Читаем без скачивания Бахчисарай и дворцы Крыма - Елена Грицак

Гонимые иноки скрывались в дальних районах империи или уходили за кордон. Добравшись до Крыма, монахи сначала селились в долинах, постепенно переходя в более безопасные горные местности, устраивая пещерные скиты в обрывистых скалах.

Расположенный недалеко от Балаклавы Георгиевский монастырь изначально служил средоточием религии отцов-греков и всегда оставался действующим. Здесь готовили новых служителей алтарей и по традиции переписывали древние труды. Общинники жили в пещерах, высеченных в скалах вокруг маленькой церкви. Единственной возможностью проникнуть в обитель было восхождение по узкой лестнице, круто поднимавшейся над морской пучиной. Долгое время иноки успешно отражали нападения татар и турок, принимая под защиту всех гонимых и обездоленных. В конце XVIII столетия монастырь отстроился заново и во многом изменил первоначальный характер. Вместо старой церкви возник новый, более просторный храм, были благоустроены кельи, но остался налет прежнего величия и таинственности.

Главной достопримечательностью этих мест считались мифические развалины храма Дианы. Легенды связывали возведение храма с именем Ифигении. Спасенная богами от гибели дочь греческого царя Менелая загадочным образом перенеслась в Крым, став жрицей святилища Дианы. Согласно античным авторам, оно стояло на мысе Феолент и должно было находиться в окрестностях Георгиевского монастыря. Однако подлинное местонахождение, как и само существование храма, осталось неизвестным.

Древнейшие пещерные селения находились в горах Инкермана. Мягкие известняковые породы позволяли вырубать просторные жилища даже самым примитивным орудием. До прихода греков здесь прятались от врагов первые обитатели Крыма – тавры. В начале нашей эры сюда ссылали осужденных римлян, которых заменили гонимые христиане. Сторонники новой веры превращали пещеры в кельи, возводили церкви, постепенно образовав крупный монастырь, просуществовавший до XVIII века. Подробное описание инкерманских пещер содержится в «Путешествии…» Муравьёва-Апостола. В числе наиболее любопытных частей обители автор называет высеченный в скале храм полуовальной формы. Внутри церкви хорошо сохранился алтарь с остатками образов, написанных по камню.

Примерно в конце VIII столетия в районе Бахчисарая возникло незащищенное тавро-скифское селение, вначале состоявшее из новообращенных христиан. Приняв новую религию в Инкермане, единоверцы ознаменовали это событие сооружением церкви Успения, которую по традиции высекли в отвесе высокой скалы непосредственно над поселком. Позже старожилов сменили крымские греки. С новым названием – Мариамполь – колония просуществовала до 1779 года, а место моления постепенно преобразовалось в крупный монастырь. Из Бахчисарая к нему вела прямая дорога, постепенно углублявшаяся в ущелье и далее проходившая вдоль отвесных скал. Помимо множества пещер, в монастыре имелись наземные постройки: фонтаны, келья игумена у дороги, два дома для гостей и небольшая часовенка.

Главная обительская святыня – Успенский храм – имела выход на террасу, угрожающе нависавшую над пропастью. По крутой широкой лестнице к церкви дважды в год поднимались горожане со всей округи, не изменив обычаю даже в 1779 году, когда храм покинул священник-грек. Одна из самых больших церквей горного Крыма притягивала взор еще издалека. Ее фасад со специальной нишей, выделенной резными колонками, украшала роспись, созданная непосредственно на скале. Залитое светом просторное внутреннее помещение с четырьмя колоннами вмещало в себя более 200 прихожан. Солнечные лучи попадали в зал через высокие оконные проемы, из которых открывался превосходный вид на ущелье. Отрадное чувство покоя усиливали ровные светлые стены, побеленные известью и расписанные яркими красками.

Ф. Гросс. «Успенский скит под Бахчисараем». Литография, 1830-е

В XV–XVI столетиях Успенский монастырь являлся центром крымского православия. Здесь размещалась резиденция митрополита; только здесь устраивались богослужения для пленных христиан, среди которых были русские послы. В целях закрепления политического влияния на полуострове русские монархи оказывали обители материальную помощь, о чем свидетельствуют грамоты царей Фёдора Иоанновича (1595) и Бориса Годунова (1599).

В годы дипломатической борьбы за господство на Таврике настоятели Успенского монастыря выступили единомышленниками российских государей, подготавливая православное население полуострова к переселению на земли Приазовья. Организацией переезда занимался фельдмаршал Суворов, сумевший в 1778 году обеспечить выезд более 30 тысяч местных христиан – земледельцев, ремесленников и скотоводов. Обитатели Мариамполя поселились на побережье Азовского моря, где из греческой деревни вырос город Мариуполь.

В 1801 году у пещерной церкви появился конкурент в виде православного храма в Бахчисарае. Попустительство городских властей привело к разорению вековой святыни. Успенский храм лишился икон и утвари, уподобившись заурядной кладбищенской часовне. К 1820 году при церкви осталась чета старых греков, избравших местом жительства деревянную каморку, устроенную в скале высоко над землей. Некогда процветавший монастырь опустел и начал разрушаться. Спустя несколько десятилетий, частично восстановленный, он обладал лишь статусом скита, то есть небольшого поселения монахов-отшельников, скрытого от посторонних глаз в горной глуши. Во время героической обороны Севастополя в кельях Успенского скита действовал госпиталь. Скончавшихся от ран хоронили на территории обители и на монастырском кладбище, где по сей день сохранились надгробия.

…Да одиноко городищаЧернеют жутко средь степей,Забытых дел, умолкших днейНенарушимые кладбища…

Строки из стихотворения Максимилиана Волошина относились к отдельно стоявшим храмам и небольшим скитам, коих на Таврической земле имелось великое множество. Быть может, ощущение жуткого одиночества у поэта вызвала церковь Иоанна Предтечи, воздвигнутая в XIV веке недалеко пещерного города Качи-Кальона. Судя по форме кладбищенских надгробий, в Средневековье рядом с храмом находилось поселение, где жили представители различных народов Крыма. От самой церкви сохранились фундамент и абсида. Однако Волошин мог застать фрагменты необычной росписи с изображением сцен из «Поклонения жертве». Весьма редкий архаичный сюжет фресок представляет большую художественную ценность как по исполнению, так и по композиции. В настоящее время картина вместе с частями алтарных стен составляет экспозицию одного из крымских музеев.

Следуя по пути из Мангупа в Инкерман, средневековые путешественники останавливались на ночлег в пещерных монастырях Шулдан и Челтер. Несмотря на татарское господство, греческая православная культура сумела сохранить влияние на всей территории Крыма. Немалая заслуга в этом принадлежала христианским монастырям, расположенным в окрестностях Бахчисарая, в самом центре Крымского ханства. Русские цари оказывали горным обителям помощь в виде ежегодной «руги» (от греч. rhoga – «плата»), кроме того, щедро одаривая греческих монахов, нередко наезжавших в Москву «за милостыней». Такое сотрудничество обеспечивало выгоду обеим сторонам: крымские монастыри продолжали существование, а Россия располагала источниками информации во враждебном государстве. Впоследствии опора среди христианской части населения в преобладающей татарской среде сыграла важную роль в превращении средневекового ханства в процветающую Таврическую губернию.

Основание монастыря Шулдан относится к VIII веку. Извилистая дорога поднимается по заросшему лесом склону, ведет вдоль скального обрыва и узкой тропой приводит на ровное плато. Первым сооружением пещерного скита можно считать естественный грот с источником. Вода сочилась из скалы и стекала по выточенному желобку, за долгие годы пробив выемку в виде чаши. Неизвестно, когда в этом месте произошел обвал, но грот и прилегавшие к нему пещеры завалило камнями, а родник выбрал себе другой путь, вырвавшись из-под земли в некотором отдалении.

Успенский пещерный монастырь. Гравюра XIX века

Кельи монахов составляли небольшой город, представленный домами-пещерами природного и искусственного происхождения, расположенными в два уровня. С верхнего, похожего на балкон яруса открывался великолепный вид на Шульскую долину. Устроенная на самом высоком месте плато единственная церковь имела форму базилики с коробовым сводом и притвором – нартексом – в западной части. Прихожане поднимались по лестнице с каменным парапетом, которая после обвала нижней половины повисла высоко над землей.

Если в ранних христианских храмах нартекс предназначался для оглашенных, то позже его рассматривали как входной зал. Притвор отделялся от основного помещения двумя колоннами. Вдоль полукружия центральной абсиды проходила длинная вырубленная скамья с епископским креслом в алтаре. По наличию неуместных сооружений, подобных зерновой яме в баптистерии, можно судить о том, что церковь устроили в пещере хозяйственного назначения. Храм окружали жилые постройки с одинаковыми насечками на стенах.