в синем море…
Бог (ГЗК). Танкер практически полностью автоматизирован. Человеку там делать почти что нечего.
175 ИНТ. ЗОНА ОГРАНИЧЕННОГО ДОСТУПА, ДЕНЬ, 2007 г.
БЕЛЫЙ подходит к выключателю аварийного сброса груза. На нем написано «АВАРИЙНЫЙ СБРОС НЕФТИ»; рычаг в положении «выкл.», горит красный огонек.
Белый касается пальцами губ, словно посылает выключателю воздушный поцелуй. Красный огонек сменяется зеленым. Белый переводит рычаг в положение «СБРОС».
Белый (негромко, с сожалением). Ой.
176 ВИД С ВЫСОТЫ ПТИЧЬЕГО ПОЛЕТА: ТАНКЕР, ДЕНЬ, 2007 г.
Мы видим внизу танкер; вокруг него по синему морю расплывается гигантское черное нефтяное пятно.
Бог (ГЗК). Впоследствии горячо обсуждали, кто же виноват в аварии. Весь экипаж танкера навсегда отстранили от дел…
177 НАТ. ПАЛУБА ТАНКЕРА, ДЕНЬ, 2007 г.
На заднем плане идет маленький кораблик, пароходик, ничуть не похожий на огромный блестящий танкер.
Бог (ГЗК). О старшем матросе Белом никто даже не вспомнил.
178 НАТ. ПАРОХОДИК, ДЕНЬ
Белый ест чипсы на палубе пароходика. Бросает пустую пачку за борт. Вертикальная панорама: за его спиной на палубе громоздятся ржавые бочки с трафаретной надписью «ГЕРБИЦИДЫ – ЯД – СМЕРТЕЛЬНО ОПАСНО» и черепом с костями…
Бог (ГЗК). Как всегда.
179 НАТ. БОЛЬНИЦА, ВЕЧЕР, 2007 г.
К главному входу подъезжает на машине мистер Янг. Выходит Дейрдре с младенцем на руках. Их провожает стайка монахинь: болтают, не умолкая, машут на прощанье.
Бог (ГЗК). В тот вечер Артур и Дейрдре Янг с гордостью забрали ребенка, которого считали своим, домой, в тихую английскую деревушку Тадфилд. Антихрист пребывал на Земле уже двадцать четыре часа.
180 НАТ. КНИЖНЫЙ МАГАЗИН АЗИРАФЕЛЯ, НОЧЬ, 2007 г.
Дальний общий план магазина. Сохо. На двери магазина табличка «ЗАКРЫТО».
Бог (ГЗК). А тем временем в лондонском Сохо ангел с демоном пили добрые шесть часов.
181 ИНТ. ЗАДНЯЯ КОМНАТА КНИЖНОГО МАГАЗИНА АЗИРАФЕЛЯ, НОЧЬ, 2007 г.
Мы проходим через весь магазин в заднюю комнату, откуда доносятся голоса. Все поверхности здесь уставлены МНОЖЕСТВОМ бутылок вина и чего покрепче, завалены стопками книг; мы видим витрину с табакерками эпохи Регентства. Кроули пьянее Азирафеля, но вообще они оба пьяны.
Азирафель. Так о чем ты?
Кроули. О чем я. О чем я. А, вот о чем… о дельфинах.
Азирафель. Это такие рыбы.
Кроули. Нет-нет-нет, млекопитающие. Самые настоящие млекопитающие. Разница в том, что…
Ни один, ни второй толком не знают, в чем разница.
Азирафель. Спариваются на суше?
Кроули. Нет, кажется. Что-то такое с детенышами. Не суть. Дело в другом. Их мозги. (Наливает себе огромный бокал вина. Сверхъестественным существам не так-то просто напиться.)
Азирафель. И что их мозги?
Кроули. Большие мозги. Вот я о чем. О размере. О размере. О размере чертовых мозгов. Не говоря о китах. Целые города мозгов, эти киты, честное слово.
Азирафель. Кракен. Огромный как сволочь. Вроде бы в самом конце, когда моря закипят, должен выплыть на поверхность.
Кроули. Вот и я об этом! Моря закипят, будет настоящий буйаб… буйаб… суп из дельфинов, китов и прочих. А ведь они тут ни при чем. И с гориллами та же фигня. Бац – и всё небо красное, звезды сыплются на землю, что теперь добавляют в бананы?
Азирафель. Все твари от мала до велика. И маленькие, и большие, бедняжки…
Кроули. А знаешь, что хуже всего? Когда всё кончится, наступит… ВЕЧНОСТЬ!
Кроули широко взмахивает рукой, сшибает на пол бокал с вином. Тот разбивается вдребезги. Азирафель делает жест – и бокал собирается из осколков, вместе с разлитым вином, пусть и неловко, как пьяный.
Азирафель. Вечность?
Кроули отыскал коллекцию театральных программок Азирафеля.
Кроули. Сперва покажется не так уж плохо. Правда, боюсь, в вечности уже не будет премьер Стивена Сондхайма. Я слышал, твой босс очень любит «Звуки музыки». Представляешь, целую вечность их смотреть? Всё равно что снова и снова подниматься на гору…
Кроули меряет шагами комнату.
Азирафель. Мне этого хочется не больше, чем тебе, но я же говорил. Я не имею права не подч… не сделать, что говорят. Яжангел. Я… (Пауза.) Не могу говорить об этом в таком состоянии. Надо протрезветь.
Кроули. Мне тоже. (Закрывает глаза и бьется в конвульсиях. Мы видим, что все бутылки в комнате наполняются алкоголем.)
Кроули и Азирафель похожи на людей, которые только что протрезвели и не слишком-то этим довольны.
182 НАТ. ХОЛМ НАД БОЛЬНИЦЕЙ, НОЧЬ, 2007 г.
Началась гроза. Мы видим кортеж, готовый увезти ребенка Даулингов. Из дверей выходит миссис Даулинг с младенцем.
Бог (ГЗК). Гарриет Даулинг забрала малыша Уорлока домой, в официальную лондонскую резиденцию.
Камера отъезжает, и мы видим внизу верх соседнего холма. Из мрака появляется Хастур. Мать-настоятельница и сестра Тереза Пустомеля опускаются перед ним на колени. Лица у них мокрые от дождя.
Мать-настоятельница. Наша миссия выполнена, лорд Хастур. Младенец на месте, его родители ничего не заподозрили.
Хастур. Значит, монастырь больше не нужен.
Мать-настоятельница. Простите, но я…
Хастур. Орден следует распустить.
Мать-настоятельница. Что?
Сестра Тереза Пустомеля. Постойте-ка. Мы выполнили всё, что от нас требовалось. Где же наша награда?
Хастур. Вы меня раздражаете. Неужели нельзя заткнуться?
Сестра Тереза Пустомеля. Мы неумолчный орден. И говорим всё, что думаем, я же думаю, что вы не имеете права обращаться с нами как с…
Хастур (зажимает рукой рот сестре Терезе. Она падает замертво. Хастур переводит взгляд на мать-настоятельницу). Так вы скажете им, что орден распущен? Или предпочитаете, чтобы они погибли в пожаре?
Мать-настоятельница (потрясенно). В каком пожаре?
Хастур взмахивает рукой. Молния бьет в крышу больницы, и та загорается… Мать-настоятельница смотрит на Хастура и бегом спускается с холма. Смех Хастура тонет в раскате грома.
НАПЛЫВ
183 МОНТАЖ
Мы видим труп сестры Терезы Пустомели, потом тела погибших на площади африканской деревни. Потом Шеррил, супермодель из ресторана, которая лежит мертвой на полу в ванной у себя в квартире. Потом океан и мертвую рыбу в разлившейся нефти… И, наконец, пароходик с гербицидами; последний кадр – голова смерти на знаке «яд». Всё это время за кадром звучит голос Бога:
Бог (ГЗК). А вот и четвертый. Он везде и делает то, что ему свойственно. Он не ждет. Он работает. Хотя и принято говорить, что он ждет всех.
Нарисованный на бочке череп с костями ухмыляется. Мы видим СМЕРТЬ.
184 ИНТ. ЗАДНЯЯ КОМНАТА В КНИЖНОМ МАГАЗИНЧИКЕ АЗИРАФЕЛЯ, НОЧЬ, 2007 г.
Кроули нетерпеливо расхаживает по комнате. Возможно, затыкает бутылки пробками. Азирафель взволнован. Оба трезвы. Азирафель вот-вот перейдет на темную сторону.
Азирафель. Послушай, я не говорю, что я с тобой
