— Затем, что, если он рассердится, — я толкнула фавна в бок. Незачем ребенку знать, что почти всех, кто с ним соприкасается, он разрывает в клочья в ту же секунду.
— Зайка, можно я его поглажу? — я стала подходить к ребенку, стараясь не делать лишних движений и не издавать шума.
— Хорошенький, правда? — Айка протянула пушистого зверька мне.
Стараясь не дышать, я взяла руки Айки и поднесла к клетке, в последний момент спихнув разомлевшего от глаженья зверька внутрь и захлопнув за ним клетку. Обида крауса была мгновенной и сильной. Зверь увеличился в размерах трижды, выпустил когти и зубы, которые были не меньше, чем у саблезубых тигров, и бросился на прутья клетки.
— Мама, — отшатнулась Айка, — это плохой зверек.
— Никогда! — взревел герцог, подлетая к ребенку. — Никогда ничего не трогай без разрешения! А лучше вообще никогда ничего не трогай!
Айка судорожно сглотнула.
— Хорошо, — и отступила на шаг назад, задев какой-то механизм. Раздались щелчки, и один ряд клеток открыл свои дверцы.
— Убила бы того, кто делает такие механизмы, — с вызовом посмотрела я на Деона, выталкивая Айку на улицу.
— Что будем делать? — спросила я, когда за Айкой закрылась дверь.
— Слава Свену, в этом ряду не хищники, а только грызуны, — Деон взял со стены лопату и сачок. — Поймать будет нетрудно. Но тебе лучше уйти.
Я вооружилась ведром, стоящим рядом.
— Думаешь, я не справлюсь с десятком мохнатых малышей?
Фавн покосился на мое ведро и пожал плечами.
— Иди справа, я пойду слева. Всех, кого найдешь, отправляй в клетки.
Мы разошлись. В ангаре слышались звуки маленьких ножек, разбегающихся в разные стороны.
— Ловлю, — раздался из-за стеллажей громогласный голос фавна, что-то упало, покатилось, эхом прокатились по всему ангару вой, рычание и лай, и топот нескольких сотен маленьких ножек стал приближаться.
Я встала в боевую позу, ноги на ширине плеч, ведро в руках. Из-за поворота показались они. Маленькие, не больше хомячков, грингулы. Когда моя деревня еще стояла, они водились во всех ближайших окрестностях, избавиться от них было практически невозможно. Они заселяли все норы, проникали за любые преграды и съедали все запасы зерна. А размножались с невероятной скоростью. Судя по толпе, увеличивающейся с каждой секундой, процесс этот шел чуть ли не на ходу.
Приготовив ведро, я поймала первую партию, и тут же засунула в ближайшую клетку. Успела сделать еще три захода, когда толпа иссякла, а самым последним вышел фавн. Камзол порван, рубашка расстегнута, волосы взъерошены. Побежденный в бою, но не сломленный духом.
— Где они?
— Ты распугал всех, — ответила, высыпая остатки пойманных грингулов в клетку.
— Поймала? Молодец. Зачту тебе помощь.
— Можете не засчитывать. Безвозмездная помощь, — захлопнула я дверцу.
— Это как? — фавн тут же напрягся.
— Когда я вам помогаю, а вы мне ничего не должны. Ну, кроме душа, — осмотрела я свое платье, которое после нашествия толпы грызунов, было все истоптано маленькими ножками.
— Вот видишь, — облегченно выдохнул Деон, — все-таки баш на баш.
Я покачала головой и отобрала у него лопату.
— Этим вы точно никого не поймаете. Если только не собираетесь прихлопнуть пару десятков.
— Никогда, — замотал он головой, — потерять такой ценный ресурс.
— Ресурс? Что вы делаете с таким количеством грингулов? Засаливаете?
— Они добывают энергию.
Я посмотрела на него с опаской, неужели упав, он так сильно повредил голову.
— Их засовывают в колесо, в котором они бегают, а от него идет выработка энергии, — отмахнулся от меня фавн. — Ты лучше скажи, как их теперь ловить?
— Ну, если они не успели найти какую-нибудь лазейку и сбежать, то есть только одно, что их привлечет.
— Колесо?
— Какое еще колесо?
— В котором они бегают. Неужели ты думаешь, что я насильно заставляю их вырабатывать для меня энергию? Они любят по нему бегать, поэтому для них это радость, для меня польза.
— Вообще-то я имела в виду овощи, грызуны любят лакомиться тем, что растет в огородах. Но можно и совместить. Далеко у вас это колесо?
— Да вон, — показал фавн наверх. Под потолком на канатах висело большое железное колесо, по которому бегали грингулы. — В ящиках лежат овощи.
Деон запрыгнул на стоящие рядом ящики, отвязал канат, держащий колесо, и медленно опустил его на пол.
— Видишь, здесь есть два отверстия: одно, чтобы животные могли легко входить в него, но не могли выйти, и второе — чтобы свободно выходили. Тогда два потока друг другу не мешают, животные не устают, а работают в свое удовольствие.
— Значит нужно заблокировать дверцу, которая выпускает, и оставить только ту, что впускает.
— Я займусь этим, а ты достань овощи из ящиков.
Когда я вернулась с охапкой зелени и моркови, колесо было готово. Мы разложили овощи в колесе, подкатили его к стене ангара, в щель которой спрятались грингулы, и отошли подальше.
— Уверена, что они прибегут?
— У них очень острый нюх. Они огороды опустошают за считаные минуты. А поблизости огородов нет, значит, это будет первое, что они почуют.
В подтверждение моих слов, из дырки в стене показалась усатая мордочка. Поводив носом в разные стороны, вылез сам грингул, подбежал к колесу и юркнул внутрь. Понюхав овощи, он попробовал морковь, оторвался от нее и что-то пропищал. Из норы тут же показалась еще одна мордочка, потом еще одна, и уже целая вереница грингулов шла по направлению к колесу. Когда за последним закрылась дверца, Деон подбежал и затянул вход веревкой.
— Теперь никуда не денутся.
— Герр Краут, — послышался голос Сэма, — у вас все хорошо? Дети прибежали испуганные, говорят, вас съели страшные чудовища.
Деон подошел к двери и отпер ее.
