И Одре подоспевший к церкви вместе с двадцатью рыцарями, крикнул:
– Ах, Тристан, никуда вам теперь не деться вы в наших руках!
– Если я и умру, – отвечает Тристан, – то не от руки такого труса, как вы! Лучше уж мне потонуть в море.
Тогда они ринулись на него с обнаженными мечами. И Тристан ударил одного из них и убил насмерть. Но остальные набросились на него со всех сторон.
И понял Тристан, что не выстоять ему против них, ибо он почти наг, а они в доспехах. И прыгнул он из окна церкви в море. И видевшие это решили, что он утонул.
И прыжок этот может быть назван «Прыжком Тристана».
Логово прокаженных
А Изольду ведут в логово прокаженных. И молит она Одре:
– Заклинаю вас господом богом: убейте меня, прежде чем отдать столь подлому люду. Или дайте мне свой меч, и я сама убью себя!
Но прокаженные хватают Изольду и волокут за собой. А Одре уходит. И случилось там быть одной из служанок королевы. Увидев, что госпожа ее отдана прокаженным, испугалась она и бросилась прямо к тем зарослям, где скрывались Гувернал и четверо его сотоварищей. И, увидев ее, Гувернал сказал:
– Не бойтесь нас!
Узнав Гувернала, успокоилась девица и принялась его умолять:
– Ах, Гувернал, госпожа моя отдана прокаженным. Спасите ее, ради бога!
– А нет ли у вас, – спрашивает тот, – каких-нибудь вестей о Тристане?
– Никаких.
Когда четверо сотоварищей проведали о том, что сталось с Изольдой, сказали они Гуверналу:
– Поспешим на помощь королеве!
– Охотно, – отвечает Гувернал.
И говорит девушке:
– Ведите меня туда, где оставили вы королеву.
И девушка привела их к тому месту, где была королева. Тут Гувернал отбил ее у прокаженных, усадил перед собой в седло и отвез к зарослям.
– Госпожа, – вопрошают ее сотоварищи, – нет ли у вас вестей о Тристане?
– Я видела, – отвечает она, – как вошел он в старую церковь и бросился из окна в море. И мнится мне, что он утонул.
При этих словах объяла их великая печаль.
– Клянусь господом, – говорит Гувернал, – нужно нам попытаться отыскать его тело, и если это удастся, отвезем мы его во дворец короля Артура к знаменитому Круглому столу. Ибо не раз просил он меня отвезти туда его тело, если он умрет.
И те говорят, что охотно это сделают.
– Я скажу вам, – молвит Гувернал, – что нам нужно предпринять. Ламберг[35] и Дриан[36] пусть останутся здесь охранять королеву. А я сам с Фергюсом и Никораном поеду к часовне искать Тристана.
И все с ним согласились.
Трое отправились к часовне, а двое остались с королевой Изольдой.
Зайдя в часовню, выглянули они в то окно, из которого выпрыгнул Тристан, увидели крутизну и дивно глубокое море и решили, что невозможно остаться в живых тому, кто совершил такой прыжок. Но тут заметили Тристана, который стоял на небольшой скале, держа в руке меч, отнятый у одного из негодяев.
– Клянусь именем господним, – говорит Фергюс, – я вижу Тристана, он цел и невредим.
– Клянусь головой, – вторит ему Никоран, – и я тоже. Как же нам его оттуда вызволить? Нам к нему не спуститься, а он может добраться до нас разве что вплавь.
Тогда Фергюс крикнул ему:
– Сир, как нам до вас добраться?
Увидев их, обрадовался Тристан и сделал им знак, чтобы шли они вправо, к скале. А сам бросился в море и поплыл к своим сотоварищам. И те спустились к берегу, обняли Тристана и принялись расспрашивать, как он себя чувствует.
– Слава богу, – отвечает он, – хорошо. Но скажите мне, есть ли у вас вести об Изольде?
– Не сомневайтесь, сир, мы вручим ее вам целой и невредимой.
– Если это так, не о чем мне больше беспокоиться, – заключает Тристан.
Тут вскочил он на лошадь Гувернала, а тот сел за спину одного из своих сотоварищей. И так ехали они до тех пор, пока не достигли того места, где Изольда сокрушалась о Тристане, ибо думала, что он погиб. И, увидев его, обрадовалась она так, что невозможно описать.
И спрашивает королева Тристана, здоров ли он и хорошо ли себя чувствует.
– Да, благодарение богу, – отвечает Тристан, – ибо и вас вижу я невредимой и в добром здравии. И потому ничто уж не может больше меня обеспокоить. И раз сам бог нас соединил, мы будем вовеки неразлучны.
– По сердцу мне ваши слова, – отвечает Изольда, – ибо лучше жить с вами в бедности, чем без вас в богатстве.
И радуются они тому, что господь помог им встретиться.
Так избежали гибели Тристан и Изольда.
Лес Моруа
– Скажите мне, – молвит Тристан своим сотоварищам, – где бы нам сегодня заночевать?
– Неподалеку отсюда, – отвечают они, – есть хижина лесника. Если удастся нам до нее добраться, он охотно нас приютит.
– Правда ваша, – говорит Тристан, – я ведь и сам знаю эту хижину.
Сели они на коней и добрались до хижины лесника, который принял их с великим радушием. И, узнав Тристана, от которого видел он много добра, возрадовался лесник и молвит ему:
– Сир, располагайте мной и всем, что у меня есть, как вам будет угодно. Я готов охранять вас ото всех, кто замышляет вашу гибель.
– Не беспокойтесь об этом, – молвит в ответ Тристан, – им придется еще раскаяться в своих помыслах. И знайте, что не покину я этого места, не отомстив за себя.
Были они в ту ночь окружены всяческим почетом и уважением. И лесник подарил Тристану одежду, а Изольде – платья и коня, за что Тристан остался ему весьма благодарен.
И знайте, что лес, в который они заехали, назывался лес Моруа[37], и был это самый большой лес в Корнуэльсе. И, пробыв там столько, сколько было угодно Тристану, простились они с лесником и уехали.
Тристан задумался, сидя в седле. И, поразмыслив хорошенько, молвит он королеве Изольде:
– Госпожа моя, что нам теперь делать? Если отвезу я вас в королевство Логрийское, то прослыву предателем, а вы – изменницей, а если мы отправимся в королевство Лоонуа, заслужу упреки за то, что отнял жену у собственного дяди.
– Тристан, – отвечает Изольда, – поступайте так, как вам заблагорассудится, ибо я сделаю все, что вам будет угодно.
– Госпожа моя, – говорит Тристан, – сейчас я скажу вам, как мы поступим. Есть неподалеку отсюда замок, именуемый Замком Премудрой Девы; и если поселимся мы там вместе с Гуверналом и вашей служанкой, нечего нам будет опасаться, что кто-нибудь похитит наше счастье. И как это господь не надоумил нас поселиться там еще год или два назад?
– Ах, Тристан, как же мы будем жить в такой глуши, не видя никого: ни рыцаря, ни дамы, ни девицы!
– Поистине, – отвечает Тристан, – когда вижу я вас, нет мне нужды ни в дамах, ни в девицах и ни в ком другом, кроме вас. Ибо ради вас хочу я оставить свет и поселиться в лесу.
– Сир, – молвит Изольда, – я исполню вашу волю.
Тристан, Гувернал, Изольда и ее служанка ехали до тех пор, пока не добрались до замка, о котором шла речь. Это был великолепный замок, построенный одним корнуэльским рыцарем для девицы, которую он любил; и жили они в нем до самой смерти. Девица эта была весьма сведуща в колдовстве. Когда приезжали к ним в гости их друзья, не видели они ни замка, ни их самих, а могли только с ними разговаривать.
И когда прибыли туда Тристан и Изольда, он спросил у нее, нравится ли ей это место.
– Поистине, – отвечает Изольда, – оно прекрасно. Хотелось бы мне, чтобы вовеки мы его не покидали!
– Да, госпожа моя, – молвит Тристан, – оно прекрасно; здесь бьют источники и водится немало дичи. И Гувернал позаботится, чтобы не было у нас недостатка ни в чем остальном.
Так поселился Тристан в лесу Моруа вместе с Гуверналом, Изольдой и ее служанкой, которую звали Ламида. И сказал он однажды Гуверналу, что, будь при нем его конь Быстроног и пес Острозуб, ничего ему больше не было бы нужно.
– Клянусь именем господним, – отвечает ему Гувернал, – я отправлюсь к королю Марку и скажу ему, чтобы он их вам прислал.
Сел он на коня и ехал до тех пор, пока не добрался до Норхольта[38], где встретил короля Марка, который был сильно разгневан тем, что Тристан и Изольда от него ускользнули. Ибо весьма опасался он Тристана, и его бароны тоже: ведь им было известно, что, попадись кто-нибудь из них в его руки, не миновать ему смерти.
Представ перед королем, Гувернал сказал ему, не удостоив его поклоном:
– Король Марк, Тристан просит, чтобы ты прислал ему его коня Быстронога и пса Острозуба.
– Охотно, – ответил король.
И велел отдать их ему. И спросил его, где живет Тристан, но Гувернал ответил, что не скажет ему этого.
Тут расстался Гувернал с королем, и пустился в путь, и ехал до тех пор, пока не вернулся к господину своему Тристану. И увидев его, обрадовался Тристан великой радостью.
И с тех пор стал что ни день ездить на охоту и травить зверя. И были его утехами охота и общество Изольды, и так вел он свою жизнь, не вспоминая о прошлом. Тогда-то и приучил Тристан своего пса гнать дичь, не подавая голоса, чтобы не привлечь внимания королевских лазутчиков.
