чтобы поблагодарить за то, что я не позвонила в полицию. Он оставил мне своё пальто в знак благодарности, потому что мою куртку его родственница испортила. Я не взяла денег, потому что совесть не позволила. Вот и всё. Проверьте мои слова. Я не знаю этих людей, а у этой женщины припадок. Она сдала мне квартиру на три месяца…
— Это ложь. Ложь. Она угрожала мне расправой, — вставляет хозяйка квартиры.
— Что? — Шокировано шепчу я.
— Да-да, она угрожала мне расправой и обещала, что перережет мою семью, если я не впущу её. Мне пришлось это сделать, но с меня хватит. Арестуйте её! Я больше не боюсь тебя, убийца!
— Это ложь. Я заплатила вам за три месяца! Мы договаривались! — Возмущаюсь я.
— Мисс, у вас есть документы, подтверждающие аренду? — Спрашивает у меня офицер.
— Я… нет, потому что она сказала, что не хочет иметь дело с грёбаными бюрократами. Это её слова, клянусь. Я честно заплатила за три месяца…
— Видите, она под кайфом. Я ничего ей не сдавала. Денег в глаза не видела, — качает отрицательно головой хозяйка.
Но как так-то? Чёрт. Когда я перестану быть такой тупой.
— Мисс, вам придётся или пройти с нами, или уйти отсюда добровольно, — говорит офицер. Я по его глазам вижу, что он верит мне, но ничего сделать не может. Законы на стороне этой придурочной.
— Я уйду. Только соберу свои вещи, хорошо? — Бормочу я.
Я вхожу в квартиру и качаю разочарованно головой. Достаю свою сумку, тоже из помойки, складываю туда все оставшиеся вещи. Я открываю тумбочку, чтобы достать деньги, но там их нет. Нет их, как и креста.
— Здесь были деньги и дорогой мне крестик. Это моего дедушки, — я встаю на ноги и поворачиваюсь ко всем, кто наблюдает за мной.
— Она украла его. Обыщите её. Пожалуйста. Чёрт с этими деньгами, крестик… мой дедушка умер. Это единственное, что у меня осталось от него, — прошу я. Нет, только не крест.
— Да пожалуйста. Она мстит мне, видите? — Хозяйка нагло раскидывает руки. Её обыскивают, но ничего не находят. Чёрт…
— Мисс, вам нужно уйти.
Со слезами на глазах я собираю последнее и прохожу мимо хозяйки, но потом останавливаюсь и смотрю в её глаза. Я не люблю смотреть в глаза людей, потому что они зачастую лживые.
— Я найду крестик и лучше бы у вас его действительно не было, — шепчу я. — Он особенный. Тот, кто его ворует, начинает жить той жизнью, у кого он его забрал. Это семейная карма, и она ни разу не подводила. Хорошей новой жизни в дерьме.
Я выхожу из квартиры. Конечно, я соврала. Но в такой ситуации я не могла ей угрожать, хотя бы чушь придумала, чтобы напугать.
Оказавшись на улице, я горько смотрю на пустую дорогу и тяжело вздыхаю. И что мне теперь делать?
Мне так больно и неприятно внутри, что меня попросту обманули, выгнали, да ещё и украли дедушкину реликвию. Он просил, чтобы я передала это по наследству дальше. Он взял с меня обещание, что я никогда его не продам, даже если мне будет сложно в жизни. Он этого не сделал, так и не должна была я. Но её украли. Нет, крест был недорогим. Серебро и стекло, но он был для меня особенным. Да, я дура. Дура.
За спиной я слышу голоса и отхожу в сторону. Из дома выходят офицеры, переговариваясь между собой. Один из них тот, кто поверил мне, замечает меня. Он подходит ко мне, а я затравленно смотрю на него.
— Прими совет. В следующий раз никому не доверяй на слово. Заключай договоры с хозяевами квартир, — говорит он.
— Вряд ли у меня найдутся деньги на новую. Она их украла. Я не вру. Там было всего пятьсот евро, но для меня они были важны, как и крестик, — шепчу я.
— Мне жаль. Всё, что я могу сделать для тебя, это предложить написать заявление о пропаже крестика. Описать его во всех деталях для того, чтобы, когда он появится в ломбарде или где-то ещё, его смогли опознать. Это единственный вариант, — предлагает он.
Я оглядываю мужчину и сглатываю. Нет, не попадусь.
— Мне нужно идти. Я вспомнила, что не выключила плиту, — я срываюсь на бег и несусь по улицам. У меня чёртова флеш-карта. Я не знаю этих людей. Я достаточно настрадалась. И в добро я больше не верю. Не верю и всё.
Глава 6
Я бреду по тёмной улице, ища место, где можно немного передохнуть. Я уже была в круглосуточном кафе в туалете. Я просидела там полчаса, пока туда не вызвали полицию. Мне пришлось сбежать. Я умираю от усталости. У меня больше нет сил бороться. Плюхаюсь на лавочку на автобусной остановке и поднимаю ворот пальто, чтобы отогреть уши.
Свет от фар освещает меня, и я вздрагиваю. Хватаюсь за свою сумку, наблюдая за тем, как чёрная и дорогая машина замедляет свой ход. Моё дыхание становится поверхностным. Сердце снова бьётся, как сумасшедшее в груди. Я быстро подскакиваю на ноги и иду в другую сторону.
— Энрика, — замираю, когда слышу знакомый спокойный голос. Резко разворачиваюсь и я готова расплакаться от радости. Это он. Вчерашний странный киллер.
— До сих пор на работе? — Интересуется он, облокачиваясь рукой на крышу машины.
— Да… да, уже закончила, немного передохнула. Привет. Надо же, такие, как ты в таком районе, — нервно издаю смешок.
— Такие как я? Что это значит?
— Ну, богатые. Это район для бедных, то есть такие, как ты, должны ночью ездить по району для богатых в свете софит и ещё чего-то, а не быть здесь. Или у тебя очередной заказ?
Боже мой, что я говорю.
Он удивлённо приподнимает тёмные брови.
— Это дискриминация, Энрика. Выходит, что тебе тоже нельзя в мой район? Хотя в моём районе бесплатно живут животные.
— Спасибо, что я хотя бы до животного дотягиваю, — усмехаюсь я. — Прости, я слишком устала. Пока.
Я разворачиваюсь, чтобы уйти, а потом вспоминаю о том, зачем, вообще, ждала его сегодня в кафе.
— Я могу подвезти тебя до дома. На улице очень холодно, но я рад, что ты воспользовалась моим пальто. Оно тебе идёт, — говорит он.
— Ох… пальто, да. Ты же не попросишь его обратно? Оно немного не в духе сегодня. Психануло и прыгнуло несколько раз в снег.
— Какое эмоциональное пальто оказалось. При мне оно вело себя очень послушно, — он широко улыбается мне.
— И оно очень дорогое. Дейзи, девушка с которой я работаю, сказала, что оно дорогое. Мне нужно возвращать тебе деньги? Боюсь, что сейчас я не смогу. Да и зачем покупать чёртову тряпку за такие огромные деньги? Ты больной?
— Хм, оно удобное и тёплое, — спокойно замечает он. — Как вижу, я прав, раз ты цепляешься за него.
Я чувствую себя ещё большей идиоткой, чем раньше.
— Прости, паршивый день. Спасибо за то, что ты ещё не убил меня. Надеюсь, что это ничего не изменит, — я подхожу к нему и копаюсь в кармане джинсов. Из его машины идёт тепло и хотя бы так я согреюсь. Я протягиваю ему флеш-карту. Его взгляд становится холодным. Теперь я понимаю, о чём говорила Дейзи. Мне не по себе. Я не удивлюсь, если он прямо сейчас убьёт меня. Честно, даже дёргаться не буду.
— Я нашла это во рту мёртвой крысы под одной из половиц. Я подумала, что, вероятно, та девушка могла что-то спрятать в моей квартире. Она была там долго, и я начала искать. В общем, я нашла это. Правда. Я не вру. Пожалуйста, только не убивай меня. Хотя… может быть, это не так уж и плохо. Люди такое дерьмо, — кривлюсь я и вкладываю в его руку флеш-карту.
— Я не смотрела что там, потому что у меня нет ноутбука. Я ждала
