— Ты идиот, — молчать я не собиралась.
— Оно того стоило, — ухмыльнулся боевик, за что в тот же миг получил от меня по плечу.
Адриан вынужденно наблюдал за нами с высоты своего роста и положения, не собираясь, да и не видя смысла в том, чтобы тоже пригибаться и в панике оглядываться.
Вместо этого он словно бы выпрямился сильнее и довольно прохладно уточнил:
— В городе каэхары?
Я вскинула на него взгляд, ожидая увидеть, как новоиспечённый мэр… ну хотя бы оглядывается. Но нет. Он молча посмотрел мне в глаза, ожидая ответа.
Что интересно, встревоженным мужчина не выглядел. И это странно, если учесть жестокий нрав и традиции каэхаров, которых они придерживаются в любых ситуациях и условиях. Вообще довольно проблемный народ, не заметить их присутствие в городе просто невозможно — с их участием обязательно случится какой-нибудь конфликт. И не факт, что всё обойдётся без смертей.
— Да, — всё же тихо проговорила я, внимательно разглядывая некроманта.
Только сейчас разглядела дымку уверенности и приглушённой силы вокруг него. Словно он осознавал собственное могущество, чувствовал его каждой клеточкой своего тела, но не стремился выставлять напоказ.
Выходило у него крайне плохо по одной простой причине: ни один нормальный человек не будет так спокойно реагировать на появление каэхаров в собственном городе.
И я просто не смогла не спросить:
— Вам не жалко город?
Шумный раздражённый вздох, после чего Адриан Лотрек поднял вверх локоть правой руки, продолжая при этом как-то очень мрачно на меня смотреть.
Вот лично я не поняла, что за странные манипуляции он проделывает. Уилл прекратил оглядываться, выпрямился, встав нормально, за локоть вернул в нормальное положение и меня и проговорил, настороженно на мэра взирая:
— А я тебе говорил, что он странный.
Вообще-то, нет, не говорил.
Бровь Адриана медленно выгнулась дугой, а затем на его всё ещё поднятую руку вдруг опустился орёл! Крупный, гордый… мёртвый.
Птица взглянула на нас светящимися светло-зелёными глазницами, и от её взгляда у меня мурашки по спине поползли.
— В городе каэхары, — спокойно сказал некромант своему умертвию, — найди.
И подкинул птичку в воздух, помогая взлететь.
Мы с Уиллом проследили взглядами за тем, как способное летать зомби взмывает в темнеющие небеса, делает круг почёта и ныряет обратно к хозяину.
— Они на площади, — Адриан напряжённо сообщил о том, о чём мы уже и так догадались, даже раньше, чем сокол вернулся на его руку.
Мы с Уилльямом обменялись взглядами и оба молча посмотрели на нового правителя города. Некромант в свою очередь скользил неторопливым, но крайне пристальным взглядом по толпе.
И в итоге принял решение:
— В мэрию, — это было, видимо, нам сказано.
И, не дожидаясь никакой реакции, маг вновь отправил сокола в полёт и шагнул в толпу, мгновенно в ней затерявшись.
У меня не было и мысли о неподчинении, я действительно собиралась идти в мэрию, даже шагнула в её сторону, но тут на моём запястье сомкнулись крепкие пальцы лучшего друга, который просто и незатейливо потащил меня в противоположную сторону, на ходу сказав:
— Давай, сваливаем отсюда. Пусть твой некромант с каэхарами сам разбирается.
Он, вообще-то, сам разбираться и пошёл, но вместо этого я сказала:
— Он не мой.
— Ага, — Уилл обернулся через плечо, окинул меня насмешливым взглядом и почему-то ускорился, — ты поэтому с ним обнималась на виду у всех.
— Я не обнималась! — Но щёки предательски покраснели.
Уилл не стал никак это комментировать, и дальнейший побег мы совершали молча. В молчании покинули полную людей площадь, пробежали через две людные улицы и свернули аккурат к высокой каменной арке, по обе стороны от которой тянулся уже знакомый низкий каменный забор. И я так понимаю, это было чем-то вроде одной из границ города, которую мы незамедлительно и пересекли, выйдя на зелёный луг, за которым начинался высокий и тёмный еловый лес.
— Ты посмотри, — Уилл не упустил возможности повозмущаться и поосуждать работу других, — ни одного стража. Выходи кто хочешь, по лесам ходи, дракона дразни.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Я не была уверена, что всё так просто, как решил Уилльям. И, идя рядом с магом, я не прекращала оглядывать подступающую темноту ночи, силясь разглядеть движение, силуэт, хоть что-то…
Нет. Всё точно не могло быть таким простым.
В момент, когда завершился луг и мы с Казэрта шагнули в лес, по моим запястьям прошла знакомая покалывающая дрожь, сигнализирующая мне, бытовому магу, о неприятном: мы только что пересекли чей-то сигнальный контур.
— Стой, — выдохнула я за мгновение до того, как с тусклым серебряным сиянием в трёх шагах перед нами прямо из земли появились Чёрные гвардейцы.
— Проблема, — тихонько решил Уилл.
— Это закрытая территория, — ледяным по звучанию, способным вымораживать до самых костей тоном проговорило одно из существ.
Назвать их людьми я не могла при всём желании, которого ко всему прочему у меня и не было.
Ужас сковал в тот же миг. Ужас, верно перерастающий в панику, заставивший меня замереть в оцепенении. Грудь сдавило болью, в голове запульсировало, а горло предательски сжалось, лишая меня возможности дышать.
Я не могла даже вдохнуть от сковавшего страха.
Слишком много жутких слухов ходило о Чёрных гвардейцах, слишком впечатляющей была их репутация, слишком… всё, что касалось их, было слишком. Они убивали даже не словом — взглядом. Не за преступления — за любую мелочь, которую считали противоправной.
— Вам известно о запрете на посещение леса? — Последовал ледяной вопрос, а следом за ним в нас полетели две сверкающие полусферы Считывающего заклинания.
Наш ответ не требовался! Гвардейцам он стал известен и без наших слов, и едва полусферы вернулись к отправителю… мгновение ничего не происходило. Крохотное, жалкое мгновение, в которое время словно остановилось, но я не могла сделать ничего, абсолютно ничего, чтобы хотя бы попытаться спасти жизни себя и своего друга.
Гулкий удар сердца.
Жжение в груди от нехватки воздуха.
И ужас. Стучащий в висках, шумящий в ушах, слепящий глаза ужас.
— Глоссиэй, — прозвучал безразличный, лишённый каких-либо эмоций приговор.
И мир погрузился во тьму.
Уже падая на землю, я краем сознания зацепилась за мысль: хорошо, что смерть пришла безболезненно.
Глава одиннадцатая
Что-то холодное коснулось левого виска. Легко, едва ощутимо и тут же исчезло. Кажется, прошла целая вечность, прежде чем прикосновение повторилось. В этот раз оно не исчезло, а, замерев на мгновение, скользнуло дальше.
Наполняя тяжёлую голову, позволяя мне начать возвращать ясность мысли. Затем ниже, снимая напряжение с шеи и плеч, убирая ком в горле, избавляя от давящей тяжесть в груди и концентрируясь покалыванием в кончиках пальцев.
А затем кто-то осторожно тронул меня за плечо, и сквозь шум в ушах до меня добралось встревоженное:
— Эй, Гвени… приходи же в себя.
Моя ладонь непроизвольно дёрнулась, но на этом с проявлением какой-либо активности было покончено. Я умерла? Поразительно много ощущений и мыслей для той, кто умер. Значит, мне удалось выжить? Но как?
— Не приходи, — с другой стороны и немного дальше прозвучал недовольный приглушённый голос Уилла, — здесь злющий маг собирается повторно читать лекцию о неподобающем поведении.
Над моей головой кто-то раздражённо выдохнул.
Сознание к этому времени прояснилось достаточно, чтобы я смогла вспомнить последние события, обрадоваться тому, что всё ещё была жива, и попытаться ответить.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Повторно? — Губы разомкнулись лишь немного и вопрос вышел тихим и невнятным, потому что язык словно онемел и напрочь отказывался меня слушаться.
Пауза, наполнившая пространство оглушительной тишиной, а затем ладонь на моём плече сжалась сильнее и потянула меня наверх, помогая принять сидячее положение.
