была католичкой?
Когда вы цепляетесь за ярлыки, что они значат для вас? Насколько тут задействовано «Я»? Можно ли утверждать, что «Я» никак не связано с ярлыками, которые мы на него навешиваем? Разве «Я» меняется? Разве наблюдающий меняется? Правда в том, что, о каких бы ярлыках ни шла речь (разве что за исключением ярлыка «человек»), они всегда относятся к личности, к эго, а не к «Я»-наблюдателю. Поэтому, когда вы выходите за пределы эго («себя») и начинаете за «собой» наблюдать, вы перестаете идентифицировать себя с этим «собой». Страдание существует именно внутри эго; когда вы смешиваете «Я» с эго, тогда-то вы и начинаете страдать.
Допустим, вам страшно, или тревожно, или вы чего-то хотите. Если «Я» не отождествляется ни с деньгами, ни с именем, ни с национальностью, ни с другими людьми, ни с друзьями, ни с какими-либо качествами или свойствами, этому «Я» по определению ничего не может угрожать. Оно может быть очень активным, и при этом ему ничего не угрожает. Подумайте о чем-то, что причиняет вам боль или заставляет нервничать и тревожиться. Сначала попробуйте разобраться, какое желание скрывается за этой болью; ведь на самом деле вы чего-то очень хотите, иначе вы бы так не страдали. Что это за желание? Далее нужно осознать, что речь не просто о желании; произошло какое-то отождествление. В какой-то момент вы сказали себе: «Благополучие и само существование моего «Я» напрямую связано с этим желанием». И все страдания происходят из отождествления своего «Я» с этим «чем-то», будь оно у вас внутри или снаружи, во внешнем мире.
❦
Отрицательные эмоции по отношению к окружающим
На одном из моих семинаров участник рассказал группе историю, которая как-то с ним приключилась:
Я пошел в кино, а сразу после этого мне нужно было идти на работу, чтобы пообщаться с тремя людьми. Эти трое представляли для меня настоящую проблему. Тогда я сказал себе: «Ладно, сделаю так, как только что увидел в фильме, – постараюсь выйти за пределы своего эго». И я потратил какое-то время на то, чтобы соединиться со своими чувствами, с тем негативом, который испытывал по отношению к этим трем людям. Я сказал себе: «Я действительно их ненавижу». Потом спросил: «Иисус, как ты можешь помочь мне в этом?» Прошло еще немного времени, и я начал плакать, поскольку вдруг осознал, что Иисус умер ради этих людей, а они такие, какие есть, и все равно ничего не могут с этим поделать. Потом я поехал наконец в офис, где встретился с теми людьми. Я рассказал им о своей проблеме, и все трое меня поняли. Я больше не злился на них и не чувствовал никакой ненависти.
Каждый раз, когда вы испытываете отрицательные эмоции по отношению к кому-либо, вы находитесь во власти иллюзии. С вами что-то не так, причем капитально. Вы не видите реальности. Что-то у вас внутри должно измениться. А как мы обычно поступаем, когда испытываем неприятную эмоцию? «Это он виноват, это она виновата. Ей надо измениться». Нет! С миром все в порядке. Это вам нужно измениться.
Один человек рассказал, как работал в организации, где после совещаний устраивали небольшой фуршет. И кто-нибудь неизменно произносил: «Все-таки еда здесь отвратительная». И девушка, отвечавшая за еду, неизменно выходила из себя. Потому что она ассоциировала себя с этой едой. Своими эмоциями она как бы говорила: «Любой, кто нападает на еду, нападает на меня; я чувствую для себя угрозу». Но на «Я» напасть невозможно; угроза возможна только для эго.
Теперь представьте себе, что вы стали свидетелем совсем уж откровенной несправедливости. Чего-то очевидно и объективно неправильного. Разве не естественной реакцией будет заявить, что это неправильно и так быть не должно? Разве не следует вмешаться в возмутившую вас ситуацию? На ваших глазах бьют ребенка, например. Как быть с такой ситуацией? Надеюсь, вы не сделали из моих слов вывода, что вообще никогда и ни во что не следует вмешиваться? Я лишь сказал, что если вы не будете испытывать негативных эмоций, то будете гораздо, гораздо эффективнее. Потому что, как только возникают негативные эмоции, вы фактически слепнете.
Ваше эго выходит на первый план и запутывает и без того сложную ситуацию. Там, где была одна проблема, теперь приходится решать две. Многие ошибочно полагают, что не испытывать негативных эмоций вроде злости, обиды или ненависти означает вовсе ничего не делать. Э, нет. Нет-нет-нет-нет! Вы остаетесь спокойным эмоционально, зато беретесь за дело с удвоенной энергией. И вы остаетесь крайне чувствительным к окружающим вас людям и явлениям. Чувствительность убивается тем, что многие называют «обусловленным “я”»: когда вы настолько ассоциируетесь с «самим собой», что ваше эго вытесняет все остальное и вы уже не можете смотреть на окружающий мир объективно и отстраненно. Очень важно, берясь за дело, воспринимать ситуацию отстраненно. Негативные эмоции не позволяют этого сделать.
Так как же назвать ту энергию, ту страсть, которая мотивирует нас на совершение действий по пресечению очевидного зла? Чем бы она ни была, это не реакция; это именно действие.
Иногда люди задаются вопросом, не существует ли некой промежуточной эмоциональной стадии перед тем, как появится привязанность и разовьется отождествление с кем-то или чем-то. Некой здоровой реакции на событие, предшествующей нездоровой. Например, у вас умирает друг. Нет ничего естественнее и человечнее, чем почувствовать грусть. Это здоровая эмоция. Но какой будет ваша реакция на эту грусть? Жалость к себе? О чем вы будете скорбеть? Подумайте об этом. То, что я сейчас скажу, многим из вас покажется ужасным и бесчеловечным, но я, видите ли, происхожу из совсем другой культуры.
В Индии к таким вещам относятся иначе, чем на Западе. Вы же реагируете на личную утрату, верно? Вам грустно за «себя». За свое эго. Возможно, вам еще грустно за других людей, которым ваш друг приносил радость. Но это означает, что вам жалко людей, жалеющих, опять же, себя. Кого им еще жалеть, как не себя?.. И вот естественная здоровая грусть переходит в жалость к себе. Мы никогда не почувствуем скорбь, потеряв что-то, что искренне отпустили на свободу или чем никогда даже не пытались обладать. Скорбь – верный признак того, что я позволил своему счастью впасть в зависимость от вещи или другого человека, – по крайней мере, в некоторой степени. Но мы так привыкли слышать противоположное, что то, что я говорю, кажется совершенно бесчеловечным, правда?
❦
О зависимости
Именно об этом говорили мистики прошлого. Я не утверждаю, что наше обусловленное «я» время от времени не будет возвращаться к привычным шаблонам. На то оно и обусловленное. Но возникает вопрос, насколько вообще возможен столь эмоционально автономный образ жизни, чтобы никогда и ни от кого не зависеть? Ведь мы все друг от друга зависим, правда? От мясника, от булочника, от изготовителя ароматических палочек. Взаимозависимость. Это нормально! Мы сами так выстроили общество – распределили разные обязанности по разным людям ради всеобщего блага, чтобы жить и работать эффективнее. По крайней мере, мы на это надеемся. Но как насчет психологической, эмоциональной зависимости от другого? Что она означает? Она означает, что ваше счастье зависит от другого человека.
Подумайте об этом. И если вы задумаетесь, то поймете, что после того, как ваше счастье попало в зависимость от другого, следующим шагом, осознаёте вы это или нет, будет требование сделать вас счастливым. А потом и следующий шаг – страх. Страх потери, страх охлаждения, страх отвержения… Совершенная любовь исключает всякий страх. Там, где есть любовь, не может быть ни требований, ни ожиданий, ни зависимости. Я не требую, чтобы вы сделали меня счастливым; мое счастье от вас не зависит.
Если
