– А если я гений? – шмыгнул носом ученик.
– Тогда один раз попытайся это скрыть, особенно если сочинение выпускное. Допустим, тема называется: «Свобода в творчестве Лермонтова». Первое твое предложение должно звучать: «Тема свободы является одной из главных тем в творчестве Лермонтова». Последнее: «Таким образом раскрывается тема свободы в творчестве Лермонтова». В середину сочинения помещаешь все свои жалкие огрызки знаний. Ну что Лермонтова зовут М.Ю. и всякое такое. Но главное: все время давишь на тему! Все время повторяешь «свобода, свобода».
– Как можно давить на тему, если я только и знаю, что он М.Ю? – огрызнулся ученик.
– Тогда пишешь так: «М.Ю.Лермонтов всей своей жизнью, всем своим творчеством раскрывал тему свободы». Понял? Гуманитарные науки тем и хороши, что в них можно ничего не знать и неплохо выкручиваться. С математикой такое не прокатывает. Там если не знаешь, то с концами.
– Угу. Я понял уже.
ГЛОКАЯ КУЗДРА
Профессор Щукин сказал:
КОПИИ СТАРЫХ МАСТЕРОВ
– Есть один верный способ быстро научиться хорошо писать. Тот же самый, кстати, который используют живописцы, когда копируют картины старых мастеров, – сказал профессор Щукин.
– Какой? – спросила Лена.
– Переписать Евангелие от руки. Можно начать с одного из четырех. Сама увидишь большую пользу. Я дважды в жизни в этом убеждался. Первый раз, когда в пятом классе получил тройку по русскому и меня заставили переписать повесть Сетон-Томпсона, а в другой раз на втором курсе, когда переписал три главы «Мертвых душ». Почему-то такое переписывание на всю жизнь запоминается. Ты как бы сливаешься с другой душой, потом разделяешься с ней, но опыт остается.
ВОСПИТАНИЕ ДОВЕРИЯ
Профессор Шукин сидел у окна и смотрел во двор. А во дворе у них каждый день собирались сектанты. Они ходили вокруг кустарника, пели, а потом перебрасывали через кустарник старушку. Двое перебрасывали, а двое ловили. Это называлось «воспитание доверия». Потом главный сектант поднимал голову и, видя, что у Щукина борода, предлагал:
– Иди к нам, мужик!
– Не, не хочу! – отказывался Щукин. – У нас сегодня праздник!
– А у нас каждый день праздник! – говорили сектанты и запускали через кустарник какую-нибудь другую бабульку.
Профессор Щукин смотрел на это, смотрел, призадумался, пришел в университет и говорит:
– А давайте кидать через стол Маргариту Михайловну! Что нам, православным, мешает друг другу доверять? Ведь мы же, действительно, как тараканы какие-то! Сидим в норках, в квартирах своих! Дружнее надо быть! Совершать поступки, творить добро!
– Давайте! – обрадовались остальные профессора. – Маргарита Михайловна, идите сюда! Мы вас бросать будем!
Но Маргарита Михайловна не согласилась. Она стала вопить, кусаться, царапаться, а под конец даже залезла в шкаф и начала тыкаться оттуда карандашом, причем метила в глаз.
РУССКИЕ АТОМНИКИ
Профессор Щукин пришел на лекцию и торжественно прочитал:
– Русские атомники бросили вызов западным атомщикам!
– Чего? – спросила Лена испуганно.
– Ничего не поняли? А это ведь по словарю Ожегова. «Атомник» – это хороший ученый, который изучает атомы правильно, атомщик – это плохой, который изучает атомы неправильно. А сейчас кто знает слово «атомник»? Никто.
КОНКУРС НА ЛУЧШУЮ ЖЕНУ
Однажды профессора стали спорить, у кого самая хорошая жена.
– У меня жена – заместитель министра! – похвастался профессор Сомов. – Глыба, а не человек! Но очень послушная! Марина, иди сюда!.. Пришла? Нет, ничего не нужно – я тебя просто так позвал.
– А у меня мистическая жена! Ей известны тайны всех измерений и даже то, что фантасты называют «кротовыми норами» и червоточинами времени! – сказал доцент Мымрин.
– Это как?
– Вот смотрите: я зову свою жену! «Даша, Даша, Даша! Иди сюда! Ты мне очень нужна!» Тишина! Не идет! Звать можно два часа и результат будет нулевой. А теперь смотрите! Я произношу шепотом: «Даша, я сейчас выкину твой старый свитер, который ты все равно не носишь!»
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
– Где? Что? Не вздумай! Не трогай мои вещи! – закричала жена Мымрина, возникая прямо из глухой бетонной стены.
СУЕТА СУЕТ
Вечером профессор Щукин сел за текст и текст показался ему дрянью. Он испугался, но решил проверить, не дрянь ли бег, которым он увлеченно занимался. Подумал и понял, что и бег дрянь, и отжимания дрянь, и наука – дрянь. Еще немного подумал и понял, что и другие книги его дрянь, и вся его жизнь тоже, если задуматься, дрянь. Все происходило и происходит не так, как он хотел бы, не в те сроки, не по тем правилам… Всё, всё не так! И тогда профессор Щукин успокоенно встал, вздохнул и пошел спать. Потому что когда все кажется тебе дрянью, то надо срочно ложиться спать. А через несколько часов он опять проснется и обнаружит, что всё вовсе и не дрянь. Просто человек, увы, существо физиологическое и самое глупое, что он может сделать – это поверить сам себе.
ТИПИЧНОЕ ЗАБЛУЖДЕНИЕ
– Собак нередко заводят, чтобы они тебя защищали или охраняли дом. Но это типичное заблуждение. На самом деле хозяин собаки гораздо чаще защищает свою собаку, чем она его. Он постоянно должен быть настороже. На него вечно орут, он вечно оправдывается, с утра до вечера в чем-то виноват. Вечно боится, что его собака не так отреагирует на какую-нибудь бегущую за автобусом тетеньку или ребенка, и минимум раз в месяц влипает в истории, которых бы не было, не будь у него вообще никакой собаки, – сказал доцент Воздвиженский. – Посмотри полицейские сводки! В каждой второй или хозяин собаки дал кому-то по мозгам, или ему дали. И кто кого защищает?
– Точно, – усмехнулся профессор Щукин. – Но и дома этому хозяину не лучше. Все пожевано, везде шерсть, от которой он чихает. Выходишь ночью в коридор и в темноте наступаешь в миску с собачьей водой. Или не в миску. Что может сравниться с этим восхитительным чувством?
– Да-да-да! – горячо закричал Воздвиженский. – Если у тебя никогда не было собаки, надо приложить все усилия, абсолютно все, чтобы не заводить самую первую собаку! Все столбы объявлениями обклеить! Предостеречь от ошибки!
ДОКТОР КАМУФЛЯЖНЫХ НАУК
У нас вообще-то учебное академическое учреждение! Чего вы все время ходите в камуфляже? Это что-то символизирует? – спросила декан Кутузова у профессора Щукина.
– Просто удобно. Плохо с бензопилой включенной ходить, а тут все продумано, ничего не рвется, любое движение сделать можно. Через забор перелезть, пробежаться и все такое, – сказал Щукин.
– Я вас понимаю, – сказала Кутузова. – Я сама на даче и дома только в камуфляже хожу. У меня и наш есть, и натовский. Но тут учебное заведение! Тут студенты учатся, а студенты они же в душе дети! Так что потрудитесь одеваться согласно офисным стандартам! – сказала она.
– Хорошо! – сказал Щукин и на следующий день пришел в кимоно.
РАССЕЯННЫЙ УЧЕНЫЙ
Американский профессор Гумбольт был сумасшедший, но только не очень, а слегка. Однажды он пришел в гости к сомовской аспирантке Лене, поговорил о науке, выпил по ошибке бутылочку перекиси водорода, съел мочалку, нечаянно разбил телевизор, одел по ошибке вместо шапки кошку и ушел.
– Зачем ты такого психа к нам привела? От него же нужно ножи прятать, – спросила у Лены мама.
– Ах, мама, если бы ты знала, какой он замечательный ученый! – восхищенно воскликнула аспирантка Лена.
Глава 9
НАСТОЛЬНЫЙ ТЕННИС ЛЮБВИ
Доцент Воздвиженский все никак не мог жениться. Чего он только не делал. И в пустом лифте стихи читал, и какой-то итальянке в интернете на китайском языке письмо написал, и даже на свидания пару раз сходил – ничего не помогало. А все потому, что он был замороченный.
