Шли годы, Тиона действительно поняла предупреждение мага и вела тихий образ жизни, за пределы дворца ее не выпускали одну, без сопровождения. Она бродила по парковым аллеям замка Офулдет и вспоминала шумный дворец отца, веселый смех и множество цветов. Здесь все было по-другому, тишина в замке угнетала ее, читать не хотелось, когда небо хмурилось и разрождалось долгим, непрекращающимся дождем Тиона сидела у камина и вышивала.
- Я заживо похоронена в этом каменном мешке, - думала она и слезы, невыплаканные и горючие подбирались к горлу. Но она старалась не показывать и виду, стены замка действительно имели глаза и уши, и каждый ее вздох докладывался магу.
Прошло еще какое-то время, и зимним холодным днем покои замка огласил крик новорожденной.
- Вот и моя Изольда появилась на свет, - ворковал Слейер, рассматривая орущее личико дочери, - ух, какие же у тебя глазки, как у мамы.
- Дочь я ему родила, - думала женщина, не обращая никакого внимания на то, что все ее мысли считываются магом, - больше не нужна. Сколько мне еще отпущено в таком случае?
- Тебе не нравится здесь жить? - спокойно спросил он, отдавая дочь кормилице, - но почему? Любая твоя прихоть исполняется, что не так, Тиона?
- А зачем я здесь? Узница каменного мешка, каждое слово, каждый взгляд которой накладывается тебе мгновенно. Отпусти меня на волю, - попросила она, - дай любое задание, только отпусти. Мне здесь душно и тошно.
- Давай подождем пока подрастет Изольда и тогда вернемся к этому разговору, - предложил он, - странно, ты была неплохой травницей. Почему здесь ты не желаешь этим заниматься?
- Слейер вольная птица в клетке, даже золоченой, не поет. А почему Изольда? Какое странное имя.
- Ты бредишь, дорогая, - он положил ладонь ей на лоб, - неудивительно, вся горишь. А Изольда, девочка родилась зимой и ледяной взгляд, красивая ледяная принцесса изо льда. Она будет повелевать мужчинами, а они выполнять любые ее требования. Лекаря сюда, - велел маг, - я не готов расставаться с женой только потому, что ей все здесь опостылело.
Прошло еще несколько лет, Изольда подрастала и пугала мать своими ледяными глазами и открывающимися талантами, унаследованными от отца. Все свободное время он проводил с ней, занявшись вплотную обучением дочери.
- Слейер, ты обещал меня отпустить, - наполнила Тиона в один из вечеров, когда Изольда уже спала, а маг присоединился к жене, сидевшей у камина.
- Значит, ты все-таки решила оставить нас? - вкрадчиво спросил Слейер.
- Мы уже говорили об этом, - ответила она, внимательно глядя на мага, - тебе будет лучше, если я умру от тоски, и пополню пантеон твоих покойных жен? У тебя своя жизнь, меня в ней нет вообще, так зачем держать?
- Тиона мне не хочется тебя отпускать, но если ты настаиваешь, у меня будет задание. Ты уедешь в империю под Черной Луной, под другим именем и придется вести непривычный образ жизни. Ты будешь воспитательницей одного юного дарования, а когда выполнишь задание и устанешь от того образа жизни, я буду счастлив встретить мою Тиону обратно.
- Я согласна на все, только бы вернуться в мир людей.
- Посмотри в зеркало, - приказал маг, протягивая его жене.
- Кто это? - изумилась она, обнаружив в зеркале немолодую женщину с седыми волосами и уставшим лицом.
- Ты моя дорогая, вот только в таком виде ты вернешься в мир и никак иначе, - усмехнулся маг, - неужели думаешь, что я отпущу свою красавицу не приняв мер? Но если ты отказываешься, я рад! Останешься рядом со мной и дочерью.
На следующий день Тиона покинула замок Офулдет в образе пожилой леди под именем Хатред и нанялась в семейство Блэкрэдсан, воспитательницей Эллана. Прошло несколько лет и в замок пришло письмо от юного дарования с просьбой к магу Слейеру стать его учителем.
- У тебя совесть есть, - насмешливо поинтересовался Северус. - Я оглянулась, в аудиторию вошел профессор Тиберий и по спискам проверял всех адептов, - всю большую перемену читала, даже на полдник не пошла. А сейчас лекция, писать нужно, а не рефераты бывших адептов изучать, - ехидничал он, - и вообще, пусть тебя Гвен охраняет, а я с Камиллой сидеть буду.
Только тогда до любопытной адептки дошло, что рядом с ней на первом ряду сидят Гвен и Тамила с Локидсом. Северус с Камиллой и Леонард с Гермитой уселись позади нас, на втором ряду.
- Хм, а я действительно увлеклась, - согласилась я и заглянула к Гвену в свиток, - тему еще не записывали?
- Нет, профессор только вошел.
- Ну и как адепты, понравилась экскурсия? - спокойно спросил Тиберий, - что вы вынесли из увиденного, поделиться можете?
- Так нечестно, - зашумели адепты факультета боевой магии, - значит их на экскурсию в Храм Черной Луны, а с нас по полной, кожу сняли заставив корпеть над мистическими тайными орденами.
- Мы тоже хотим на экскурсию, - вторили им целители, - мы вообще ничего не понимаем в крестах и розах.
- А вы чего возмущаетесь? - удивился профессор, - у всех своя очередь, подойдет ваша и будет экскурсия. Не охота на семинаре с докладами работать, понятно, вот только возмущаться будете за дверью. Тема сегодняшней лекции "Предназначение мага". И у меня сразу вопрос, адепты, как становятся магами? - он внимательно пробежался глазами по рядам, - ну что же вы, неужели не знаете? Адепт Барнаус, я желаю выслушать Вас.
- Извините, профессор, но мне кажется - это элементарно, - насмешливо ответил Карл, оторвавшись от наблюдения свитка, в котором Ильгус что-то рисовал, - достаточно родиться в семействе магов.
- Я не согласен с Вашей точкой зрения, - спокойно отпарировал Тиберий и посмотрел внимательно на Гвена, - Вы у меня первый раз, я правильно понимаю, что Вы адепт Лангедок? Адресую данный вопрос к Вам.
- Профессор, я думаю, что магом становятся в тот момент, когда осознают себя им, - ответил Гвен, - рождение в соответствующей семье не всегда самое главное.
- Правильно, прекрасный ответ, адепт, - совиные глаза заблестели от удовольствия, - прошу всех запомнить, маг рождается дважды. Первый раз как человек, в момент физического рождения, а второй раз, осознавая себя магом.
- А причем здесь предназначение мага? - подал голос какой-то адепт с финансового факультета, - Вы считаете профессор, что у нас как и у представителей трех каст - мастеровых, негоциантов и воинов, есть предназначение? А для чего?
- Адепт, а у Вас к чему претензии? Я что-то не улавливаю причины такого пессимистического настроения, - вопросил Тиберий.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
