Никита осознал неожиданную закономерность. Как только он перестал бороться с Котом, тот стал ему больше помогать, и это тоже оказалось своеобразной подсказкой. Бывший дневник подстраивался под парня, и тому в свою очередь было нужно подстроиться под стихии. В мыслях вспыхнуло Красное пламя орков, и над ладонью появился шарик живого огня. Это было легко. Плавность эльфов позволила воссоздать стихию воды. Это заняло уже больше времени. К счастью, предыдущие семь потоков живой духовной энергии оказались достаточно устойчивы, чтобы немного сдержать легионы серых рыцарей и выиграть Никите еще немного времени. Воспоминания о дварфах позволили подчинить камень, а свободный ветер и сам пришел в руки парня, стоило тому его только позвать.
– Осталась лишь плоть! – Никита не понимал, что именно скрывается за этой стихией, но он знал, что она пришла из мира истинных демонов, и просто представил сражавшегося с ним плечом к плечу советника из клана Гор.
В клубок стихий добавился маленький серый червячок, чья сила пока так и оставалась секретом для Никиты. Но ему сейчас было важнее не разбираться в ней, а разгадать последнюю загадку.
– Кот! – закричал парень. – Я собрал одиннадцать стихий, о которых слышал. Но как мне заполучить оставшиеся две, если я даже не подозреваю, что это? Если что, я со светлым Бо не знаком, о природе его силы не имею ни малейшего представления. Как мне догадаться, что еще он мог сюда добавить?..
Никите пришлось резко замолчать и сосредоточиться на новых защитных стенах из одиннадцати живых стихий, чтобы рыцари не смогли добраться до него и Арии с бабушкой. Увы, как бы силен парень ни стал, врагов было слишком много. Они постоянно рубили проявления его стихий, каждое мгновение сокращая расстояние между собой и жертвами на пару сантиметров, и было очевидно: еще пара минут, и все будет кончено. А темный бог молчал… Он снова не собирался помогать своему ученику, то ли считая, что тот должен справиться сам, то ли веря, что с чужой помощью этот путь просто нельзя будет пройти.
Никита же погрузился в свой собственный мир. Разбитый на две половины, верхнюю и нижнюю, он наполнился жизнью и движением. Росло дерево, светило солнце, горел огонь и текла вода – это походило на самый обычный мир, но в то же время это было всего лишь воплощением духовной мощи парня. Своеобразным мостом, где его собственные и внешние силы пересекались друг с другом…
Тайное знание повышено
Вы осознали внутренний мир как отражение внешнего, пропустив через одиннадцать живых стихий
Вы можете претендовать на звание магистра света изначального ордена
Еще недавно Никита был бы рад этому сообщению, а сейчас он только пробежался по нему глазами, и все. Что интересно в новом титуле или каком-то изначальном ордене, если по сравнению с уроками темного бога это просто пыль? Какой смысл в подтверждении того, что он и так осознал? Тайное знание… Как же сильно его когда-то манили эти слова!
«Стоп! – неожиданно Никита замер. – Тайные знания – для меня это всегда было лишь способом расти внутри ордена Западной розы. Но ведь это не просто слова. Как все живые стихии являются частью нас всех, как являлись когда-то частью светлого Бо, так и они – тоже часть его замысла…»
Мысли Никиты, подстегнутые этой фразой, неслись дальше. Он думал о боге, который так любил создавать слуг из собственных воспоминаний. Думал о тех, кто мог в прямом смысле этого слова быть лишь частью себя настоящего. Это выглядело странно, это выбивалось за рамки, заданные другими живыми стихиями, но Никита был уверен, что не ошибся.
– Я понял! – выкрикнул он.
– Тогда тебе стоит поторопиться… – темный бог кивнул в сторону серых рыцарей, которые, раскалив свои доспехи докрасна, уже почти пробились через поставленную парнем стену.
– Поторопиться… Я же тоже не против, вот только надо еще догадаться, как воплотить свою догадку на практике, – тихо пробурчал в ответ Никита, но это была скорее шутка, а не жалоба. Парень был уверен, что у него получится.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Он снова нырнул в свой внутренний мир. Туда, где помимо уже найденных и подчиненных Никитой стихий должны были скрываться еще две, до которых он пока еще не успел добраться.
«Если есть знание, то есть и тайны, – бормотал парень, в чье сознание, как когда-то в облике дракона, начало добавляться понимание того, как работает этот мир. Оно словно пришло из ниоткуда, но это было чертовски правильно, это было частью подсказки… – Если есть истина, то есть и пока непознанное. Если есть личное, то есть и общее. Просто же! И тогда получается, что в моем чертовом внутреннем мире должны быть еще и проявления как первого, так и второго. Кто-то говорит, что знак инь-ян – это проявление двух начал, добра и зла или мужского и женского. Но есть версии, что это еще и пары знания и неизвестности или личного и общих начал. То есть в каждом из нас живут две личности. Мы как индивидуальность, которую понимаем и осознаем, и мы как проявление общего разума, общего знания, как часть божественного творения… Сейчас, когда я точно знаю, что меня и все тринадцать миров создали, это так очевидно!»
– Расступись, – Никита махнул рукой, невольно сымитировав движение, которое использовал темный Кот, когда запускал свои испытания.
И вслед за движением ладони парня его духовный кристалл, солнце его внутреннего мира, распался на две половины. Распался и снова сошелся, вернувшись на небосклон, а вниз, отделившись от него, опустился луч света, на кончике которого лежало небольшое белое яйцо.
– Поздравляю, – рядом с Никитой в его внутреннем мире появился темный Кот. – Ты смог подчинить себе живые стихии – но это смог бы сделать любой сильный мастер. Но помимо этого ты еще смог сделать главное – разделить себя как личность и творение Бо. Теперь если ты сможешь довести дело до конца и дать этому яйцу раскрыться, то получишь силу, которая не будет подчиняться общим правилам. Она станет проявлением только тебя, только твоей личности.
– И когда я смогу это сделать? – спросил Никита.
– Разве я не говорил? – удивился темный бог. – У нас есть около года на тренировку, вот и попробуем выжать из тебя за это время все соки. А пока… Тебе не разве не стоит вернуться в реальность?
Никита быстро кивнул, благодаря своего учителя за ответ, а потом открыл глаза. Серые рыцари были совсем близко, грозные, смертельно опасные, но теперь парень совсем не боялся. Он добавил к одиннадцати собранным до этого живым стихиям двенадцатую, чистое солнце светлого Бо, энергию, которая была единой для всех существ тринадцати миров – и она легко пронзила все щиты рыцарей. Прокалила их доспехи добела, а потом обратила сидящих внутри духов в черный пепел.
Полгода спустя
– Сколько я убил твоих духов, темный?! – Никита молнией носился вокруг столба и привязанных к нему пленников. – Миллионы? Миллиарды? Такой цифры еще не придумали?
Больше сражаться с серыми рыцарями, стоя на месте, было уже нельзя. Те не просто перли вперед по поверхности этого пустынного мира, они лезли из-под земли, атаковали с воздуха, иногда целыми стаями, а иногда и незаметными одиночками, которые пытались спрятаться в свете какого-нибудь взрыва. Или превратившись с помощью духовной энергии преобразования в каких-нибудь огромных зверей.
– Я уже полгода бью твоих слуг, темный! – продолжал возмущаться Никита. – Они уже ничего не могут мне противопоставить! Может быть, хватит терять время? Вернемся? Мой чистый свет уничтожит Сириуса, и я смогу вернуть всех друзей и… родных к жизни!
– Рано, – рядом с парнем появился темный бог. За эти месяцы он существенно сдал, было видно, что удар, оборвавший жизнь древнего дневника, действительно нанес ему непоправимый вред. И сейчас, растягивая свои последние мгновения, он платил за это очень и очень немалую цену.
– Рано? – Никита вскинул руки вверх, и над ним появился шар чистого белого света, который сжег всех врагов минимум на сотню метров вокруг. – Если Сириус, как ты считаешь, неправильно развивает свою силу, разве сможет он меня остановить?
