Психея лежала с широко раскрытыми глазами, пытаясь найти способ исправить содеянное, но ей ничего не приходило в голову. Если бы все ее родственники не видели его, тогда другое дело, но ради этого она и устроила помолвку – доказать, что жених действительно существует. И маркиз Таррингтон стал живым человеком, и эту иллюзию надо сохранять, иначе она снова окажется во власти кузена Перси. Психея вспомнила, как он собирался поцеловать ее, и содрогнулась. Только не брак с Перси!
Психея дернула за сонетку. Появившаяся горничная внесла поднос с завтраком, чаем и горячими тостами и осторожно поставила его на кровать.
Психея собиралась налить себе чаю, но увидела на подносе огромную пачку писем. Утренняя почта. Изумленная Психея взяла лежавшее сверху письмо.
– Что это? – Она сломала восковую печать и развернула лист бумаги. Приглашение на ленч, ей и ее жениху. – О нет! – простонала Психея, просмотрев еще несколько записок с золотым обрезом.
Все одно и то же, казалось, каждый член ее семьи жаждал принять у себя очаровательного маркиза. А что начнется, когда и другие знакомые узнают о смазливом негодяе? Будет еще хуже.
Она взглянула на горничную, и Симпсон состроила гримаску.
– Мне жаль, мисс Психея, – сказала она. – Когда я отправилась в театр, я подробно объяснила этому, – она понизила голос, – актеру, что он должен делать. И ничего не говорила о том, что он будет здесь ночевать. Я ушам своим не поверила, услышав, как все слуги болтают об этом. Я ничего не понимаю.
– Я тоже, – призналась Психея.
Она вспомнила дерзкий взгляд Гейбриела, которым он смерил ее с головы до ног. Она тогда почувствовала, как какая-то искра пробежала между ними, но – нет, нет, она не должна думать об этом. Он должен знать, что это невозможно! У знатной леди и безродного актера не может быть ничего общего. Он задумал что-то другое. Если он надеялся шантажировать ее…
– Думаю, он хочет вытянуть из меня побольше денег, – сказала Психея горничной. – А поскольку я объяснила ему, что деньги у меня будут только в том случае, если мой план удастся, он хочет подождать, не развяжет ли дядя свой кошелек.
У Симпсон по-прежнему был встревоженный вид.
– Мне кажется, он не способен на шантаж. Я бы не сказала, что он такой смекалистый, мисс, – вслух размышляла она. – Старается казаться не тем, кто он есть…
Несмотря на свое беспокойство, Психея улыбнулась:
– Но этим и занимаются актеры!
Симпсон поджала губы. Она давно служила у Психеи и могла позволить себе говорить все, что думает.
– Так то на сцене, мисс. Это другое дело.
– Правда, но нам придется потерпеть пару дней, пока я не придумаю, как от него избавиться, а ты тем временем постарайся отвести любые подозрения, которые могут возникнуть у слуг.
Симпсон заколебалась.
– Что? – Психея старалась скрыть свое беспокойство. Неужели уже что-то случилось? Черт бы побрал этого человека!
– Уилсон исчез.
– Который из них Уилсон? – нахмурилась Психея.
– Новый младший лакей, мисс. Тот, который вчера проводил актера в спальню. И, – трагическим шепотом закончила Симпсон, – с тех пор его больше не видели.
Психея прикусила губу. Странные мысли пронеслись у нее в голове. У актера не было причины убивать ни в чем не повинного слугу. Или была? Не выдал ли чем-то себя актер, и ему пришлось устранить Уилсона, чтобы… нет, спокойная уверенность, с которой актер держался весь вечер с ее родными, не могла изменить ему за короткие минуты общения с лакеем. Тогда что же произошло?
– Должна быть какая-то объяснимая причина, – постаралась она успокоить обеих. – Уилсон появится.
Психея надеялась, что из-за задуманного ею обмана не пострадал невинный человек.
С помощью Симпсон она быстро закончила свой туалет и надела самое скромное бледно-голубое муслиновое платье с высоким воротом.
Спустившись вниз, девушка увидела, что в столовой никого нет. Тетя Софи обычно не выходила из своих комнат так рано, а Цирцея завтракала в классной комнате. В малой гостиной весело потрескивал огонь в камине, но и там никого не было, как и в большой гостиной, и в библиотеке. Где же, черт побери, этот человек? Или он собирается проваляться в постели целый день?
Симпсон ушла в помещения для прислуги, пообещав сообщить ей, когда вернется Уилсон.
Психея, погрузившись в размышления, стояла на лестнице, когда в дверь позвонили. Это не мог быть лакей, он бы вошел через черный ход. А принимать визитеров, приехавших поздравить ее с помолвкой, у нее не было никакого желания, и Психея поспешно вошла в гостиную. Она намеревалась предупредить дворецкого, чтобы он говорил всем, что ее нет дома.
Но когда старик дворецкий Джоурс пыхтя поднялся по лестнице и открыл дверь в гостиную, она ничего не успела сказать, ибо гость уже стоял за его спиной.
– Психея! – Это был Перси с красным от переполнявшего его возбуждения лицом. – Я должен поговорить с тобой!
Только его недоставало.
– Перси, сейчас не время.
Казалось, он ее не слышал. Он вломился в комнату, на ходу бросив шляпу и перчатки дворецкому, который с поклоном вышел.
– Я был в клубе, поговорил со всеми, кого только мог найти, и никто, повторяю, никто не слышал о таком титуле – Таррингтон. Откуда мы знаем, что этот парень именно тот, за кого себя выдает?
– О, Перси, ты просто смешон! – Психея всеми силами старалась скрыть от Перси свой страх. – Он же сам говорил тебе, что это малоизвестный титул.
– Но маркиз, Психея, – настаивал Перси. – Такие титулы, знаешь ли, не растут на каждом дереве!
– Конечно, но… Перси, это не твое дело. Это моя жизнь, и перестань в нее вмешиваться…
– Не мое дело? Конечно, мое. Если тебя, женщину со слабым умом и чересчур чувствительную, не защитят твои родственники, то кто же еще это сможет сделать? Это ради твоей же пользы. Спроси моего отца.
Психее не хотелось, чтобы дядя Уилфред вмешивался в ее жизнь, он и так делал это слишком часто.
– Дядя должен уважать мои желания.
Перси даже не удостоил ее ответом. Он ходил по ковру, скрипя слишком тесными башмаками, и, наконец, остановился перед ней.
– Тут дело нечисто. Я должен поговорить с ним, как мужчина с мужчиной. Где он?
– Не знаю, – не подумав, ответила Психея и испуганно зажала рот рукой.
– Не знаешь? Как же так? Разве у него нет дома в Лондоне?
– Но я же говорила тебе, он жил за границей.
– Очень подозрительно. Зачем англичанину уезжать из своей страны, если только он не сбежал от долгов или скандала? – с неожиданной проницательностью заключил Перси. – Ему нужны твои деньги, как я и говорил. А если у него нет дома, то в какой гостинице он обычно останавливается? Хоть это-то он тебе сказал?
