Он был так близок…, его губы скользили вдоль её лица, касаясь кожи только дыханием. Он дразнил её, будоражил, вдыхал её запах, как разъярённый зверь, раздувая крылья носа и сжимая до скрипа челюсти. А она дрожащими пальчиками обеих рук, впилась до онемения в его руку, лежащую на её шее, теряя чувство реальности.
«Что… что, черт побери, происходит?! Что это с Ником?! Он нетрезв. За все годы нашего с ним знакомства, я впервые вижу его в таком состоянии. Всегда спокойный и сдержанный…. Почему он так настойчиво лезет ко мне? Кристина, я…, не много ли он на себя берёт? Причём на этот раз он чересчур настойчив…!»
Его лёгкий укус за подбородок отвлёк Алину от мыслей. Она задрожала ещё сильнее, уставившись на него во все глаза.
— А ты отчаянная! Смелая и… очень красивая…. Я… рядом с тобой… теряю контроль…, теряю себя…, а для меня это непозволительная роскошь! — прислонившись к её лбу, он жадно смотрел на её губы, периодически заглядывая в распахнутые от страха глаза. — Твоему Мите повезло! Ты так же на него смотришь, как сейчас на меня? — провёл большим пальцем по её пересохшим губам. — Что ещё ты ему позволяешь делать с собой?
— Да, пошёл ты! — внезапно выкрикнула Алина. — Ты просто омерзителен! Видеть тебя не могу! — отпихнув в сторону остолбеневшего Никиту, она пулей вылетела из комнаты брата, не дожидаясь его последующих действий.
Поправляя на ходу свою одежду, девушка схватила с вешалки свой пуховик и громко хлопнув входной дверью, помчалась вниз по лестнице, перепрыгивая через ступеньки.
— Идиотка! Какая же я идиотка! И куда теперь мне идти?! — присев на карусель в их дворе, она крутилась задом наперёд и смотрела на свои окна, в которых горел приглушённый свет.
11 глава.
Сегодня Никита был пьян. Пьян и смел. Он редко пил, а так как сегодня…, пожалуй, вообще впервые в жизни. Спортивный режим и собственные убеждения не позволяли ему расслабляться подобным примитивным способом. Да и организм его в этом не поддерживал. Восточные практики помогали ему держать под контролем свои эмоции. Его знаменитой выдержке завидовали многие. Конечно, находились и те, кто считал его ледяной глыбой, человеком, лишённым чувств и эмоций, Никита всегда казался замкнутым. Но те, кто так считал, совершенно его не знали.
… С Мишкой Никита познакомился ещё в яслях. С тех пор их дружба трансформировалась в нечто большее, они стали настоящими близкими людьми. Братьями.
Никита тяжело привыкал не только с новым людям, но и к новым обстоятельствам. Так же тяжело переносил любые мало-мальские изменения в укладе его сложившейся, стабильной жизни. Но если это уже имело место быть, то для него это был долгий и болезненный процесс.
Когда на свет появилась Алинка, Никита испугался. Он был уверен, что теперь отойдёт на второй план и друг станет уделять ему меньше времени, но, к счастью, этого не произошло. Долгое время Никита сторонился малышки, даже старался не заходить к ним домой, пока однажды….
… Когда Нику исполнилось десять, он впервые заболел ангиной. Это была его первая «серьёзная» болезнь. Тогда рядом с ним была только мама и любимая бабушка Нина (мама отца), папа был в очередной командировке (своего отца он вообще редко видел из-за работы), а вот лучшего друга Мишку к нему не пускали и это его очень расстраивало. Он очень скучал.
Когда ему стало легче и прошла температура, мама впервые разрешила ему выйти на улицу, сходить за молоком, совместить, так сказать, приятное с полезным. Дорога в гастроном лежала через двор, в котором находился детский сад. Именно в этот сад ходила маленькая Алинка.
Ночью прошёл сильный дождь с ещё более сильным ветром. Никитка радостно шёл по двору, не обращая внимания на такие мелочи, как лужи, и с лёгкостью перепрыгивал через упавшие ночью сухие коряги деревьев, напевая себе под нос старую детскую песенку. Когда совершенно случайно услышал детский крик за забором садика. Глаза сразу уловили небольшое скопление малышей, среди которых выделялось ярко-желтое пятно и светленькая головушка, в которой он сразу узнал сестру друга. «Точно ромашка…!» — подумал он, по-доброму.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Алинка сидела прямо в луже, окружённая толпой мальчишек. Она не плакала и не кричала. Только размазывала тоненькой ручкой грязь по щекам и сверкала в обидчиков молниями из глаз. Такая смешная и смелая.
— Отстаньте от неё, а то я сейчас вам уши надеру! — подбегая к забору, Никита вспомнил любимое выражение дяди Жени, их соседа с первого этажа. Это было его самое «безобидное» из его арсенала, но, как оказалось, очень действенное.
Мальчишки с визгом бросились в рассыпную, а малышка оторопело уставилась на своего спасителя, продолжая сидеть в огромной луже.
— Алинка, ты чего там сидишь? Вставай скорее, а то заболеешь! — со знанием дела, сказал маленький Никита.
— А ты кто? — вдруг спросила девочка.
Никите стало стыдно. Он так редко с ней встречался, что она даже не знала кто он такой. С тех пор мальчик решил, что раз Мишка его лучший друг, значит и Алинка ему не чужая. Впредь, он будет о ней заботиться не хуже брата.
После окончательного выздоровления Никита уговорил Мишу записаться на тайский бокс. Пришло время взрослеть. Плаванье, теннис и шахматы- это, конечно, хорошо, но драться нужно уметь любому пацану. Мишка от тренировок долго отнекивался, пока Никита не привёл важный аргумент: в ближайшем будущем девчонок защищать понадобиться, а они оба, скажем так, — не богатыри.
Это сработало безотказно, Мишка вообще часто влюблялся, Никита знал куда давить. В отличие от друга, маленький Ник о девчонках тогда даже и не думал. Для него помимо мамы с бабушкой существовала только одна девочка: маленькая и беззащитная Алинка, при виде которой, перед глазами вспыхивала красная лампочка: СОС! Защищать! Помогать! Оберегать!
12 глава.
Только беззащитной Алина была совсем недолго. Слишком быстро повзрослела, научилась стоять за себя и огрызаться. С тех пор они с Никитой часто начали спорить и ссориться. Для спокойного и уравновешенного, по своей природе, Ника это было настоящим испытанием. Несмотря на то, что у них во дворе было достаточно девчонок, Ник начал замечать, что на задиристую Алинку с интересом посматривают многие мальчишки, особенно те, кто постарше. Почему-то это сильно ему не нравилось, в отличие от Мишки, которому было абсолютно наплевать. Нет, он никому бы не позволил её обидеть, но если честно, никто и не пытался.
Иногда она так сильно его злила, что ему хотелось её стукнуть чем-нибудь тяжёлым. Тогда он мог кинуть в неё мячом, сказать какую-нибудь гадость, обыграть в какую-нибудь игру, зная, как Алина ненавидит проигрывать. И пускай потом ему будет стыдно и он не будет спать всю ночь, сожалея о содеянном, но терпеть её выходки он не мог и не хотел. Как по-другому бороться с её упрямым и вспыльчивым характером, парень не знал, действовал чисто на рефлексах. Он просто хотел с ней дружить…, а как этого добиться? Его никто этому не учил.
В их тесно сплетённой жизни бывали и минуты просвета. Дружить с Алиной ему нравилось гораздо больше, чем ссориться, но что поделаешь, если по-другому у них не получалось сосуществовать. Помогая ей с уроками или провожая домой из школы, отводя на гимнастику, они могли подолгу болтать и смеяться до слёз. В такие радостные моменты он искренне недоумевал почему у них не получается общаться так всегда. И как только он задавался этим вопросом, они тут же начинали ссориться.
Однажды, прямо в разгар их ссоры, Никита вдруг заметил какие нереально красивые у Алины глаза. Может это солнце так удачно их осветило, а может и огонь в её глазах. Он был ещё совсем ребёнком, может лет 12–13. Это открытие настолько его ошеломило…, неужели он настолько невнимателен, что за столько лет не замечал этого?!
Позже, в процессе очередной разборки, он обратил внимание на то, какие красивые у неё волосы. Не то, чтобы он не замечал их до этого. Он даже когда-то помогал ей их заплетать, но именно в тот момент она резко развернулась и эта картина стоп-кадром застыла в его памяти. Как будто кто-то подбросил в воздух горсть искрящегося песка. Они так блестели, что он даже на секунду зажмурился.
