пупом земли, и советоваться с подростком точно не настроен. Жаль, что у меня нет точек воздействия на него.
Но я поищу. Как я понял, архимаг воспользовался халявной силой для усиления нас… нет — не нас, а конкретно себя, и планирует поступать так и впредь. И мне не нравится, что я сейчас иду по дощечкам, которые подкладывает он.
— Я бы на твоем месте подождал, пока маг освободится и узнал, можно ли почитать литературу на тему магии. За спрос Север тебя не убьет. Наверное, даже бить не станет. Зато, если получится посетить местную библиотеку, ты сможешь опередить всех лодырей, которые сейчас пускают пузыри из носа.
Дьявол!
Апелиус прав: знание — сила. Однако не важно, позволят ли мне посетить местные архивы, так как есть маленькая загвоздка.
— Эм… Господин архимаг… Я не умею читать.
Молчание длилось примерно минуту. Я ждал громового крика, но архимаг ответил довольно спокойно:
— Ладно, этого следовало ожидать. Ты смышленый малый, и по хорошему, должен был обучиться грамоте до десяти лет. К сожалению, здесь не моя империя. Думаю, в здешнем государстве нет ни бесплатных школ, ни общих уроков, я прав?
— Верно, — ответил я, не покривив душой.
— Жаль, что твои родители не позаботились о простейшем… Ты рассказывал, что маг схватил тебя во время работы в поле: значит, твои родители — крестьяне, которые не считали грамоту важным делом, верно? Все равно, дождись, пока маг освободится и узнай у него о библиотеке. В книжках зачастую есть интересные картинки. Кроме того, если в этом мире существуют заклинания, стимулирующие память, ты сможешь потом вспомнить и переосмыслить каждую из увиденных страниц. А лучше — найди общий язык с образованным пацаном из однофургонщиков и обучись у него грамоте. Она тебе здорово пригодится.
Вряд ли я смогу возобновить общение с подростками на прежнем уровне. Меня ненавидел лишь Пауль, но остальные держали дистанцию. По шепоткам и взглядам окружающих я понял, что большинство считает меня лжецом, но некоторые до сих пор не определились с отношением ко мне — ведь я как-то выжил в двух ритуалах.
Север Одвин закончил с последним подростком и выгнулся в спине, хрустя костями. После разминки маг принялся выгонять нас из здания:
— На выход! Мне осточертело сидеть с вами, попрактикуетесь снаружи! Пошли, пошли. На выход, я сказал…
Я дошел до двери одним из последних.
— Извините, — вежливо обратился я к Северу, — А где здесь можно найти библиотеку?
— Библиотеку? Похвальная тяга к знаниям, молодой человек. Но книги — настоящая ценность. Я не знаю тебя, поэтому не подскажу, где искать библиотеку. Архивариус не знает тебя, поэтому не пустит дальше порога. Иди, практикуйся. Эй, вы, все! — неожиданно зорал маг, — Жрачка в трактире мадам Жельфор! Ночевать можно здесь же, на тюфяках второго этажа, но упаси вас бог вернуться раньше вечера!
Я вышел наружу и Север захлопнул за мной дверь, оставив наедине с мрачными мыслями и Паулем.
— Пошли-ка в сторону, темнила, — сквозь зубы процедил здоровяк и попытался ухватить меня за плечо. Я увернулся и попятился вдоль особняка.
— Что эта вошь от тебя хочет? — раздался в ушах голос Апелиуса.
— Я с ним недавно повздорил.
— Пинай его в промежность и беги! Здесь иная, непривычная мне магия, но физиология у людей та же самая: удар по яйцам — в любом мире удар по яйцам!
— Ты чего, малой, попутал? — наступал на меня Дико, — Нахрена ты мне врал в повозке? Важным себя хотел почувствовать?
— Я тоже должен школе, как и ты, Пауль, — поднял я ладони. До конца каменной стены оставалось метров пять, но вот беда — я не знал, что увижу, забежав за особняк: тупик, выход на другую улицу или что-то еще. Надеяться на помощь со стороны не приходилось: детишки, кидая на нас косые взгляды, спешили прочь. Парочка местных магов в цветной одежде на нас и не взглянула, хотя взвинченный голос Пауля звучал на всю улицу.
— А мне похрену!
— Но не похрену тем, кто приедет меня забирать и увидит, что я покалечен. Видел ведь, что Филис дважды в день проверял наше состояние тренировками? Последний раз был совершенно недавно, и нас он сдал целыми и здоровыми. Ты хочешь повесить на себя другой долг?
Дико стоял в паре шагов от меня, сжимал кулаки и злобно пыхтел. Я смотрел в сощуренные глазки и пытался найти там намек на дальнейшие действия. И нашел: лицо здоровяка вдруг просветлело, будто он после долгих безуспешных попыток сложил в уме однозначные числа:
— Знаешь, Тернер, хрен с ним, с долгом…
Я развернулся и бросился за особняк. Здоровяк слаб и задыхается даже на километровой дистанции, так что план был нехитрым: бежать как можно дальше, а потом избегать пацана, пока не уберусь из города в школу.
Мне повезло: за особняком был низкий заборчик, через который я перепрыгнул и помчался по мощеной улице. За спиной раздавались проклятья и громкий топот.
— Вечно от опасности бегать не получится, — лениво поучал меня Апелиус, пока я старался дышать ровно, — Рано или поздно ты окажешься напротив этой птичьей кляксы, и тогда быстрые ноги не спасут. Тебе нужно спать, есть. Если ночевать ты можешь в траве, на лугу, то кормить вас будут только в трактире вышеназванной мадам. Я не подбиваю тебя прикончить обиженного бычка, но преподать урок — стоит. В идеале — искалечить, но ты убедил меня: неизвестно, как маг, который прибудет за Паулем, отреагирует на его травмы.
— Так что мне делать сейчас? — выдохнул я. Для меня было слишком сложно одновременно бежать, рисовать в голове карту поселения, следить за дыханием и заморачиваться с мысленной речью.
— Бежать, разумеется! — удивился архимаг, — Момент для самого удачного удара ты пролюбил, а второго может не подвернуться.
Забег продолжался недолго. Сперва Пауль потребовал, чтобы я остановился, иначе будет хуже. Потом он орал не прекращая, но ругательства звучали все тише. Расстояние быстро увеличивалось: здоровяк не бежал, а едва плелся.
— Вот ты и убежал, — тоном бывалого философа заметил Апелиус, — Но что дальше?
— Нужно найти трактир.
Два прохожих не обратили внимания на мое приветствие, третий сморщился и презрительно сплюнул, а вот четвертый подробно описал путь к трактиру. Правда, после этого облизнулся тонким синим языком и предложил мне позавтракать у него дома. Пришлось вежливо и спешно попрощаться. К кабаку я несся быстрее, чем от крепыша — Пауля.
Я быстро отыскал деревянную вывеску с рисунком пузатой кружки и непонятной надписью под ней. В дверь трактира
