Читаем без скачивания Ирина Мирошниченко - Анна Ярошевская

Наталья Петровна рассмеялась, а оператор поспешил скрыться за дверью, притворно пугливым тоном приговаривая: «Ох, уже страшно!». Вообще в их компании было весело, и Мирошниченко упивалась ощущением легкости. Приготовление пирога продолжилось – на тесто выложили начинку, заворачивая края круга, чтобы она не выпала, а из полосок теста сделали решетку, которую смазали яичным желтком.

– Осталось отправить пирог в разогретую до 200 градусов духовку и через 40 минут он будет готов, – Ирина встряхнула с ладоней муку, умудрившись запачкать при этом свой нос и щеки.

– Иришка, ты как снегурочка теперь! – Наталья Петровна покачала со смехом головой. Мирошниченко заглянула в зеркало и расхохоталась, она была похожа на маленькую девочку, совсем как в детстве, когда она помогала маме на кухне и была такая же чумазая. Обе женщины привели себя в порядок и присоединились к гостям.

За столом звучали шутки и тосты, Кончаловский шутил, был заводилой компании. Все немного выпивали, а Мирошниченко наблюдала, как Андрей и Гоша, которые вместе с ней должны были после застолья возвращаться в центр Москвы, хмелеют все больше. Наконец Кончаловский вышел из-за стола и велел собираться. Запихнув Ирину на заднее сиденье, где сидело еще несколько человек, режиссер сел за руль своей «Волги», рядом сидел Рерберг. Ирина возразила: «Как же мы поедем?». Андрей, немного заплетающимся языком проговорил: «Не волнуйся! Долетим быстрее ветра». И они действительно почти летели, Режиссер гнал по дороге на большой скорости, а у Ирины все внутри переворачивалось от страха. Наконец она не выдержала:

– Меня уже укачивает, – на слова никакой реакции, – мне страшно, мы едем слишком быстро!

Кончаловский обернулся:

– Так, хватит там пищать! Если боишься, то сама садись за руль и веди машину. Ну что, слабо?

– Не слабо! – с вызовом ответила Ирина.

– Вот и вези, если такая трезвая и уверенная.

Мирошниченко вышла из машины и поменялась местами с Андреем. Вцепившись в руль, она медленно поехала. Они ехали по правительственной трассе, где почти через каждые сто метров стоят сотрудники ДПС. Кончаловский, сидевший на заднем сидении весело что-то рассказывал, а оператор почти спал и, кажется, никого не волновал тот факт, что Ирина ведет машину без прав и документов. Спасла аккуратность вождения Мирошниченко, их машину не остановили. Актриса сосредоточилась на дороге, а Кончаловский подначивал: «Добавь газу, сейчас в гору поедем, и ты на такой скорости заглохнешь». Потом режиссер обратился к оператору: «Гош, поддай!». И тут Рерберг, дремавший до этого, со всей силы наступил на стоявшую на педали газа ногу Ирины. Актриса охнула, а машина понеслась на скорости вверх по дороге. Ирина успела подумать: «Господи, только бы не разбиться!». Скорость становилась все больше, и она кричала оператору со страхом в голосе: «Хватит! Я сама, сама!». Мужчина проигнорировал просьбу Ирины. Тогда, поддавшись панике, актриса с размаху ударила оператора локтем по колену, повторив: «Прекратите!». Гоша убрал ногу с педали и актриса снова поехала тихим ходом. Так и добрались до Москвы.

– Ну, ты молодец! – с дружелюбным смехом, вылезая из машины, произнес Кончаловский.

– А мне было спокойно. Медленно только, а мне так непривычно! – промямлил совсем захмелевший Рерберг.

Распрощались, и уже сидя в такси, Ирина почувствовала, как ее руки обмякли от долгого напряжения. Она только сейчас поняла, как рисковала, ведь с ней рядом сидели такие известные люди, а что было бы, если бы она разбила машину? Если бы они попали в аварию, и она своими руками сгубила бы их всех? «Ужас, даже подумать страшно» – Ирина встряхнула головой, прогоняя эти мысли. Все закончилось хорошо и, слава Богу. Но водить Ирине все же понравилось, причем, она никогда не смотрела на погоду – не важно, слякоть, гололед или метель, – актриса всегда водила сама. Спустя десять лет эта самостоятельность чуть не стоила ей жизни. Пока же жизнь преподносила актрисе жемчужные роли и встречи.

Разведчица

Жемчужину Черного моря Ирина полюбила с первого прикосновения в 1970 году к горячему песку на пляже. В Одессе у моря был особенный взгляд – иссиня-зеленый, оно смотрело прямо тебе в душу и успокаивало. Но сейчас было не до покоя. Актриса снималась в фильме Антона Тимонишина «Их знали только в лицо». Мирошниченко должна исполнить роль разведчицы Галины Ортынской. Эта роль поддалась Ирине не с первого раза, но дубль за дублем, она проникалась образом геройской девушки, терпевшей издевательства и многочасовые допросы в гестапо. В качестве помещения, где должна была располагаться тайная государственная полиция, решили выбрать местную филармонию.

Зеваки каждый день собирались у филармонии, чтобы посмотреть, как снимают кино про разведчиков. В кино было несколько жестоких сцен, во время которых Ирина вспомнила, что само название города Одесса по одной из легенд связано с жесткими мерами. Дело в том, что сначала город называли Хаджибей и местные жители никак не могли запомнить новое название. Тогда власти приняли строгие меры. Крестьян, которые въезжали в город через городские заставы, поставленные там казаки спрашивали, куда приезжие держат путь. Если человек называл город Хаджибаем, то его арестовывали и подвергали порке. Такой метод, как ни странно, оказался очень действенным. Да, насильственные методы можно использовать по-разному, все зависит от того, в чьих руках эта сила. Хотя, на самом деле, настоящая сила заключается не в умении причинять боль, а в мужестве быть добрым и отзывчивым вопреки обстоятельствам. В этом актрису еще раз убедил небольшой случай, произошедший на площадке.

За процессом, в числе других зрителей наблюдала старенькая женщина в беленьком платочке, такая настоящая русская бабушка. Когда она увидела, как загримированную Ирину с синяками и в оборванной местами одежде ведут «гестаповцы», не выдержала, подбежала и подала актрисе какие-то вещи. При этом приговаривала «Вот, милая, одежду тебе принесла, чтоб теплее было». Режиссер прервал съемки, а старушку вывели со съемочной площадки. Но Ирина была настолько растрогана этой доверчивостью старой женщины, что несколько часов ходила под впечатлением. Значит, в ее экранные образы действительно верят, а что может быть ценнее для актера?

В Ирину верили не только зрители, но и многие режиссеры. Причем видели первое время в ней исключительно разведчиц. Мама говорила на это: «Значит, в тебе видят силу, которая и должна быть в советской женщине». И Мирошниченко соглашалась с этим, ведь она и правда была сильной, особенно если дело касалось работы.

Следующей шпионской историей Ирины стал фильм «Ошибка резидента», режиссером которой был Вениамин Дорман. Детектив с налетом психологизма рассказывает о разведчике Тульеве. Фильм состоял из нескольких серий, и работать приходилось целый день. Во время съемок чуть не случился пожар, когда одна из костюмерш оставила включенным утюг. Банальная рассеянность чуть не закончилась трагедией. Если бы вовремя не почувствовали странный запах жженой кожи, то последствия могли бы быть весьма плачевными.

Хорошо, что Ирина всегда умела владеть собой в критических ситуациях. Однажды на лайнере во время ее путешествия с мужем произошел пожар. Люди бегали в панике, сбивали друг друга с ног, суетились и кричали. Ирина же вышла на палубу с уже собранными вещами первой необходимости, которые они с мужем привязали к шее в целлофановом пакете. Огонь, конечно, смогли потушить вместе с командой лайнера, и все закончилось хорошо. Но, кто знает, что было бы, если бы Ирина тогда не взяла себя в руки и не начала действовать собранно?

Может быть, именно эту черту характера заметил и еще один режиссер Леонид Квинихидзе, пригласивший Мирошниченко на роль разведчицы в свой фильм «Миссия в кабуле». Съемки проходили в Афганистане среди горных пейзажей. Стояла невероятная жара, казалось, что сама земля сейчас расплавится. Пар, шедший от нее, был как дыхание, горячее и неровное. Пульс земли зашкаливал. Зашкаливали и эмоции на съемочной площадке. Напряженность сюжета передавалась актерам. Одна из актрис фильма после многочасовых съемок получила солнечный удар.

После съемочного дня Ирине предложили посмотреть окрестности. На машине она и несколько ребят из команды с местным жителем поехали в одно из горных селений. У самой линии горизонта возвышались горы, напоминая величественных и молчаливых стражей, держащих на своих вершинах облака. Солнечные блики мерцали на снежных горных вершинах, Дыхание от вида такой красоты замедлялось.

Ирина заметила над горными вершинами парящего орла. Он был настолько величественен и спокоен в своем полете, что казался королем неба. Актриса понимала эту птицу, потому что в детстве жила рядом с птенцом орла. Его принес из леса Рудик. Оказалось, что маму птенца убили охотники, а птенец, оставшись один, выпал из гнезда. Он был настолько слабый, беззащитный, что нельзя было пройти мимо. Тогда дети в один голос упрашивали маму оставить орленка: