Читаем без скачивания Завоеватель - Николай Романов

- У меня такое же впечатление, - кивнул визирь.

- Значит, попробуем снова предпринять попытку ареста. Только на сей раз я велю отправить на его поимку не меньше пятнадцати человек с несколькими парализаторами. И чтобы сначала оружие применили, с расстояния, а потом уже хватали его.

- Да благословит вас Аллах!… Только смотрите, чтобы ваши сотрудники там друг друга не перестреляли! Чем больше людей участвует в операции, тем больше вероятность неудачи…

- Я сам пойду со своими людьми, о паша!

- Что ж, не буду препятствовать, и да поможет вам Аллах!

Глава двенадцатая

Отобедав в чайхане управления, Анвар ибн Аль-Масуд вернулся в гости к «Толстому Рашиду».

Все равно сидеть в кабинете Гафура Карагеза-оглы было бессмысленно. Пусть работает человек, готовится к повторному задержанию неизвестного. А заводить собственный кабинет в управлении было бессмысленно вдвойне - подумать можно и в любом другом месте. А больше пока и заниматься нечем…

Мысли его вновь вернулись к происходящему.

Неизвестный по-настоящему нагл. Но и очень уверен в себе - любой другой не стал бы сразу после ареста соратника мозолить глаза новобагдадским безопасникам. Залег бы на дно и отсиделся. Очень похоже, что врагом и в самом деле является «росомаха».

Правда, есть и другое объяснение необычайной смелости противника. Если у него просто нет времени на оперативные меры по обеспечению собственной безопасности. Это, правда, не отменяет возможности участия в ночных событиях все того же «росомахи»…

Визирь вспомнил, что ему известно про это элитное подразделение росских силовых структур.

Известно было немногое. Проходят специальную подготовку, крайне живучи, как правило одиноки и чрезвычайно решительны… Вот и все! А остальное - исключительно слухи, которым то ли верь, то ли не верь. Карагез-оглы прав - ни одного из них еще не удавалось взять живым. Может, стоит позволить этому парню встретиться с потным толстяком Ибрахимом, а потом уже пытаться арестовать? Может, добившись своей неведомой цели, он слегка расслабится?…

В дверь номера негромко постучали.

- Кто там, ради Аллаха?

- Коридорный, о господин.

- Войдите. Не заперто. Открылась дверь. Коридорный вошел.

- Что вам надо, уважаемый? - сказал Анвар ибн Аль-Масуд. И едва не прикусил язык.

Этого парня он уже видел. Но не потому, что рассматривал коридорных в караван-сарае «У толстого Рашида». Просто, готовясь выполнить задание Светлейшего, он подробно изучал собранную людьми Бадри ибн Аль-Рахмана информацию о том, что происходило в последнее время в Росской империи. И стоящий перед ним сейчас человек находился в центре всех тамошних событий.

- Как вам удалось… - Визирь не договорил и потянулся к халату, где лежал парализатор.

- Не надо, уважаемый.

Фраза прозвучала совершенно спокойно, но было заметно, как у гостя напряглись мышцы.

И визирь понял - действительно не надо.

На подобного уровня наглость не стоит отвечать излишней агрессивностью. Целее будешь!

Мышцы гостя тут же расслабились.

- Не надо, уважаемый, - повторил он. - Я не причиню вам никакого вреда.

- Тогда зачем вы здесь?

Гость открыл рот. И снова закрыл его. Будто ему пришла в голову совсем другая мысль, резко изменившая первоначальные планы…

- Считайте, о паша, что я просто пришел с вами

познакомиться. Это ведь желание сродни жажде невинной девушки.

- У нас девушки по собственной инициативе с мужчинами не знакомятся. - Анвар ибн Аль-Масуд тоже успокоился.

Интуиция говорила ему, что непосредственной угрозы нет.

Раз этот парень, кто бы он ни был, пришел в гости, значит, ему что-то требуется. Какая-нибудь информация, скорее всего… Вот и посмотрим, каковы причины этого неожиданного посещения.

- Со мной просто так не знакомятся, уважаемый. Ко мне либо приглашают, либо приводят. И отказаться от знакомства обычно не получается, если ты не последний верблюд. Да и последние рано или поздно являются.

Гость усмехнулся:

- Я если и верблюд, то далеко не последний… И знаю, кто вы такой. Вы - глава визирата государственной безопасности Новобагдадского халифата паша Анвар ибн Аль-Масуд, да пребудет с вами милость Аллаха!.

- Да пребудет и с вами милость Аллаха, уважаемый! Вы весьма осведомлены. Как и ваш соратник, которого мы взяли.

- О да, - согласился гость. - Работа такая! На информацию об аресте соратника он и внимания не обратил.

- Работа такая… - повторил Анвар ибн Аль-Масуд. И перешел на росский: - Я даже догадываюсь, какая!

Парень и тут глазом не моргнул. Но ответил по-новобагдадски:

- А это ваша работа - догадываться.

Визирь кивнул:

- К примеру, я догадываюсь, как вы прошли в гостиницу. Пара динаров портье, и путь свободен.

- Ну, он-то тоже из догадливых. Вы же тут инкогнито, о паша. Да еще борода у вас имелась. А потом исчезла. Портье не знает, кто вы такой, ибо не политик. И что ему мешает продать информацию, которая у него есть, если за нее хорошо платят?

Странный получался разговор. Пустой, ни о чем… Примерно как с первым росским агентом.

Однако если там визирь злился, то тут и следа злобы не было. Нравился ему этот парень, своей наглостью нравился, своим спокойствием. И даже готовностью говорить ни о чем…

Однако пора было брать ситуацию в свои руки.

- Так зачем же вы ко мне все-таки пожаловали? - визирь продолжал говорить по-росски.

- Если гора не идет к Магомету, Магомет идет к горе. - Парень шагнул в сторону двери. - Просто хотел познакомиться с вами. А вдруг пригодится!

И исчез.

Лишь тихо стукнула закрываемая дверь.

Анвар ибн Аль-Масуд ринулся к ней, но только после того, как в руках его оказался снятый с предохранителя парализатор. Выглянул наружу.

Коридор был пуст. В оба конца.

И, судя по всему, гнаться за исчезнувшим гостем было совершенно бессмысленно. Только ноги попусту сотрешь…

А вернувшись в номер и чуть-чуть подумав, визирь решил, что совершенно бессмысленно и… как это выражаются россы?., и ставить на уши людей Гафура Карагеза-оглы.

Надо просто ждать.

Коли этот парень появился однажды, появится и еще раз.

Глава тринадцатая

Великий князь Владимир пожелал участвовать в аресте Павла Петровича Барятинского вовсе не потому, что ему очень хотелось с ненавистью посмотреть в глаза давнему соратнику, ставшему предателем Отечества.

В конце концов, командующий РОСОГБАК1 и сам не далеко ушел от адмирала. Просто из двух предательств он выбрал более мелкое. И более безопасное. А потому гордиться тут в любом случае было нечем. Просто так распорядилась судьба…

Но сказавший «а» должен сказать и «б».

Когда ВКВ и сопровождавшие его эсбэшники вошли в кабинет адмирала, Барятинский сразу все понял.

- Прежде мы с тобой, Володя, встречались с глазу на глаз, - сказал он, криво усмехнувшись.

- Прежде было прежде, адмирал. - Великий князь повернулся к эсбэшникам: - Оставьте нас ненадолго, господа офицеры!

Господа офицеры секунду помялись, но выполнили приказ.

ВКВ прошел к столу и сел в кресло для посетителей.

- Я должен арестовать тебя, Пахевич. У меня нет иного выхода. Извини, но сам понимаешь…

Барятинский снова криво усмехнулся:

- Понимаю, конечно… Покупаешь себе доверие ублюдка? Сдаешь ему соратника? Может, скажешь, что все случившееся изначально было спланированной провокацией? Что ты с самого начала именно так и задумал?

Великий князь поморщился:

- Не скажу! Изначально у меня была мысль свергнуть Остромира. Но власть, полученная с помощью иноземных штыков, никогда не бывает честно обретенной властью, Пахевич. Я не хочу быть бесчестным правителем Росской империи. Потомки мне этого не простят.

- Потомки, экий пафос, прости господи! - Барятинский судорожно крутнул головой, как будто воротничок кителя внезапно превратился в удавку. - Твоей главной чертой, Володя, всегда была нерешительность. - Адмирал потер лицо обеими руками. - Ты так и не изменился. И нашим, и вашим… Зря я все поставил на тебя!

ВКВ покивал:

- Да, Паша, получается, что зря. Но такова уж вся эта штука, которая называется политикой. Уж извини!

Лицо адмирала побагровело.

- Если вы предаете друзей, великий князь, с кем вы, в конце концов, останетесь?

- Со своей страной, - сказал Владимир. И снова поморщился: уж слишком фальшиво прозвучала эта высокопарная фраза.

Однако больше ему оправдываться не пришлось.

Лицо Барятинского еще больше побагровело, глава выпучились, он схватился правой рукой за грудь. И вдруг повалился вперед, глухо стукнувшись лбом о крышку стола. Да так и замер.

Великий князь на мгновение опешил. Потом поднялся из кресла, приблизился к столу и приложил палец к шее адмирала.