Что-то как то много чести, - пробормотал уже под нос Марат. И добавил:
Беседа, ты не дрейфь, если я его не уложу, то остальным и подавно такое не по силам.
Графы, которые окружили зачинщика и крейсера полукругом – рассмеялись. Вот только смех вышел напряженным.
Слушай! – вдруг перешел чуть ли не на шепот Беседа. – Иди сюда.
Крейсер схватил юношу обеими руками за голову. Черные глаза встретились с зелеными.
Слушай меня, парень, - горячо шептал Гена. – Забудь про себя. Сегодня ты не для себя сражаешься. Ты ради нас выходишь. Ради своей школы, ради своей секции. Ради тренеров, за честь всего района, понял?
Да понял я, понял…, - разозлился Марат.
И, никого не слушая, не оглядываясь – двинулся к центру поля. Футбольный матч тотчас же прекратился, футболисты бросились каждые в свою сторону, к своим.
Маратка, тварь, задушу…, - донесся сзади выкрик Беседы.
Эй, спартачата! – выкрикнул в свою очередь Марат. - Мясо мне приготовили?
Толпа спартаковцев засвистела и заулюкала.
Конец тебе, тощий недомерок! - кричали оттуда. – Ляжешь сегодня! Своими зубами подавишься! Спартак – чемпион!
Марат стоял под градом насмешек, спиной чувствуя, как нарастает недовольный гул «металлистов». Секунд двадцать ждал, пока шквал оскорблений от спартаковцев утихнет…
А потом он раскинул руки, чувствуя себя гладиатором.
Я – железо! - выкрикнул он громко, звонко.
Ты – железо! – услышал сзади рев десятков глоток.
Мы! Железо! – все вместе…
Кто сильней? – опять крикнул Марат, почти в полной тишине. Их кричалка завораживала всех.
Мы! Сильней!
Марат, не оборачиваясь, чувствовал, как дрогнула земля, как пришли в движения тела, как формируются стройные железные шеренги.
Кто сильней?! – орал он уже во все горло, вместе со всеми.
Мы – сильней! Мы – сильней!!
Горилла медленно приближалась к Марату. Парень явно не знал как себя вести. Всё для него здесь в новинку.
Марат видел его впервые, и мог поручиться, что раньше этого монстра в городе не было. Чемпион среди юниоров… Ну надо же…
Страха не было. Совсем.
Глава 7
Когда гориллоид оказался в десяти шагах от Марата, тот пришел в движение. Скорость была просто потрясающей. Кому-то непосвященному могло показаться, что сейчас Зуболом прыгнет, и попробует ударить ногой в полете. Чемпион Европы даже слегка усмехнулся.
А потом мелкий прыщ пропал из виду. Только слева, далеко – покатился колобок. Парень изумленно развернулся… и только потом понял, что это не он развернулся – а его, развернуло… Марат, прокатившись за спину противника, уцепился за правую руку боксера. Тот рванул на себя, и тотчас чуть не потерял равновесие… почти шлепнулся… и сразу резкая боль в плече чуть не заставила его заорать…
Мелкий хорек вывернул толстую кисть, пробежал пальцами по предплечью, заломил руку почти к затылку. С хрипом, выпучив глаза – чемпион постарался вырваться – …и вырвался. Вот только рука уже висела бесчувственной плетью, а сам он стоял на земле, упираясь в нее левой рукой. На шее, и под мышкой, в сложном захвате - лежали-протиснулись тонкие руки.
Чемпион попытался вскочить, но вместо этого его голова пошла по странной траектории, по изогнутой восьмерке – и впечаталась лбом, прямо в каменистую, утоптанную землю. И еще раз. И еще. Чудовищным усилием боксер вырвался, разорвал захват. В глазах пыль и кровавые круги, зубы вроде целы… И кто-то тотчас же ухватил его за ногу, за самую лодыжку, и теперь он полетел на землю плашмя, а многострадальную правую руку снова заломили стальные манипуляторы, но не к затылку, а уже чуть не к макушке…
Сволочь, руку оторвешь, пусти, гад! - в бессильной ярости закричал парень. – Тваааарррь!
Боль была просто ужасной. Эта мелкая тварь сверху реально хотела оторвать ему руку!
Наших бьют! – заорало со всех сторон. – Наших!! Бьют!!!
Задрожала земля. Марат, как заяц, оставив стонущего лежащего чемпиона – рванул на дальний фланг, к своим.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Сошлись.
Несколько секунд продолжалось как будто равное противостояние, а потом «металлисты» дрогнули, и начали откатываться к своим воротам. Засвистели зрители.
Ломи! Держи! Мы – мясо! Мы – сильней…
Драка шла уже у ворот, там намертво встали графы, самые могучие бойцы, специально отобранные из всех школ… последний заслон. Но их продавили, и вот – звук судейского колокола, привязанного к перекладине футбольных ворот… Спартаковцы пробились к колоколу, и заставили его прозвенеть…
Драка прекратилась, как по взмаху волшебной палочки. Все встали, как вкопанные. Ударить кого после колокола – вечный позор и пожизненная дисквалификация.
Тьфу ты! – в сердцах сплюнул Комбат. Кто-то из спартаковцев весело заорал. Кто-то протянул руку для рукопожатия. Машинально Комбат пожал протянутую пятерню бывшего соперника.
– Запинали, как щенят…
Что, продули, слизняки? - раздавался над толпой зычный голос Беседы.
Спартаковцы бурно поздравляли друг друга.
Где там наш мелкий говнюк? Зуболом который! Тащи его сюда! – снова подал голос Гена.
Марата подхватили под мышки, поволокли на голос крейсера.
Ухо у юноши распухло – поймал удар слева. Из губы сочилась кровь. Ребра тоже слегка побаливали, угодил под чью-то ногу. Но в целом – ничего, могло быть и хуже.
Ну, ты даешь, мелкий! - захохотал Беседа, как только Марата поставили перед ним. – Стране железо! Как сам то, ничего? Чистая победа, брат. Это тебе не хухры-мухры! Пиво пьешь?
Гена Беседа, не смотря на проигрыш, явно был в отличном настроении.
Нет, - как можно грубей ответил Марат.
Молодец, - похвалил Крейсер. – От пива пузо растет. Смачно, мелкий, смачно. Иди, подружись с чемпионом, а то он наверно в шоке. Объясни там, что к чему, парень то весь поник, как тряпка… Объясни, что ты тоже в шестерке лучших юниоров по стране, только типа… ну, придумай там что-нибудь…
В кармане у Гены зазвонил телефон.
Да, все нормально. Проиграли. В целом. Нет, конечно. Да нет же, Зуболом выиграл. Вчистую. Да… чего там сомневаться… чистая победа… Запись есть, конечно, со всех ракурсов…
Марат в сопровождении Комбата пошел к спартаковцам.
Им протягивали руки, хлопали по плечам, одобрительно восклицали. Словно и не стояли десять минут назад друг напротив друга, готовые рвать и метать.
Экс-чемпион находился поодаль от остальных, вокруг него суетились целая команда. Плечо перевязали прямо на одежду. Рука тоже на перевязи, стекающую со лба кровь зафиксировали зажимами прямо на грязную рану. Прибежал человек с ледяной грелкой. Морщась, чемпион приладил ее под перевязь.
Увидев Марата, парень нахмурился, потом сквозь силу улыбнулся. И стало видно, как он молод. Ну, реально мальчишка, здоровенный бычок, наивный и простой.
Марат протянул левую руку.
Зуболом, - сказал он как можно дружелюбней.
Слон, - ответил на рукопожатие чемпион. - То есть Слава. Слава Слон.
Марат, – снова представился юноша.
Да я в курсе, - чемпион продолжал держать ладонь Марата в своей левой руке.
Рука как рука, - пробормотал он. – А там я будто с роботом каким-то дрался. Ты не робот случайно? Терминатор какой, из жидкого железа?
Не, - хмыкнул Марат. – Но ты тоже здоров. Я с одной твоей рукой едва справился, вот если честно. Ты бы из меня котлету сделал, если на ринге…
На ринге – да. А вот тут, видишь как, братишка… Сплоховал…
Да ничего, - успокоил его Марат. – Это фигня. Почти случайность. Сам же понимаешь, ты в первый раз, а я тут целый год в зачинщиках. Весной встретимся снова. И увидишь как оно все будет, совсем по-другому. Опыт, братишка, вещь великая…
В понедельник на второй перемене Марат как обычно пошел к школьному спортивному городку. У него давно сложилась такая традиция - на второй перемене выходить из школы на улицу и пять минут посвятить разминке. Все, особенно парни относились к этому с пониманием и уважением. Некоторые даже составляли пару Марату, но обычно недолго. Зимой особо никому морозиться неохота.
