извинился, однако высокий циркач, похоже, не торопился принимать его извинения; он угрожающе навис над и так не оделенным богатырской статью парнем и что-то угрожающе ему сказал. Летун в ответ упрямо выпятил подбородок и что-то с вызовом ответил. Похоже, намечался первый конфликт.
Кристина напряженно наблюдала за происходящим и, когда здоровяк из «Обскуриона» отвел руку, явно собираясь ударить, даже вскрикнула. Но уже летевший кулак парня перехватили двое других «черных» циркачей; они крепко стиснули здоровяка с обеих сторон и с застывшими вежливыми улыбками на лицах фактически силой его увели.
– А где у вас проходит обряд посвящения? – отвлек Кристину голос Дэнни.
– Обряд посвящения? – рассеянно повторила она.
– Ну да. Церемония, на которой цирк признает тебя своим.
Кристина отвела наконец взгляд от Летуна, которому сейчас больше ничто не угрожало, и заставила себя сконцентрироваться на вопросе. Обряд посвящения… Визит в цыганскую кибитку обрядом или церемонией никто не называл, но, наверное, Дэнни имел в виду именно это. Хотя еще до первого визита в кибитку происходило кое-что другое. Может, это и было посвящением?
– Первую ночь новенькие обязательно спят в одном из трейлеров, у входа в который висит табличка с мелком. Наутро на ней появляется их цирковое имя, – рассказала Кристина чистую правду.
– Просто появляется – и все? Никаких испытаний? Никаких проверок?
– Ну, если бы цирк назвал меня какой-нибудь условной Кракозяброй, наверное, это стало бы для меня тем еще испытанием.
Дэнни улыбнулся, оценив незатейливую шутку, и сказал неожиданно серьезным тоном, заметно выбивающимся из общей легкости:
– Гуманно у вас тут все…
– А у вас как? – тут же заинтересовалась Кристина, но ответа получить не успела: на середину дороги, ровно между черным «Обскурионом» и разноцветным «Колизионом», вышли Джордан с Кабаром.
* * *
Метатель ножей пытался держаться уверенно, по-лидерски, но рядом с директором чужого цирка было особенно заметно, чья аура власти подлинная, а чья – наносная.
– Мы выяснили, что у обоих наших цирков афиша в один и тот же город, на одну и ту же дату, – без предисловий заявил Джордан, обводя взглядом циркачей. Лучи света отражались в разноцветных кусочках его непроницаемых «витражных» очков и отскакивали в воздух разноцветными пятнышками.
– Один и тот же, – весомо повторил стоящий чуть позади Кабар. Кристина отметила, что сегодня он был не в своей повседневной одежде, а в брюках и рубашке с подтяжками; они составляли часть его сценического костюма и очень ему шли, о чем метатель ножей наверняка знал.
– И мы приняли решение провести совместное представление, – продолжил Джордан.
– Совместное! – выразительным эхом подхватил метатель ножей.
Кристина едва не засмеялась. Больше всего их и. о. директора сейчас напоминал ретивого ассистента, который отчаянно пытается выслужиться перед боссом, но делает это крайне нелепо.
Покосившись на циркачей, Кристина поняла, что это заявление застало врасплох всех; артисты «Обскуриона» тоже не знали о планах своего директора.
– И как это будет происходить? – первым подал голос Вит.
– А совместные номера будут? – присоединился кто-то из циркачей «Обскуриона».
– Если что, я только за! – выкрикнул парень, с которым флиртовала Джада, и подмигнул гимнастке. – Я уже и шикарную напарницу присмотрел!
– Мы поставим один шатер и будем по очереди показывать наши номера, – без промедления ответил Джордан.
– По очереди! – многозначительно повторил Кабар.
– Когда представление закончится, мы разъедемся.
– Разъедемся… – на этот раз более или менее угадал подходящее для выделения слово метатель ножей, но выбрал совершенно неуместный тон – мрачный и зловещий.
– И учтите, мы заберем с собой двоих из вас – в качестве оплаты за помощь.
Слова Джордана были встречены озадаченной тишиной. И даже Кабар промолчал, не повторив эхом ни одного слова.
– И о какой же помощи идет речь? – снова первым подал голос Вит.
– У следующего города пятая категория сложности, одни вы не справитесь, тем более после того, как потеряли сразу нескольких человек, – ответил Джордан. Сделал паузу, а потом усмехнулся: – Ах да, вы же ничего не знаете о категориях. Что ж, ваш выход, коллега, – махнул он рукой Кабару.
Метатель ножей расправил плечи и словно подрос на несколько сантиметров.
– У каждого города, в котором мы даем представление, есть своя категория сложности аудитории, – сказал он с таким видом, словно объяснял нечто давно ему известное; если бы Кристина не подслушала тот его разговор с Джорданом, то даже поверила бы, что он и правда все знал. – Наш следующий пункт назначения – максимально сложный, и это значит, что мы должны выложиться на все сто пять процентов, чтобы «пробить» всех до единого зрителей. С учетом наших недавних потерь, может, и на все сто десять. Если это не удастся, нам грозят массовые удаления. Одни мы не справимся. Вместе с ними у нас есть шанс.
Кристина огляделась, оценивая реакцию циркачей, и подумала, что, наверное, когда она подслушивала разговор, у нее было такое же выражение лица, как у них сейчас, – целый спектр самых разных эмоций, от растерянности и недоверия до страха и паники.
– Вы что, не знали? – шепотом спросил Кристину Дэнни.
Девушка только молча помотала головой.
– О, – коротко воскликнул шут. Чуть помолчал, а потом уточнил: – Не знали про следующий город – или вообще в принципе не знали?
Кристина выразительно на него посмотрела, и рот Дэнни округлился в еще одном «О», только на этот раз безмолвном.
– А с чего вообще вы взяли, что там такая сложная аудитория? Вы уже выступали в этом городе? – снова взял на себя роль озвучивателя общих мыслей Вит, обращаясь на этот раз напрямую к Джордану.
В полной тишине директор «Обскуриона» медленно подошел вплотную к Виту. Джордан был высоким и массивным, и окружающая его аура непонятной угрозы делала его еще больше. Но когда он встал напротив Вита, Кристина не без удивления осознала, что они, оказывается, одного роста. Наверное, Джордан даже немного пониже, но котелок на голове уравнивал его с Витом.
Несколько мгновений витражные очки пристально пялились на парня, и Кристину, всего лишь наблюдающую за этим со стороны, пробрала дрожь. А вот по их ходячему «генератору электричества» было совсем незаметно, что Джордан его нервирует; то ли Вит это так хорошо скрывал, то ли и правда аура директора «Обскуриона» на него не действовала.
– Вот черт! – едва слышно прошептал сидевший рядом Дэнни, про которого Кристина уже успела забыть.
«Что сейчас будет?» – напряглась она. И тут Джордан резким движением снял очки.
Кристина шумно втянула воздух, увидев на этот раз куда ближе белые незрячие глаза. Несколько мгновений – и их снова закрыла заслонка из маленьких разноцветных осколков, вставленных в круглую оправу.
– Ты не должен быть здесь, –
