил за свои железяки?
– Заплати, – все также негромко произнес я, видя, как в глазах кузнеца проскользнуло удивление.
– Да… да… ты… понимаешь? – не могла найтись Свея.
– Заплати, – снова попросил.
Девушка надулась, уничтожающе взглянула на меня, не менее грозно на кузнеца, что стоял, скрестив руки на широкой груди, и шлепнула на наковальню четыре золотые монеты. Потом подхватила ''покупки'' и буквально выбежала из кузницы. Я перекинул перевязь ножен через голову, от чего большая рукоять стала торчать из-за плеча.
– Подожди, – остановил меня кузнец, когда я уже собрался выйти. – Не думай, что прогадал – это оружие стоит таких денег, и оно послужит верно. Этот меч я ковал для себя, он многое видел и многих убил. Но я больше не боец, – в глазах было сожаление. – Я поклялся, что продам меч тому, кого он сам выберет. Не смотри, что он такой неказистый. У него было много покупателей, но не один не смог достойно держать его в руках – ты первый, после меня. Его зовут Аргон – справедливый, – он помолчал с минуту. – И скажи своей подруге, что деньги это не главное.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
