— Ну что ж, директор, теперь нас уже не расстреляют как провокаторов войны, а если что и пропало, так это твоя «фирма». Списывай все убытки на войну.
Время было обеденное. Только мы уселись за стол, директор дома отдыха принес мне радиограмму из Москвы — приказ Разведупра: «Немедленно выехать к месту новой службы город Львов начальником Разведотдела Шестой армии. Кондратов».
Вот и решилась моя судьба.
Публикация А. В. Новобранца
КОММЕНТАРИИ КАНДИДАТА ВОЕННЫХ НАУК ЮРИЯ НИКОЛАЕВИЧА ЗОРЯ
По роду своих занятий мне пришлось изучать материалы Нюрнбергского процесса над нацистскими преступниками, и я имел доступ к документам, которые свидетельствовали о подготовке гитлеровской Германии к нападению на СССР. Уже в военные и послевоенные годы было ясно, что внезапность войны — это миф, культивируемый сталинским руководством, однако миф этот оказался настолько живуч и жизнестоек, что многие верят в него и сегодня.
Мы только делаем попытки сказать правду о тех годах, в то время как наиболее добросовестные западные историки, давно уже продвинувшись дальше нас в этом вопросе, сделали свои выводы, заявив однозначно: не было внезапного нападения на СССР, советская разведка информировала сталинское руководство не только о подготовке Германии к войне, но и о времени ее начала.
В 1973 году в США вышла книга американского исследователя Бартона Уэлея «Под кодовым названием «Барбаросса», и в ней автор пишет: «Сталину докладывали о признаках и времени готовящегося Гитлером нападения на СССР. На фоне этих докладов кажется невероятным, что Сталин оказался неспособным осознать опасность и не предпринять каких–либо действий по ее предупреждению…»
Говоря о том, что советская разведка сумела заблаговременно вскрыть подготовку Гитлера к войне, американский исследователь делает вывод, что в неудачах начального периода войны главная вина лежит на Сталине и его окружении, не принявших во внимание данных советской военной разведки, попавших в ловушку, расставленную Гитлером.
Подобный вывод в значительной мере подтверждает и маршал Г. К. Жуков. В своих воспоминаниях он рассказывает о проведении в декабре 1940 года военно–стратегической игры, которой руководил начальник Генерального штаба К. А. Мерецков. Эта игра отражала соотношение сил СССР и Германии и учитывала все особенности действий немецко–фашистских войск в Европе. Данные о противнике подготовила военная разведка. Многое в этой игре предопределило то, с чем в, начальный период войны пришлось столкнуться нашим войскам. Ее результаты могли бы стать основой для прогнозирования операций будущих сражений, однако этого не случилось, поскольку ни Сталин, ни его ближайшее окружение не приняли оценки противника, сделанной Генеральным штабом на основе данных нашей военной разведки. Более того, работа военной разведки вызывала недоверие у Сталина, и не одна сотня разведчиков была уничтожена по его указанию.
Сразу же по окончании военно–стратегической игры был смещен с должности начальника Генерального штаба К. А. Мерецков, а на его место назначили Г. К. Жукова, для которого Сталин в то время был величайшим, непогрешимым авторитетом. Все это дает повод считать, что подобное развитие событий после военной игры было одним из наиболее существенных просчетов руководства страны, приведших к трагическим последствиям начального периода Великой Отечественной войны.
Исходя из того, что «Разведывательная сводка № 8» за подписью В. А. Новобранца была подготовлена к декабрю 1940 года, можно считать, что и она была положена в основу оценки противника при планировании проводившейся в том же декабре военно–стратегической игры. Подлинными документами подтвержден и факт его доклада «О франко–германской войне 1939–40 гг.», подготовленного для руководства страны. Сопоставляя данные «Разведывательной сводки № 8» со ставшими известными документами верховного главнокомандования германских вооруженных сил, можно сделать вывод, что наша военная разведка еще до подписания Гитлером Директивы № 21 по варианту «Барбаросса», в которой речь шла о непосредственной агрессии на СССР, еще на ранней стадии вскрыла факты непосредственной подготовки Германии к войне.
Вот как об этом пишет в своей книге Бартон У элей: «Во время войны для Сталина стало очевидным, что ГРУ (Главное разведывательное управление. — Ю. 3.) является основным источником надежной информации, обеспечивающим поступление большого количества точных, своевременных сведений, по существу, по всем замыслам германского верховного главнокомандования. Оно добыло в том числе заблаговременно полные и точные данные по плану «Барбаросса…»
Вскрыть факт подготовки Германии к агрессии на самой ранней стадии было делом сложным. Но еще труднее было сделать это в условиях активно и целенаправленно проводимой нацистами дезинформации, которая, надо это признать, была весьма изощренной. Обвиняя Гитлера в коварстве и вероломстве, следует признать высокий профессионализм немецкой разведки в планировании и проведении дезинформационных мероприятий, их умение учитывать слабые стороны нашего военно–политического руководства.
Вот несколько выдержек из «Документальной хроники непосредственной подготовки вооруженных сил гитлеровской Германии к нападению на СССР (июнь 1940 — 22 июня 1941)», составленной по документам верховного главнокомандования вооруженных сил Германии. Большая их часть прошла международную юридическую экспертизу во время Нюрнбергского процесса и, на мой взгляд, весьма красноречиво свидетельствует о масштабах дезинформационных мероприятий.
«…Директива верховного главнокомандования вооруженных сил относительно мероприятий по введению противника в заблуждение…» «…Независимо от того, будем ли мы… осуществлять высадку в Англии, необходимо постоянно оказывать соответствующее давление на английский народ и вооруженные силы Англии… Обеспечение единообразия… сообщений, которые должны доходить до противника различными путями (в частности, через военного атташе), является задачей… заграничной контрразведки…
В ходе приготовлений речь может идти о введении запрета в определенных районах для передвижения гражданских лиц, чтобы повысить степень достоверности приготовлений… Лица, которым поручено вести соответствующую работу, не должны, кроме круга лиц, определенных главнокомандующими видами вооруженных сил, знать, что речь идет о мерах по введению противника в заблуждение…» (7 августа 1940 г.)
«…Указания ОКВ. Управлению военной разведки и контрразведки.
В ближайшие недели концентрация войск на Востоке значительно увеличится… Из этих наших перегруппировок у России ни в коем случае не должно сложиться впечатление, что мы подготавливаем наступление на Восток… Для работы собственной разведки, как и для возможных ответов на запросы русской разведки, следует руководствоваться следующими основными принципиальными положениями.
— Маскировать общую численность немецких войск на Востоке, по возможности, распространением слухов и известий о якобы интенсивной замене войсковых соединений, происходящей в этом районе. Передвижения войск обосновывать их переводом в учебные лагеря, переформированием…
— Создавать впечатление, что основное направление в наших перемещениях сдвинуто в южные районы генерал–губернаторства… и что концентрация войск на Севере относительно невелика…
…5. Работы по улучшению сети шоссейных и железных дорог и аэродромов объяснять необходимостью развития вновь завоеванных восточных областей, ссылаясь при этом на то, что они ведутся нормальными темпами и служат главным образом экономическим целям…» (27 августа 1940 г.)
«…Директива верховного главнокомандования вооруженных сил об отсрочке проведения операции «Морской лев» до весны 1941 года.
1. Фюрер принял решение о том, чтобы приготовления к высадке в Англию с настоящего времени и до весны сохранялись лишь как средство политического давления на Англию.
…а) необходимо у англичан сохранять впечатление, что мы продолжаем готовить высадку широким фронтом…» (27 октября 1940 г.)
«…Директива № 21. «План Барбаросса».
…Приказ о стратегическом развертывании вооруженных сил против Советского Союза я отдам в случае необходимости за восемь недель до намеченного срока начала операций.
Приготовления, требующие более продолжительного времени, если они еще не начались, следует начать уже сейчас и закончить к 15.5.1941 г.
Решающее значение должно быть придано тому, чтобы наши намерения напасть не были разгаданы…
Число офицеров, привлекаемых для первоначальных приготовлений, должно быть максимально ограниченным. Остальных сотрудников, участие которых необходимо, следует привлекать к работе как можно позже и знакомить только с частными сторонами подготовки, необходимыми для исполнения служебных обязанностей… Иначе имеется опасность возникновения серьезнейших политических и военных осложнений в результате раскрытия наших приготовлений, сроки которых еще не назначены…
