Главный инженер отозвался почти сразу.
— Чего тебе, малец?
Вместо ответа Каин отправил ему изображение с камер скафандра. Малка помолчал, а потом хмыкнул.
— В чём твой вопрос, юнец?
— Я должен отсоединить энерговоды от узла? Без необратимых повреждений? И всё?
— Да… — задумчиво протянул Малка. Он хотел что-то добавить, но тут его отвлекли, инженер выматерился и разорвал связь.
— Хорошо.
Каин прикрыл глаза. В его нейросети хранился бесконечный объём данных. Странник мог не знать, как конкретно устроен тот или иной прибор, но почти моментально понимал принципы его работы, особенности конструкции и легко находил способ использовать. Конфессоры ожидали, что он раскроется как гениальный изобретатель. Каин пока не торопился соответствовать их ожиданиям. В глубине души это его угнетало, но Ариадна всегда находила для юноши слова поддержки. В конце концов, именно с её подачи он стал одним из самых опытных техников ковчега. Странник не выпячивал свой реальный уровень понимания механизмов перед капитаном, потому что конфессор Пётр всегда учил его так: «Не выпендривайся! Люди этого не любят! Они впервые смотрят на тебя, и в их голове сам по себе складывается твой образ! Будь скромным, выдержанным и компетентным! И пусть они ошибутся в своей оценке, когда пойдут против тебя!»
Именно таким он и станет для команды «Харона» — мальчиком со светлой головой, несколько погружённым в себя. С такой позиции удобно и наблюдать за миром, и активно знакомиться с ним. Каин уже не в первый раз возвращался к этой мысли, но только стоя в безвоздушной среде в одиночестве смог её нормально сформулировать и осознать. Он вырвался, он в Пути. Теперь с ним Милица, а за ней нужно присматривать. Жизнь прошла крутой поворот, теперь главное — не вылететь с дороги.
Каин обошёл замок на энерговоде. Все тестовые сигналы были красными, значит питание не подавалось. Но доверять системам, которые старше только его самого на семь лет — верх глупости. Один из дронов поднялся над плечом странника и обвил своими манипуляторами толстый кабель.
— Энергетическая активность на нуле, нет даже остаточного заряда… Допустим…
Дрон обследовал замок, засунув щупы во все доступные технические отверстия, но безрезультатно. Порты подключения повреждены, беспроводной адаптер умер, разломать… Каин пожал плечами. Разломать можно всё, но как потом монтировать узел связи обратно? Замки на энерговодах не для красоты, модульность конструкции сыграла злую шутку с корабелами. Странник задумался, присел у основания замка и осмотрел покрытие под ногами. Усиленный сканерами взгляд сразу выделил лабиринт щелей в казалось бы монолитной поверхности. И вот тут в игру вступила нейросеть. Каин почти не задумываясь нашёл сервисный люк, отреагировавший на один из стандартных аварийных кодов Империи. Панель под крышкой была цела. Оранжевый диод горел напротив отметки об аварийном питании, датчик самодиагностики мигал цветовыми кодами, сообщая об отсутствии обновлений программного обеспечения, износе соединений, утечке в батарее. Узел тахионной связи требовал замены, и Каин дотошно отметил это в отчёте. Он уже понял, что никто не будет его менять, но на каждую проблему у него будет бумажка — всех, кто придёт к нему с претензиями, он отправит пешеходным маршрутом в дальние дали да ещё и с проездными документами.
Так, подбадривая себя подобными размышлениями, Каин за час обработал несколько сервисных панелей и добился того, что обычно мог совершить только капитан имперского корабля. Странник взломал древние, но всё ещё солидно защищённые мозги вспомогательного компьютера узла связи, и запустил аварийный сброс. По краям купола открылись заслонки, обнажая сопла химических двигателей. Их задача не отличалась сложностью — сорвать модуль связи с поверхности брони, если вдруг для этого имелась причина. А чтобы сохранить заклинившие замки и энерговоды, одновременно со взлётом из нижней части узла выпадали гнёзда питания, к которым вели энерговоды. Правда без них купол становился очень дорогой кучей утиля.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Готово, — Каин устало уселся там же, где стоял.
Голова странника всё ещё гудела от защитных контуров вспомогательного компьютера. Для многих знакомых ещё на ковчеге взлом программного обеспечения казался чем-то простым: подключил хак-модуль, нажал кнопку, чёрная коробочка сама всё сделает. И с простыми приборами это работает. Но, например, как взломать резервный имперский компьютер? Сам Каин никогда в жизни не сунулся бы к современным имперским машинам, даже под дулом пистолета. Имперцам операционные системы всех уровней писали искусственные интеллекты в сцепке с лучшими специалистами человечества. Отсюда — продуманность архитектуры, минимум ошибок, математически выверенная изящность с лёгким налётом творческого безумия, встроенные элементы активной защиты. У Каина имелась ограниченная база уязвимостей имперских систем пятнадцатилетней давности — огромное состояние для любого взломщика, только поэтому он в принципе решился попробовать взломать узел связи.
— А как они его вообще использовали? А может у них имелись коды? То есть, все коды? И аварийные в том числе? Нет, тогда не было бы этой проблемы…
Каин постучал по шлему в области затылка. Вот его самый откровенный минус: бросаться на задачу со всем доступным энтузиазмом, когда порой стоит посидеть, подумать, задать вопросы. Конфессоры обращали внимания Каина на это, он им кивал, но не слушал. И вот теперь снова.
— Сестра Джефферсон, поднимайте ко мне дронов, я закончил…
Глава 5
Как говорил конфессор Ясав, ремонт не может быть окончен, только остановлен. Каин в полной мере понимал его и раньше, но сейчас вкусил смысл его слов в каком-то новом качестве. Странник воспользовался одним из преимуществ большого корабля — полноценной душевой, и под струями горячей воды он обдумывал всё, что произошло с ним за эти неполные двадцать часов. Прибытие Милицы, первое полноценное участие в работе команды корабля, пусть и в работе наёмников. Ему нужно было поспать и переспать со всем этим.
Каин выключил взмахом руки подачу воды и схватил полотенце из раздатчика. На Сате принять душ — это роскошь, а на “Хароне” — данность. Огромное судно могло пустить на запасы воды какую-нибудь встречную глыбу льда и всё. Странник вышел из душевой, неторопливо вытирая голову и не стесняясь чужого внимания. Кто-то шушукался у него за спиной, но Каин игнорировал шепотки, пока чья-то ладонь не прошлась по его ягодице. Он хрустнул шеей и убрал полотенце. У него за спиной стояла невысокая, крепко сбитая мулатка с широкой улыбкой. На женщине было надето лишь утилитарное нижнее бельё. Она протянула руку вперёд, собираясь прикоснуться к Каину ещё раз, и странник без сомнения вложил в её ладонь полотенце.
— Спасибо. И не трогайте меня больше, — с улыбкой попросил он, вынимая из индивидуального шкафчика чистое бельё и комбинезон.
— Иначе что, малыш? У тебя усов ещё даже нет, что мы можешь знать о женщинах? А я тебя обучу некоторым интересным премудростям… — её улыбка из весёлой стала многообещающей, а полотенце выскользнуло из пальцев на палубу.
— Нуньес почуяла добычу!
— Где-то сказали “Новичок”, а Карла слышит “Девственник”!
Шутки посыпались со всех сторон, от мужчин и женщин. Каин на мгновение растерялся. Такие грубые заигрывания не приветствовались на ковчеге и считались агрессией. Слишком грубой формой выражения интереса, слишком нарочитой. Каин не любил такое и сильно ценил свои личные границы.
— Так что, малыш? Пойдём, тётя научит тебя паре трюков.
— Мама учила не ходить с незнакомыми тётями непонятно куда, чтобы заняться непонятно чем, — отрицательно качнул головой Каин и натянул бельё.
— Трус, — бросила мулатка и повернулась к нему спиной.
По раздевалке немедленно разнёсся шлепок. Нуньес резко обернулась, но Каин лишь пожал плечами на её яростный взгляд.
— Квиты.
По раздевалке снова пронеслась волна смешков.
