Точно, услуги он ей оказывает. Кидаясь с оружием посреди ночи разгребать ее проблемы, которые ей устроил муж. Слово-то какое — услуги! Ничего оно не объясняло. Скорее, наоборот… Хорошо, что Гена не разозлился на нее. Когда она позвонила ему, чтобы извиниться, он сделал вид, что ничего особого не случилось. Он же частный детектив, наверное, полуголые девицы ему на шею регулярно бросаются. Интересно, как к этому относится его жена? Ревнует ли?
Лиза опять на себя разозлилась. О чем она вообще думает? О детях нужно думать, о детях! Что с ней не так, почему ее голова забита мыслями о чужом человеке? Это на нее стресс так действует?
— Доча, а почему ты не пригласила молодого человека на чашечку кофе? — внесла свою лепту в раздрай дочери Александра Ивановна. — Невежливо как-то!
— Извини, не догадалась, — расстроенно ответила Лиза, думая о своем. — Ночь, какой кофе? И он чай пьет.
После такой встряски они обе никак не могли заснуть.
— Ты уже успела изучить его вкусы? — удивилась мама. Она быстро пришла в себя и теперь, видя смятение дочери, была полна любопытства и жаждала подробностей. — Ну что ж. Чай — это даже лучше. Пригласи его на чай, доча. Я бы могла рассказать твоему детективу про Артема то, что ты бы сама никогда не рассказала. Он ведь должен собрать сведения о том, что за человек твой муж? Я же часто бывала у вас, и много чего интересного видела со стороны.
— О чем это ты? — подозрительно уставилась на нее Лиза.
— Ну, например, о том, что у твоего мужа в последнее время явно появились деньги. Что ему стали часто звонить по работе, в том числе и женщины. Раньше такого количества звонков не было. Я много чего знаю! В общем, приглашай своего детектива на чаепитие, я готова дать показания на Артема. Если уж вы разводитесь, я просто не имею права отмалчиваться!
Мама явно наслаждалась произведенным эффектом. От многозначительности ее тона Лизе стало плохо. Эта дурацкая ночь никак не хотела заканчиваться, подбрасывала ей все новые и новые откровения и потрясения.
— Мама, ты что-то знаешь нехорошее про Артема? — дрожащим тоном спросила Лиза. — Скажи мне сразу, не мучай. У него кто-то появился? Ты точно знаешь или просто так думаешь?
— А ты разве не так думаешь? — поддела дочку Александра Ивановна. — Хочешь сказать, что такая мысль никогда не приходила тебе в голову? Неужели ты не заметила, какой он дерганный стал от этих звонков? Как он изменился? Думаешь, он просто так сбежал? Нет, он во что-то вляпался. Звони, доча, своему детективу. Скажи, что я ценный свидетель и хочу дать эксклюзивные показания!
Лиза была в замешательстве. Она не знала, как реагировать на откровения матери.
— Звони-звони, — продолжала настаивать та. — Мужика выдернула посреди ночи из постели, а сама даже не покормила. Потеряла ты хватку, Елизавета. Разве я тебя такому учила? Как, кстати, детектива-то твоего зовут, что-то я запамятовала?
— Геннадий Валентинович Козлов.
— Ах ты ж, не повезло с фамилией, — огорчилась пожилая женщина. — Но это же не главное, правда? Лишь бы человек был хороший. Значит, так, доча. Дождись семи утра, звони и приглашай на оладьи. Если он чай любит, то твои фирменные оладушки точно заценит. А потом я ему сообщу все, что знаю, про Артема.
И Лиза сдалась. Позвонила, втайне надеясь, что Гена не возьмет трубку. Или возьмет, но откажется, сославшись на занятость.
А он взял и согласился.
Глава 7. Завтрак с бабочкой
Лиза считала себя хорошей хозяйкой. И готовить умела, и любила, и детей приучала к домашнему труду. Другое дело, что мужу все было не так и не эдак, он не замечал ни вкуса блюд, ни их разнообразия. Слова хорошего от него было не добиться. А когда твои старания не ценят, то и стараться больше не хочется. Но перед гостем ударить в грязь лицом хозяйка не могла. Поэтому к визиту детектива приготовилась основательно. На завтрак приготовила не только оладьи, но и сырники. Заварила чай в красивом фарфоровом чайнике. Достала и постелила на стол новую скатерть.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
— Иди приведи себя в порядок, ты как приведение бледная, с синяками под глазами! — шикнула на нее мама. — Причешись и глаза припудри!
— Как я могу выглядеть после бессонной ночи! — психанула Лиза. — У меня, между прочим, дети неизвестно где и развод на носу! А ты непонятно, о чем думаешь!
— О тебе я думаю! Доча, твой муж десять лет тебе жизнь портил, и умудряется и сейчас это делать, даже на расстоянии, — не отступилась Александра Ивановна. — Детей он любит, плохо им не сделает. А тебя он давно уже не любил. Я не лезла в ваши отношения, но со стороны это все было видно. Так что перестань себя винить в том, что твой брак изжил себя. Так иногда случается. Перестань дергаться. Научись улыбаться этому миру и окружающим тебя людям. И вспомни о том, что ты молодая, симпатичная и почти свободная. И тебе еще надо устраивать свою судьбу.
Услышав эти слова, Лиза в удивлении вытаращила глаза. До этого она выслушивала от мамы что-то прямо противоположное по смыслу. «У вас дети, нужно терпеть», — обычно качала Александра Ивановна головой, когда дочка жаловалась ей на невнимание мужа. И тут такой переворот на сто восемьдесят градусов!
— Мама, ты о чем? Я вполне себе устроена. Я начинаю тебя опасаться, признавайся, что ты задумала!
Но та не спешила открывать свои планы. Ответила уклончиво.
— Иди причешись, а то красавчик детектив подумает, что ты неряха какая-то.
Лиза еще какое-то время постояла, следя за мамой подозрительным взглядом. А потом махнула рукой и поплелась в ванную наводить красоту. Красавчик детектив! Надо же! Рассмотрела ведь! Она сильно нервничала перед его визитом, хоть и сама его пригласила. В памяти еще не до конца стерся громкий и быстрый стук его сердца, когда она прижималась к нему.
«Если б ты знала, мама, что он обо мне подумал сегодня ночью…»
Геннадий Валентинович прибыл в начале десятого. Спортивный костюм он сменил на клетчатую рубашку и брюки, был причесан и гладко выбрит. Излучал доброжелательность и миролюбие. И совсем не был похож на того стремительного и опасного мужчину, который с оружием ворвался к ним в квартиру сегодня ночью. Да и на неформального байкера тоже не был похож. Наоборот, казался солидным и респектабельным мужчиной. Поцеловал маме ручку и одновременно кинул на Лизу веселый, озорной взгляд.
— Не знал, что принести двум прекрасным дамам, почему-то на завтраки давно не приглашали, поэтому извините, если не угодил.
И преподнес лично Александре Ивановне большой букет хризантем, банку домашнего клубничного варенья и бутылку кофейного ликера. Та расцвела в улыбке и пригласила гостя к столу.
Лиза заранее решила, что не будет вмешиваться в разговор и побудет просто наблюдателем. Во-первых, после ночного инцидента она чувствовала себя неловко, а во-вторых, ей хотелось послушать, что такого «эксклюзивного» расскажет ее мама про Артема. Не хотела спугнуть ее откровенность.
А еще ей было удобно разглядывать Геннадия, пока он был сосредоточен на своей собеседнице. Ему, похоже, искренне понравилась мама Лизы, он много улыбался, шутил и без смущения отвечал на все ее вопросы, даже самые каверзные. Вместо того, чтобы говорить о муже Лизы, Александра Ивановна устроила визитеру настоящий допрос. И он, с аппетитом поедая сырники, а потом и оладьи, с подозрительной легкостью сообщил о себе всю поднаготную. Что ему тридцать пять, что он майор в отставке, десять лет отработал криминалистом в полиции, а потом подался на вольные хлеба. Что братьев и сестер нет, родители уехали в деревню, и варенье его как раз из их запасов. Что он разведен, с бывшей женой поддерживает нормальные, дружеские отношения. Что у него есть дочь Диана, которая живет с мамой, но часто приходит к нему в гости. Что дочка растет юным натуралистом, ее интересует все живое, а в настоящее время она занимается разведением и изучением тропических бабочек, пишет об этом какой-то проект для школы, и параллельно ведет страничку в инстаграм.
