благо их работоспособности и готовности воспринимать новое.
Да и вторая половина, полагавшая прийти им на смену, заняв соответствующие места в Адмиралтейств-совете Морского министерства, также уже приближались к возрасту в 60 лет, который никак не способствовал продолжительной карьере в качестве активного участника строительства нового флота. Еще два, три, может быть даже четыре года они могли бы исполнять свои обязанности командующих флотов или командиров портов, не говоря уже о министерских или же учебных должностях, но после непременно вынуждены были бы передать свои дела более молодым адмиралам. И это посреди процесса подготовки к грядущей мировой бойне! Нет, такого счастья Российскому Императорскому Флоту уж точно не требовалось. Ему требовались на ключевых руководящих позициях те, кто в должной мере мог бы осуществлять свои обязанности еще не менее десяти, а то и пятнадцати лет. То есть те, кто по итогам отгремевшей войны получили повышение до капитанов 1-го ранга или же в редком случае — контр-адмиралов, как тот же Николай Николаевич Протопопов, способный похвастать умопомрачительным боевым опытом, или же Евгений Романович Егорьев, по сути взявший на себя все руководство обороной устья реки Ялу. Оба пару лет как разменяли полтинник и потому, пусть даже находясь на границе возраста, но отвечали требованиям предъявляемым императором. Естественно, предъявляемым исключительно в уме самого монарха.
Но эти двое, как и еще с пару десятков отлично зарекомендовавших себя офицеров, никак не могли заменить собой всех тех, кого попросту требовалось отправить в отставку. Однако делать было нечего и приглашенным на совещание адмиралам предстояло отобрать тех, кто сможет их заменить, о чем первые пока даже не подозревали. Правда, заявлять об этом вот так вот сразу, без предварительной подготовки столь заслуженных людей, виделось слишком некорректным и даже несколько грубым. Потому подвести собравшихся к нужным мыслям требовалось, так сказать, исподволь. И то сравнение разных поколений кораблей, которое планировал сделать на данном совещании император, как он надеялся, могло помочь ему с последующими словами, должными поставить крест на службе и карьере большинства присутствующих персон.
— Приветствую вас, господа! — не смотря на свои невеселые мысли, более чем дружеским тоном обратился Николай II к приглашенным на совещание морякам. Все полагающиеся им повышения, награды, дифирамбы и прочие знаки внимания были оказаны, кому в начале наступившего, 1905-го, года, кому по прибытии в столицу. Нынче же, когда стали окончательно ясны понесенные потери и полученные приобретения, настало время подвести итоги боевой эффективности отечественного флота. — Несказанно рад видеть вас всех в добром здравии и хорошем расположении духа, — выслушав ответное приветствие, продолжил свою речь самодержец. — Ведь, и то, и другое, нам еще ой как пригодится для придания ускорения процессу создания такого флота, мощности кораблей и выучке моряков которого позавидовали бы все прочие державы. Но, прежде чем строить новое, хотелось бы понять, с чем же в конечном итоге мы можем встретить очередного врага, буде таковой появится на горизонте. Посему предоставляю слово Морскому министру, адмиралу Авелану, Федору Карловичу. — Уже как десять лет занимающий исключительно министерские должности и ни дня не воевавший, последний раз он командовал кораблем, который в отгремевшей войне считался заметно устаревшим, потому при всем желании не мог в полной мере осознавать даже современных реалий морского боя, не говоря уже о грядущих. На его фоне нынешний командующий Тихоокеанского флота, адмирал Макаров, смотрелся куда как более выигрышной персоной на должности морского министра. Отличный теоретик и практик в области кораблестроения и океанографии, умеющий грамотно командовать на войне, руководить в мирной жизни и гонять по делу подчиненных, именно он, как никто другой, подходил на столь высокую должность, в том числе, потому что не являлся чьим-либо ставленником, как тот же Авелан или Иессен. Да и на фоне прочих полных адмиралов его, пусть с натяжкой, но все еще можно было считать относительно молодым — всего-то только-только стукнуло 57 лет. Пусть не на десять, но хотя бы на пять лет активной службы его еще могло хватить, дабы дать ускоряющего пинка всем тем начинаниям, кои оказались столь необходимы отечественному флоту, да подготовить себе достойного сменщика.
— Благодарю, ваше величество, — поднявшись со своего кресла и обозначив поклон императору, морской министр раскрыл принесенную с собой папку. — В первую очередь следует отметить, что наши безвозвратные потери, в том числе в частях морской пехоты, но, не считая временно приданные армейские части и пограничную стражу, составили три тысячи двести тридцать семь человек погибшими и пропавшими без вести. Среди них триста двадцать семь офицеров, двести сорок шесть унтер-офицеров и две тысячи шестьсот шестьдесят четыре матроса. Также двадцать восемь офицеров были уволены в отставку по ранению. С учетом потерь в кораблях и наличия офицеров находившихся в распоряжении, в настоящее время мы не испытываем какого-либо недостатка в личном составе для полного укомплектования экипажей. Более того, у нас все еще остается некоторый резерв в офицерах и нижних чинах для формирования экипажей ныне строящихся судов. Что же касается корабельной составляющей флота, то окончательно потеряны и подготовлены к исключению из списков флота три броненосца — «Император Николай I», «Сисой Великий» и «Ростислав». Сильно поврежденный «Севастополь» удалось-таки поднять со дна бухты и отбуксировать в большой сухой док порта Дальний, но его ремонт, потребный для организации последующего перехода корабля на Балтику, продлится не менее года. Все прочие броненосцы имеют повреждения разной степени тяжести, однако стойко преодолели путь до Кронштадта, где и встали в очередь на проведение капитального ремонта. Правда, в силу ожидаемой загруженности всех имеющихся кораблестроительных и ремонтных мощностей, я бы предложил отправить «Цесаревича» и «Ретвизана» во Францию, на верфь где они строились. Кто, как не их создатели, сможет привести их в должный вид, заодно исправив те недоработки, кои были выявлены в процессе эксплуатации этих двух судов? — предложил он вроде бы вполне здравую идею, которая, впрочем, диктовалась не только заботой о скорейшем возвращении кораблей в строй, но и желанием получить от французов свой маленький кусочек пирога от нового заказа. — Что касается крейсеров, то мы лишились пяти устаревших рангоутных броненосных кораблей 1-го ранга, самым новым из числа которых являлся «Рюрик», пяти же бронепалубных кораблей 1-го ранга и одиннадцати крейсеров 2-го ранга, четыре из числа которых были новейшей постройки. Потери эскадренных миноносцев составили полтора десятка вымпелов — все построены за последние пять лет, а малые миноносцы и миноноски, ныне выполняющие роль тральщиков, мы теряем до сих пор. Только вчера было получено сообщение о гибели на мине очередного, двадцать третьего, по счету судна подобного
