И вот теперь, зажатая между стеной поезда и им, я должна как-то отреагировать. Выстроить какую-то линию поведения в новых, неизведанных и пугающих для меня условиях. И это очень трудно, потому что у меня нет на это времени — всё происходит очень быстро.
Его предложение выпить кофе для меня — что-то вроде желанной передышки и смены темы, в которой я чувствую себя дискомфортно. Я его не знаю. Я его не понимаю. И я растеряна.
Он протягивает меня стакан с тёмным, ароматным напитком, который чуть посплёскивается в нём. Запах обалденный. Будто кофе только что сварили в шикарной кофейне.
— Он без сахара, — Руслан Львович сообщает это как данность, а не как намёк на то, что можно и подсластить.
— Хорошо, — отвечаю я.
Кофе горячий и вкусный. Чуть терпкий, чуть горьковатый и не содержащий ни намёка на кислинку. Мне нравится. А ещё мне нравится то, что мы пьём его молча, сидя ровно по ходу поезда.
Спустя минут пять, забрав пустые стаканчики и насадив их один за другим на горлышко термоса, Руслан Львович убирает его в портфель, стоящий у ног, и поворачивается ко мне:
— Я тебя смутил?
— Есть немного, — слабо выдохнув, тихо отвечаю я.
— Почему?
Он смотрит на меня прищуренным взглядом своих красивых глаз и меня пронизывает странное чувство, что сейчас может решиться моя судьба. Что от моего ответа зависит очень много. И я снова вспоминаю об обещанной зарплате, об арендной квартирной плате и о радости матери и сестры. Наверное, я слишком долго тяну с ответом, потому что он, чуть наклонясь ко мне, произносит с некоторым нажимом в голосе:
— Меня интересует честный ответ.
Нервно сглатываю. Снова кусаю губу. Заставляю себя посмотреть в его внимательные, изучающие меня глаза.
— Я не привыкла к такому.
— Поясни.
— Для меня работа и личная жизнь — это очень разные вещи.
— А мы разве говорим о твоей личной жизни? — вкрадчиво спрашивает он.
— Вы спросили меня, девственница ли я.
— Потому что твои реакции говорят об этом, даже если это не так. Знаешь ли, Наталья, девственница — это не только и не столько наличие плевы. В куда большей степени это реакции на проявленный к тебе мужской интерес.
Снова кусаю верхнюю губу. До боли.
Будь что будет.
— Я ведь не обязана с вами спать, правда? — спрашиваю я, глядя ему в глаза.
Он смотрит так, будто заглядывает в душу. Холодно, несмотря на карий цвет радужек. И отвечает не сразу. Выдерживает паузу.
— Нет. Такого пункта в твоём договоре о трудоустройстве нет.
Не знаю почему, но его ответ не приносит мне облегчения.
Глава 7.1
В Петербурге пасмурно. Накрапывает мелкий дождик и перед тем, как выйти из здания Московского вокзала, мы раскрываем зонты. Такси прибывает спустя пару минут после вызова. Всё это время Руслан Львович общается со мной так, будто потерял ко мне интерес. Односложные фразы, короткие команды и всё это с без каких-либо эмоциональных оттенков. Чувствую себя неуютно, но понимаю, что его поведение вполне совпадает с тем, на что я была настроена изначально. Только вот теперь я испытываю из-за этого дискомфорт.
Он галантно открывает передо мной заднюю дверь, но сам садится вперёд. И это я тоже воспринимаю, как подчёркнутую субординацию. После того, как он поцеловал мои пальцы, она кажется мне нарочитой и негативно эмоционально окрашенной. Будто он разочарован во мне, но поскольку мы находимся в совместной командировке, вынужден терпеть меня рядом.
Я по-прежнему не понимаю, как себя вести. И теперь, пожалуй, не понимаю ещё больше.
Стараясь мысленно переключиться, разглядываю сквозь чуть замызганное и чуть забрызганное дождём боковое окно архитектуру питерских домов. Мы проезжаем по центру и интересных объектов для наблюдения представляется много, но я то и дело ловлю себя на том, что мысленно возвращаюсь к прошедшей поездке в "Сапсане". Даже Дворцовая площадь и Эрмитаж воспринимаются мной сейчас так, будто я просто включила Ютуб.
Автомобиль останавливается неподалёку от набережной, у длинного двухэтажного дома с красной крышей, в которой стройным рядом виднеются окошки мансард. Здание чистое, аккуратное, ухоженное, и при этом никакой вычурности.
— Один из лучших наших отелей, — говорит таксист так гордо, будто сам его строил. — Там всё по высшему классу.
— Да, я в курсе, — холодно отвечает Руслан Львович. — Хорошего дня.
— И вам, — отзывается таксист.
Мы выходим и я замечаю, что дождь прекратился и в зонте нет нужды. Здесь очень красиво: плавно течёт Нева, много зелёных деревьев, церквей, и домов в классическом стиле. Мы молча идём по мостовой ко входу в отель. Я бы и рада перекинуться парой слов, но Руслан Львович явно этого не желает. Он хмур и, даже, пожалуй, угрюм. Улыбается только тогда, когда нас встречает девушка-хостес. Она очень радушна и обходительна. Впрочем, здесь даже охранники нам улыбаются. Всё заселение занимает не более десяти минут, включая рассказ об условиях проживания и о множестве услуг, которые предоставляются гостям отеля. Как только за девушкой, показавшей нам номер, закрывается дверь, Руслан Львович садится в кресло у окна, закидывает ногу на ногу и погружается в раздумья.
Я в жизни не была в подобных отелях. Номер откровенно шикарный, но опять же без какой-либо вычурности. Очень чистый, аккуратный, оформленный в современном стиле, с большим окном и прекрасным видом на набережную. Пахнет здесь очень приятно, какой-то лёгкой цветочной свежестью. Огромный телевизор на стене, утюг, гладильная доска, стол, кресла, чайник — здесь есть всё для того, чтобы комфортно себя чувствовать. Просторный санузел с ванной и биде. И тут действительно две кровати. Точнее, аккуратная и очень симпатичная двуспальная кровать, и в углу рядом с ней — миленькая собранная тахта-диванчик.
— Руслан Львович… — мне неловко начинать с ним разговор, но молчание сейчас смущает ещё больше.
Он поворачивает голову ко мне. Взгляд чуть прищурен.
— Да?
— Э-эм… Каков наш план действий?
Он усмехается.
— Спустимся вниз, перекусим. Потом до четырёх можешь быть свободна. Затем поедем, купим тебе одежду, заскочим в салон, и в семь у нас будет встреча в ресторане неподалёку. Что-то типа неформальных переговоров с потенциальными партёрами. Как себя вести, объясню. Там поедим, пообщаемся, возможно, подпишем бумаги. Затем я уеду в клуб.
— Мне нужно будет поехать с вами?
— В клуб? — он выстреливает этим вопросом так, будто я сморозила какую-то глупость.
Я пожимаю плечами:
— В ресторан, в клуб.
— В ресторан — да. В клуб — необязательно. Загружу тебя работой на вечер, будешь делать звонки дистрибьюторам. Что говорить, скажу. Всю информацию будешь заносить в файлы на ноуте. Пару приказов оформишь, разошлёшь письма по почтовым ящикам. Обработаешь несколько служебных заявок. Ничего сложного. Справишься.
— Поняла.
— Ладно, — он встаёт с кресла, оценивающе на меня смотрит. — Пойдём поедим.
Гостиничный ресторан выглядит, как стильный конференц-зал с просто огромным телевизионным экраном на стене, по которому крутят без звука музыкальные каналы. Стиль хай-тек, удобные изогнутые стулья, аккуратные столики, на каждом бутылка воды. Две пары сидят у окна, мы занимаем столик у стены напротив. Официант приносит меню и Руслан Львович, интересуясь моими вкусами, заказывает два бульона, один ростбиф, два салата "Цезарь" и чайник зелёного чаю с жасмином.
— Значит, слушай внимательно, — отрезая ножом кусочек мяса, говорит Руслан Львович. — Рассказываю, что от тебя потребуется на этой встрече.
Перестав жевать, я молча внимаю.
— Чтоб ты понимала. Там все будут с женщинами. Это такой элемент, подчёркивающий некоторую неформальность переговоров. Что-то типа дружеской беседы, во время которой, однако, будут решаться деловые вопросы. Если беседа перейдёт в разряд конфиденциальной, то я подам тебе знак и ты с другими девушками пойдёшь попудришь носик или потанцуешь, пока я не дам тебе понять, что эта беседа закончена и ты можешь снова сесть за стол. Это понятно?
