Вытерлась, обмоталась полотенцем и пошла в комнату. Сегодня надо сделать много дел по хозяйству. Воскресенье, никакие вопросы решить не получится, надо хотя бы домашние дела сделать.
Глава 10
[Санкт-Петербург, около 26 лет назад]
Дверь в квартиру открыл один из мужчин, он стоял не твердо, но в поддержке второго не нуждался. Вошли они вместе, раздался лязг ключей, что столкнулись с твердой поверхностью коридорной тумбы.
— Не надо, — раздался раскатистый бас, и сразу показалось, что темнота квартиры сгустилась.
— Ты в темноте переломаешь себе все что можно, — возразил второй мужчина.
— Я сказал не надо. Уж, в своей квартире я как-нибудь соер….сроен…соентируюсь, — еле ворочая языком, проговорил обладатель низкого голоса.
— Сориентируешься? — переспросил второй.
— Угу, — для пущей убедительности кивнул головой, пробираясь в глубь темноты, хозяин квартиры, — оно самое.
— Ну, смотри, может мне остаться?
— А зачем? — обернулся на друга мужчина, — что ты можешь сделать?
В ответ обладатель баритона замялся и пожал плечами.
— Вот и иди домой. Тебе было весело? — с горечью спросил он.
— Ну, как всегда, — ответил с растерянностью мужчина в дверях.
— Вот и хорошо, — уходя дальше в темноту, пробубнил хозяин.
Входная дверь щелкнула, чем отрезала пространство от источника света, лишь вдалеке коридора виднелся свет из окна, отголоски белых ночей. Мужчина брел до гостиной долго, медленно перебирая ногами, походка была ровной, его почти не шатало, но ленивой, как будто идя в этом направлении, он делал кому то одолжение. Оказавшись, наконец, в помещении, где царил полумрак, мужчина окончательно занавесил окна, и темнота полностью овладела пространством. Такой же плавной, ленивой походкой он дошел до дивана, расстегнул пиджак, рубашку, откинул в сторону галстук, развернулся и пошел к бару, по пути освобождая себя и от пиджака. Достав пузатую бутылку и стакан, хозяин квартиры вернулся к месту, где оставил галстук, уселся по удобнее и налив в бокал жидкость из бутылки, выматерился, уронил лицо в руки и стал его растирать.
— Дожил, бл**ь, Игорь Станиславович, — заговорил сам с собой мужчина.
Не отпив из бокала, он откинулся, голова оказалась задрана вверх, а руки распахнуты и разложены на спинке дивана. Запрокинул ногу на ногу и снова заговорил сам с собой.
— Нина, — зарычал грудным, почти звериным рыком Игорь, — Нина, — уже тише и интимнее зажурчал голос, — Нина, — толи зашипел, толи зашептал он.
Еще какое-то время разглядывая потолок, мужчина о чем то думал, потом резко собрался и потянулся за бокалом, выпил его залпом и выдохнул.
— Даже пойло не берет, что ты сделала су**а большеглазая? Если бы я с ней ел или пил, то поверил бы в привороты и точно сослался на то, что она меня опоила. А так нет ведь. Ну какого хр**а, ты из головы не идешь? — прокричал в пустоту последний вопрос.
Мужчина еще немного посидел в склоненной позе, потом стукнул по коленке и решительно встал. Немного пометавшись в выборе направления движения, Игорь отправился в сторону спальни. Скинул с себя вещи и голышом упал на кровать.
— Су**а, су**а, — кричал мужчина, колотя подушку кулаками, потом резко развернулся на спину и завыл.
В не полной темноте белой ночи, что пробивалась сквозь неплотно занавешенные окна спальни, хорошо прослеживался силуэт мужчины с эрегированным членом.
— Я тебя, подлюгу, весь вечер старался расшевелить, столько течных телок, вокруг тебя вертелось, верти на себе любую, нет, ты сейчас решил восстать. А хер тебе теперь, и мне хер, и п***ц. Такой херни со мной еще не приключалось. Что ж мне теперь, эту поломойку искать, и каждый раз в подсобке соблазнять? Так не налетаешься на случки… Ладно, надо будет подумать.
Мужчина вытянулся струной и затих, дыхание было рваным, но постепенно и оно стало мерным и спокойным. Утро настало незаметно. Но мужчина спал, никак не реагируя на более яркий свет в промежутках между плотными шторами.
Днем зазвонил телефон. Он звенел и вибрировал где-то на полу в ворохе одежды, которую ночью мужчина скинул с себя. Тяжело отрываясь от подушки, мужчина дошел до вещей, достал телефон и не глядя на дисплей ответил.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да, отец. Я тебя слушаю. Нет, нет, сегодня воскресенье и мой загул на работу не сказывается. Да. Да. Я рассмотрел твое предложение и согласен на брак с Лейлой, но только на тех условиях, что мы обсудим с ней, и если она будет так же согласна, то мы распишемся в ЗАГСе и принесем тебе свидетельство. Да, да. Нет. А это как получится. Никакие ЭКО я делать не буду. И еще, я буду развивать наш филиал в Москве. Я решил, что это будет экономически целесообразно, да и видеть вас, с молодой женой, так я буду реже. Нет, я ничего не путаю. Или так, или женись на своей протеже сам. Нет, нет. Я не хочу дальше продолжать разговор. Нет, сегодня я к вам не приеду. Маме привет, я тоже ее люблю, но видеть тебя сейчас, никакого желания нет.
Разговор завершился, а мужчина продолжал стоять с телефоном в руках, вертя его, потом стал постукивать им по себе, о чем- то усиленно думая. Потом он стал что-то листать в нем. И наконец, опять набрал чей-то номер.
— Алло, привет. Ты сейчас дома? Да, я подъеду, никуда не уходи, — приказным тоном сообщил мужчина собеседнику в трубку.
Разговор был резко прекращен, телефон полетел на кровать, а мужчина поспешными шагами направился в душ. Очень быстро, но тщательно, помывшись, в своем неизменно шикарном халате, он проследовал к кофемашине, откуда после жужжания разносился по кухне невероятный аромат свежезаваренного кофе. Выпив горячий напиток в несколько больших глотков, хозяин квартиры быстрым шагом отправился в гардеробную. Одевшись быстро, направился на выход, уже у двери, резко развернулся и вернулся обратно в спальню, где на кровати лежал его телефон, взяв аппарат, мужчина вышел из квартиры, сел в машину и тронулся в сторону выезда со двора.
В уютной, светлой, просторной квартире у окна стояла стильно одетая, стройная, молодая девушка. Ее голову украшала безупречная укладка, легкий макияж, было видно, что над ее лицом не один раз поработали и хирург, и косметолог. Работа была тонкая, но идеальность черт, нарочито пухлые губы и шикарные пушистые ресницы просто кричали о кукольности и неестественности лица. Девушка кого-то выглядывала, переминаясь с ноги на ногу, руки она сложила на груди, видимо от нетерпения, она не знала, куда их деть. Как только показалась дорогая машина во дворе ее дома, она сразу переместилась к входной двери и стала ожидать визитера там.
— Ты опять себя перекроила? — с порога пророкотал надменный бас.
— Тебе не нравится? — пискнула девушка, пропуская мужчину в квартиру.
— Я скоро тебя вообще перестану узнавать, — хмыкнул Игорь и прошел вглубь квратиры.
— Может надо чаще встречаться? Мы все-таки пара, — с обидой и укором произнесла девушка.
— Да, я как раз это пришел обсудить. Мой отец настаивает на нашем браке. Как ты знаешь, для меня кабала не мыслима, но раз так хочет мой предок, то пусть будет так. Я готов жениться на тебе, но с одним условием, что брак будет гостевой. Ты будешь жить своей жизнью, я своей, и напрягать друг друга не стоит. Только на таких условиях, свадьба состоится. Играть комедию я тоже не хочу. Так что церемонии и гостей не будет. Ты приходишь к назначенному времени, и мы расписываемся, потом расходимся по своим делам. Все довольны. — мужчина говорил быстро, резко, стоя спиной к своему оппоненту. Потом резко развернулся и уставился на девушку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— Я так не хочу, — прохрипела она.
— По-другому не будет, — отрезал он, — Лейла, давай без драм.
— А как ты собираешься заводить детей? — завизжала хозяйка.
— Никак, — отрезал Игорь.
— Но твой отец… — девушка не успела договорить, как ее перебил мужчина.
