Особенно важно для нас увидеть различия в описании мытарств – они могут быть связаны с нашей непохожестью друг на друга; и то, что кому-то представится разночтением или даже противоречием, мы, верующие, воспримем как взаимодополняющее многообразие.
В «Житии преподобного отца нашего Макария Египетского» мы находим следующее свидетельство:
«В другой раз преподобный Макарий шел по пустыне и нашел высохший человеческий череп, лежавший на земле. Повернув его своим жезлом, преподобный услыхал, как будто он издал какой-то звук. Тогда Макарий спросил череп:
– Кто ты такой?
– Я, – отвечал тот, – был начальником языческих жрецов, обитавших на сем месте. Когда ты, авва Макарий, исполненный Духа Божия, умилосердившись над находящимися в муках в аду, молишься за нас, мы тогда получаем некоторое облегчение.
– Какое же облегчение получаете вы, – спросил Макарий, – и каковы ваши мучения, расскажи мне?
– Как далеко отстоит небо от земли, – отвечал со стоном череп, – так велик огонь, среди которого мы находимся, палимые отовсюду с ног до головы. При этом мы не можем видеть лица друг друга. Когда же ты молишься за нас, мы видим немного друг друга, и это служит нам некоторым утешением.
Услыхав такой ответ, преподобный прослезился и сказал:
– Проклят тот день, когда человек преступил Божественные заповеди.
И снова он спросил череп:
– Есть ли какие-либо другие мучения, лютейшие ваших?
– Внизу, намного глубже под нами, находятся многие другие, – отвечал тот.
– Кто же находится среди тех лютейших мучений? – спросил Макарий.
– Мы, не знавшие Бога, – ответил череп, – хотя и немного, еще ощущаем милосердие Божие. Те же, которые познали имя Божие, но отверглись Его и заповедей Его не соблюдали, мучаются внизу нас гораздо более тяжкими и лютейшими мучениями.
После сего преподобный Макарий взял тот череп, закопал его в землю и удалился оттуда <…>
Когда святая душа Макария была взята Херувимом и возносилась им на небо, некоторые из отцов мысленными очами видели, что воздушные бесы в отдалении стояли и вопили:
– О, какой славы сподобился ты, Макарий!
Святой отвечал бесам:
– Я боюсь, ибо не ведаю ничего доброго, что я бы сделал.
Затем те из бесов, которые находились еще выше по пути следовавшей души Макария, вопили:
– Действительно избежал ты наших рук, Макарий!
Но он сказал:
– Нет, но надобно и еще избежать.
И когда преподобный был уже во вратах рая, бесы с сильным воплем кричали:
– Избежал нас, избежал!
Тогда Макарий громким голосом ответил бесам:
– Да! Ограждаемый силою Христа моего, я избежал ваших козней»[42].
В приведенных отрывках обращают на себя внимание два фрагмента. Первый: «Мы, не знавшие Бога, – ответил череп, – хотя и немного еще ощущаем милосердие Божие. Те же, которые познали имя Божие, но отверглись Его и заповедей Его не соблюдали, мучаются внизу нас гораздо более тяжкими и лютейшими мучениями». Здесь мы видим принцип божественной справедливости: верующий, который должен был обитать во славе в раю, но по своему нерадению оказался в аду, получает большее наказание. Сказано: Раб же тот, который знал волю господина своего, и не был готов, и не делал по воле его, бит будет много; а который не знал, и сделал достойное наказания, бит будет меньше. И от всякого, кому дано много, много и потребуется, и кому много вверено, с того больше взыщут (Лк. 12, 47–48).
И второй фрагмент: «Но он [Макарий] сказал: “Нет, но надобно и еще избежать”. И когда преподобный был уже во вратах рая, бесы с сильным воплем кричали: “Избежал нас, избежал!” Тогда Макарий громким голосом ответил бесам: “Да! Ограждаемый силою Христа моего, я избежал ваших козней”». Здесь мы видим, что преподобный не до конца уверен в себе и на каждом мытарстве отвечает бесам, признающим свое поражение, словами: «Нет, но надобно и еще избежать». Его упование всецело зиждется на вере во Христа и ни в коей мере не на своих добродетелях. Пройдя же все мытарства, он восклицает: «Да! Ограждаемый силою Христа моего, я избежал ваших козней». Это подлинно христианская позиция, ибо сказано: Итак помилование зависит не от желающего и не от подвизающегося, но от Бога милующего (Рим. 9, 16), – великий подвижник это признаёт и обретает дар спасения в Царствии Небесном.
А вот что говорится в «Житии преподобных отец наших Симеона, Христа ради юродивого, и Иоанна, сопостника его»:
«Сказав это, святой [преподобный Симеон] вздохнул и заговорил опять:
– Не знаю за собой ничего такого, что было бы достойно небесного воздаяния, ибо юродивый и лишенный разума какую может получить награду, разве задаром, по Своей благодати, помилует меня мой Владыка? Но молю тебя, брат, никого из нищих, особенно из иноков, не презирай и не укоряй – да знает любовь твоя, что многие из них очищены злостраданием и как солнце сияют перед Богом. Так и между простыми людьми, живущими в деревнях и возделывающими землю, ведущими жизнь в незлобии и правоте сердечной, которые никого не бранят, не обижают, но от труда рук своих в поте лица едят хлеб свой, много между такими великих святых, ибо видел их, приходивших в город и причащающихся Тела и Крови Христовых и сияющих, подобно чистому золоту. Всё, что говорю тебе, господин мой, не подумай, что говорю из какого-нибудь тщеславия, но твоя любовь принудила не скрыть от тебя лености моего окаянного жития. Знай же, что и тебя Господь скоро возьмет отсюда: итак, позаботься, сколько есть сил, о душе своей, чтобы иметь возможность без задержки перейти область воздушных духов и избегнуть лютой руки князя тьмы. Знает Господь Бог мой, что и я много печалюсь и имею великий страх, пока не перейду эти страшные места, где все человеческие дела и слова разбираются подробно. Потому-то и молю тебя, чадо и брат мой Иоанн, всячески старайся быть милосерд, ибо в тот грозный час милосердие может помочь нам больше всех других добродетелей, как написано: Блажен, кто помышляет о бедном! В день бедствия избавит его Господь (Пс. 40, 2). Соблюдай же и сие: не приступай к божественной службе, имея против кого-либо гнев, да не оскорбят твои грехи пришествие Святого Духа»[43].
Преподобный Симеон, подобно Макарию Великому, не помышляет о своих заслугах как о том, что поможет ему пройти воздушные мытарства, да он и не видит их у себя, потому и говорит: «Не знаю за собой ничего такого, что было бы достойно небесного воздаяния, ибо юродивый и лишенный разума какую может получить награду, разве задаром, по Своей благодати, помилует меня мой Владыка?» Словами «задаром, по Своей благодати, помилует
