Руки немели, градом катился пот. Затея была дурацкой, откровенно дурацкой, признаюсь. Но назад нельзя было. Хотя бы потому, что я не могу вернуться босой и в поту! Труба снова тренькнула, а я взвизгнула. От ора меня сдерживала одна-единственная вещь — прикушенный язык. Мамочка, останусь жива, сама парням во всем сознаюсь. Не сразу, но точно сознаюсь!
— Мэри? Какого черта ты там делаешь? — раздалось снизу.
Некоторые вещи того стоят. Например, раньше я никогда не видела Дана шокированным: с круглыми глазами, с не менее округлившимся в классическую букву «о» ртом.
— Да я это.. — я вцепилась в трубу покрепче, чувствуя, как руки начинают трястись. — Прогуляться решила!
— В смысле, прогуляться?! — это возопил Лео, сверху, свесившись с окна. — Господи, зачем через окно?
— Зачем по трубе? — натурально взвыл снизу Дан.
— Не знаю, — я едва ли не плакала. В таком положении у меня просто не было хорошим и удобоваримых идей. Пусть лучше дурочкой считают, в глубине души признавая, что, черт подери, будут недалеки от истины!
— Так. Стой там. Сейчас снимем! — скомандовал Дан, заметавшись туда-сюда: искал что-то.
— Снимайте побыстрее... — взмолилась я. К черту гордость и побег, я просто хочу выжить. Ну, или хотя бы остаться целой.
Сверху нецензурно ругался Лео. Ну конечно! Я-то ведь застряла не вверху. И не ближе к низу. А ровно посерединке. Так, что Лео не дотянутся, а Дану не допрыгнуть. Но Дан быстро притащил лестницу, поравнявшись рядом со мной, скомандовал:
— Давай-ка руку и переползай ко мне.
— Нет.
— В каком смысле нет?! — возмутился Лео.
— Руки застряли, — покаялась я.
— Где застряли? — Дан недоумевал, оглядывая мои судорожные объятия с трубой и сцепленные руки.
— Между собой. Онемели и не желают расцепляться, — покаялась я, отвернувшись от Дана — стало стыдно.
— Так, ясно, — Дан не стал больше ничего спрашивать, он стал действовать. Резко перехватил меня за талию, потянул на себя. Но я никак не хотела «расстаться» с безопасной трубой. Дан, не ожидавший сопротивления с моей стороны, соскользнул с лестницы. Мои руки, и так уже на пределе своих физических возможностей держащие меня, от обоюдного веса дрогнули и отпустили трубу. Сознание лишь краем зафиксировало, что мы падаем. Кошмар. Вот это феерическая дурость и феерический стыд! Угробить не только себя, но и Дана. Зажмурившись еще в полете, я упорно держала глаза закрытыми. На всякий случай.
— Ты в порядке? — голос Дана был вполне реальным, не болезненным и не потусторонним. Обычным, лишь в интонациях была капля беспокойства.
Приоткрыв один глаз, я увидела, что у него светятся глаза — ярко-синим. Частичная трансформация! Ну конечно же! Оборотень и из девятиэтажки может выпасть и ничего себе не сломать. Словно в подтверждение моих слов сверху шмякнулся Лео. Ладно. Шмякнуться могла я, а вот Лео грациозно спрыгнул. Кошачий же.
— Вы в порядке?
— В полном, вроде как.
В полном? Ну, наверное, так и кажется. Вот только у меня начинал выходить стресс. И паника. И еще стыд за свое идиотское поведение. Я вцепилась в руку Дана с такой силой, с которой не каждый оборотень может. Дан обнял сзади:
— Перепугалась, да? Ну все, не расстраивайся, если хочешь, мы даже не будем интересоваться, какого черта ты вылезла в окно.
Лео, который стоял рядом, глянул на наши объятия как-то грустно:
— Я пойду к родителям.
Никогда не обладала потрясающей интуицией, самой обычной, но сейчас точно осознала. Лео уступает меня брату. Вот дурак! Я, конечно, тоже дура. Но не до такой степени же! Схватив второго оборотня за руку, потянула на себя. Лео, если и удивился, то ничего не сказал, обнял меня на пару с Даном. Я так и стояла, зажатая оборотнями с двух сторон.
Первым отмер Дан:
— Так, ребят, думаю, нам пора возвращаться к родителям, они уже закончили.
— Что закончили? — Лео посмотрел на брата, но от меня рук не отрывал.
— Ругаться они закончили. Точнее, поругались они при мне еще, а вот мириться стали без меня.
— Точно можно возвращаться? — все же уточнил Лео. — Я не уверен, что готов увидеть способ их примирения.
— Точно, мы тут уже минут пятнадцать обнимаемся. Я бы продолжил, по нас точно хватятся. Так что пойдем, милая беглянка, познакомим с родителями.
Ясно. Чудесно. Они сочли меня трусливой, перепугавшейся встречи с родителями. Нет, все это не так далеко от истины. Но причины-то глубже!
Вернулись мы уже не в такую идеальную гостиную. Цветы в вазе по-прежнему соответствовали по дизайну всему, чему можно соответствовать, вот только... Раньше было три вазочки с цветами, теперь осталась одна. С краю, что явно не соответствовало задумке. Скатерть вроде была ровно застлана, только с самого края был ободран уголок.
— Мама, знакомься, это Мэри, наша с Лео девушка, — произнес Дан, подталкивая меня легонько между лопатками. Но ладонь не убрал — страховался, чтоб не сбежала, вот точно.
— Приятно встретиться с тобой снова, милая, — тепло улыбнулась мне Велена. Гораздо теплее, чем когда-то в кабинете на приеме, все же, там ее сдерживала маска профессионала, а здесь она могла быть самой собой.
Грозной и очень доброй мамой целому семейству оборотней.
— И мне тоже приятно с вами встретиться, — я нашла в себе силы ответить ей тем же.
Слава богу, она не кинулась с порога и не стала расспрашивать, как там моя девственность. Да и почему бы ей это делать? У страха глаза велики. Все оказалось значительно лучше, чем я представляла. Отец моих парней больше на меня не зыркал, только посмеивался благосклонно. А все по одной простой причине.
Парни переглянулись, но поинтересовались, откуда мы друг друга знаем. Пришлось сознаться, что была у их матери на приеме. И все, вопросы кончились на эту тему, мы, наконец, уселись за стол.
Рядом со мной сидела Велена. Она буквально за шкирку вытащила Дана с места рядом со мной, и села сама. А тот даже слова не сказал! Господи, если я ей не понравлюсь, то, все, можно с моими парнями прощаться. Но, по счастью, я ей нравилась. Не знаю, в чем причина, но Велена была ко мне очень доброжелательна. Господи, да она даже строила сидящего Лео, что тот не подливает мне вина или медленно подает блюда. Хотя Лео отшучивался и смеялся.
Вообще, приятная и теплая семья. Дружная. Не могу сказать, что у меня была какая-то не такая семья. Но подобной атмосферы никогда не было — ни в обычные дни, ни в праздничные. А еще все их отношения читались на раз-два. Например, Лео был явно маминым любимчиком, в то время как отношения Дана с отцом были превосходные. Хотя нельзя сказать, что какого-то любили меньше. Просто немного по-разному.
А у меня самой создалось впечатление, что Велена уже мысленно поженила нас и примиряет на меня подвенечное платье и радостно потирает руки — пристроила сыновей. Шучу, конечно. Большей часть наш диалог походил на веселый и интересный, но допрос. Сколько лет, а где училась, а кем работаю, а чем увлекаюсь, а как встретилась с Лео и Даном.
Вопросы были несложные, говорить о себе оказалось проще, чем я думала, тем более, когда рядом такой внимательный и чуткий собеседник.
— Мамааа, — заговорщицким тоном прошептал Лео. — Скажи, Мэри потрясающая?
Вот же! Кто бы сомневался, лыбится, красавец-котяра. Явно пытается добавить мне уверенности после того, как я едва не сбежала из их гостеприимного дома.
— Несомненно. Лучшая девушка, которая могла достаться вам — двум охломонам. Один вечно в свои картины смотрит, второй на машинах гоняет и во всякие опасные дела встревает. Будете обижать — хвосты откручу, — всерьез ответила Велена.
Ух, я аж покраснела. Интересно, чем заслужила такое отношение?
— Вот, а ты говорила, что тебе мало какие девушки нравятся из тех, что бывают у тебя на приеме, — хохотнул Дан.
— Если она не девственница или не беременная, — тут же добавил Лео. — Видимо, мам, все же бывают исключения.
Велена глянула на меня и все прекрасно поняла: парням я ничего ведь не сказала. А потом самым наглым образом сдала мою постыдную тайну своими следующими словами:
