судьба не была благосклонна к ней — склад решили ограбить пираты. Под покровом ночи они пробрались на него и погрузили все бочки на свой корабль, чтобы сбыть где-нибудь на своих островах.
Проснувшись под утро от того, что все мышцы затекли из-за неудобного положения, Валанди собиралась уже вылезти из бочки, чтобы размяться, но услышала голоса. Осторожно выдавив пробку, она выглянула и увидела двух разбойников вместо простых матросов. Она поняла, что жизнь ее рухнула. Ни в какую Испанию она не попадет, а если ее обнаружат, то вообще может попасть в рабство. Но чем дольше она сидела и жалела себя в бочке, тем сильнее ломило тело, желудок уже начинало сводить от голода, да и мочевой пузырь грозился лопнуть. А двое пиратов даже не собирались покидать свой пост.
Ещё где-то час Валанди смогла просидеть в таком положении, пока желудок не стал издавать звуки умирающего кита. Чудо, что увлечённые игрой в кости мужчины до сих пор ее не услышали. Но рано или поздно это должно было произойти, распрощавшись с жизнью, она толкнула несколько раз бочку и вывалилась из нее.
Мужики, играющие в кости, аж попадали со своих мест, испугавшись резкого звука, и первое, что они хотели сделать — бежать. Ведь кто, как не матросы (а уж пираты они там или кто — неважно) были особенно двинуты на приметах. И проблемой было не то, что она женщина, а появилась так неожиданно, что первым делом подумали — призрак. Однако более наблюдательные, которые просто ковырялись в носу поодаль, быстрее игроков поняли, в чем дело, и быстро весь корабль обнесло криком:
— Баба! Баба на борту!
И опять же, не испуганные были голоса из-за той самой приметы, а, наоборот, даже какие-то радостные. И очень быстро бедную глупую девушку окружили десятки голодных до женского тела мужиков с выставленными на всякий случай саблями.
— Что еще такое? — как гром среди ясного неба раздался крик капитана «Серебряного ворона».
Пираты, как один, повернулись на голос своего славного капитана, точнее двух.
Два брата, одинаково правившее «Серебряным вороном», вышли из своей королевской каюты и с хмурыми лицами подошли к людям. Но разве то были пираты? Чистые, ухоженные бравые красавцы! Они походили на благородных джентльменов, а не на главарей шайки разбойников.
Но стойте, разве не о них писали газеты? Два брата-графа Дабон Де-Марти, потерявшие всё своё состояние, теперь грабят некогда свои собственные корабли! Их фото или рисунки не появлялись в газетах, но они действительно выглядели слишком опрятно для разбойников! Как же быть?
— Баба, капитан! — и как у матроса, который говорил это всё, слюна струёй не вытекла изо рта?
— Я вижу, что барышня, — с нажимом на последнее сказал один из братьев — высокий, с серебряными волосами. Ему не особо понравилось, что его игру в карты с братом прервали, и всю свою строгость он направил на барышню. Второй капитан был более мил на лицо, и, возможно, к счастью, он заговорил с ней первым:
— Юная леди, позвольте поинтересоваться, что Вы здесь делаете?
— У меня иной вопрос, — не дал ей ответить другой. — Вы знаете, где, вообще, находитесь?
Валанди с радостью забилась бы обратно в бочку, если бы ее не разрывало от желания сходить по нужде. И что только не сделаешь в таком состоянии. Свое спасение она увидела в том брате, который был более мил с ней, подпрыгнула к нему, абсолютно не обращая внимания на тыкающие в нее со всех сторон сабли.
— Сударь, произошла ошибка. Я должна была плыть на корабле, идущем в Испанию, — затараторила Валанди, сразу пуская в ход все свое обаяние: глаза, голос, декольте. — Мне жаль, что так получилось, я не доставлю вам неприятностей, просто оставьте меня в ближайшем порту. Но знаете, мне стыдно о таком просить, — она опустила глаза, реснички ее затрепетали, на щечках выступил румянец, и она стала переминаться с ноги на ногу, намекая на свою нужду, — не могли бы вы позволить мне уединиться?
Валанди была уверена, что под таким напором любой мужчина сдастся, ведь она применила все свои лучшие приемы разом!
И он бы обязательно согласился, но, увы, гласом этого корабля был другой брат:
— Юная леди, один из капитанов задал Вам вопрос, а Вы, мало того, что не отвечаете на него, еще и смеете требовать что-то? — но всё же он был в какой-то степени благородным и, кивнув мужчинам, заставив их тем самым удалиться, обратил свой взор на эту прелестницу вновь.
— Сектар, сжалься над барышней, — встал на сторону девушки другой. — Мы плывём свыше десяти часов, позволь ей уединиться.
— Ещё неизвестно, кто она. Быть может, шпионка этих мерзкий Драгог’Ля Морис.
— Какие глупости ты говоришь, — почти засмеялся второй. — А даже если и так, мы просто не дадим ей сойти с корабля.
Сектар ненадолго задумался, но, о чем-то подумав, даже улыбнулся. И, надо признать, когда улыбался вот так, то ему, как и Валанди, отказать было трудно.
— Да, ты прав. Мы можем просто отказать ей в первой просьбе в наказание, что она проигнорировала меня. Гинтар, проследи за ней, а потом в нашу каюту отведи. Разберёмся, кто она, а там уже и о её будущем позаботимся.
Вздохнув отчасти с облегчением, Валанди молча последовала за Гинтаром. Но не ответила она, не потому что ей нечего было сказать, она просто побоялась ляпнуть что-нибудь не то, и второй, менее приятный капитан, мог бы оставить ее без шанса наконец остаться одной и сделать все свои дела. Но что скрывать, когда он улыбнулся, сердце Валанди пропустило удар. Хотя характер, судя по всему, оставлял желать лучшего.
Наконец справившись со всеми своими делами, Валанди поправила свой внешний вид и приготовилась ко второму раунду. Один брат уже был почти у нее в кармане, осталось найти подход к тому вредине.
— Спасибо, — лучезарно улыбнулась она Гинтару, когда вышла. Идя рядом, она заинтересованно наблюдала за ним и рискнула заговорить, пока рядом не было его брата. — Что со мной будет? Я правда здесь случайно оказалась.
Удивительно, что она не тряслась от страха, как любой нормальный человек, который попал на корабль к пиратам. Ладно, до этого она была в состоянии аффекта и готова на любые поступки, лишь бы не опозориться, но сейчас до нее должно дойти, в каком положении оказалась. Однако она шла довольно спокойно — это же приключение, о котором она столько мечтала! Она либо очень смелая, либо очень глупая.
— Скорее всего останетесь на корабле, — спокойно
