Парни о чем-то негромко переговаривались, прыснули, а потом и вовсе расхохотались. Ивакин неободрительно покосился на них, и ребята притихли. А сама Клео покрепче перехватилась руками за сиденье.
Когда-то – кажется, совсем недавно – она вот так же пила дешевое вино вечерами у костра на раскопках. И пела песни под гитару. А теперь…
Господи, Клеопатра Климова, когда ты успела потерять вкус халвы?! И стала такой взрослой скучной теткой? Может, напроситься к этим ребятам в компанию?
Клео покосилась на парней. Стройные, поджарые, веселые – такие, каким и положено быть студентам. И работают хорошо.
А Клео им только все веселье своим присутствием испортит. Все-таки для нее времена бесшабашных студенческих посиделок миновали. Нет, это точно плохая идея.
И вообще, в конце-то концов, у нее там дома есть человек, который может вкусно накормить, налить вина и развлечь. И, может быть, зря она вчера его так резко…
Клео не видела, какая у нее на лице появилась красивая и чуть мечтательная улыбка. Аркадий Ивакин покосился на нее еще более неодобрительно, но Клео этого не замечала.
***
– Ты куда собрался?
Павел ей ответил взглядом, в котором явно читалось: «Не твое дело».
– Пойду реализовывать твой вчерашний совет и искать себе приключений.
Почему-то его ответ огорошила Клео. Ведь она ему и в самом деле вчера сказала… прямым текстом практически, чтобы нашел себе девушку для курортного романа. Но она же не ожидала, что…
– Там вот-вот пойдет дождь.
– Для того, чтобы есть шашлык, пить вино и трахаться, дождь не помеха.
Ах вот как вопрос ставится…
– Тебе освободить жилплощадь?
– Не стоит утруждаться, – криво усмехнулся Павел, засовывая телефон в задний карман льняных штанов. – Буду искать даму со своей жилплощадью. Но, в крайнем случае, если я приду не один, имей в виду: ты – моя сестра.
И в этот раз Клео снова очень не ко времени затормозила. И когда у нее родился достойный ответ, за широкоплечей мужской фигурой уже закрылась дверь.
***
Подумаешь, цаца какая! На все, кроме каши и кофе на завтрак, он может не рассчитывать! Ну и ладно. Ну и подумаешь. Свет клином на представительницах египетской династии не сошелся!
Павел приехал сюда отдыхать и развлекаться. Значит, он будет отдыхать и развлекаться! И он принялся с энтузиазмом реализовывать эту концепцию.
С моря дул ветер, принося редкие капли, и официант ресторана на набережной настоятельно рекомендовал перебраться с открытой веранды в зал. Павел этому совету последовал.
Зал оказался уютным, с камином, который тут же принялись разжигать. А Павел для себя решил, что сначала поужинает, а потом… а потом по обстоятельствам.
Обстоятельства нарисовались практически сразу. Через два столика от него. Блондинка крупных литых форм, слегка клонированная на вид, но Паше на это плевать. Он ее и не собирался запоминать. Зато тело в дело вполне годное – раз. И цели у нее, судя по взглядам, примерно такие же, как у самого Паши – это два.
Бокал шампанского «от мужчины вон за тем столиком» подтвердил эту версию. И вот они уже сидят за одним столиком и знакомятся. Женщину зовут Инна, она что-то рассказывает о себе, Павел слушает вполуха. Скорее всего, она не говорит всей правды. А вернее всего – врет. И он беспечно врет ей в ответ, придумывая какую-то версию себя. Не правду же ей рассказывать о своих нескучных прокурорских буднях. Так что это ложь во благо. Пусть врет. Пусть они оба врут. Зато у нее стоящие мячиками силиконовые груди третьего размера и хорошая гладкая кожа. А что еще надо мужчине для того, чтобы расслабиться в отпуске?
Да кто б этого мужчину знал! Допросить бы его с пристрастием, идиота этакого.
Когда Павел почувствовал на своем бедре женскую руку, ощутил, как рука поползла вверх, он… он улыбнулся. Взял ее руку, галантно поцеловал пальчики и предложил выпить кофе и скушать десерт перед тем, как уходить отсюда. Инна согласилась.
А пока им делали кофе, Паше отлучился в туалет. А там вызвал такси и через пять минут свалил в закат. То есть, попросту, сбежал. В идеале надо было сбежать, не заплатив, но Паша рассчитался, когда заказывал кофе.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Вот дурак же. И кофе не попил. И десерт с заковыристым названием «Манго флоат» не попробовал. Ну и без секса остался.
Дурак же? Дурак.
За окном мелькали огни в темноте. А Паша, обязывая себя всякими нехорошим словами, тем не менее, четко осознавал, что поступить иначе у него не было ни единого шанса. Не лежала у него душа к этой… Инне. И душа не лежала, и член не стоял. Нет, он бы встал по необходимости. Но Паша любил, чтобы это происходило не по необходимости, а по желанию. А вот его-то и не было.
– Слышь, командир, нам бы где-нибудь по дороге заправиться, – окликнул Паша водителя.
– Где дурь продают, я не знаю, – тут же хмуро отозвался таксист.
Паша хмыкнул. Однако. Его, прокурора, принимают за любителя запрещенных веществ. Интересно, это хороший признак или нет? Павел не мог сообразить. В нем плескались три бокала вина и требовали себе компании. И уже не вина.
– Стар я для дури. Давай коньяка где-нибудь купим.
– Это можно, – таксист заметно расслабился. – Вам бюджетный или подороже?
– Мне чтоб хороший.
– Понял. Принял к исполнению.
И машина резко перестроилась в правый ряд.
Глава 3.
Глава 3.
Мчися, Ирида крылатая, вспять возврати их (Гомер, «Илиада»)
В Клео вселился бес хозяйственности и чистоплотности. Она перемыла полы во всем доме, перестелила белье – на своей постели, разумеется, отдраила плиту, раковину, ванну и унитаз. Ну а как же? Вдруг «брат» девушку приведет?!
Клео стянула с головы косынку, сердито сдула упавшую на лицо прядь. Так, может быть, еще окна помыть? Или шторы снять и постирать? Все, что угодно, лишь бы не думать о том, чем сейчас занят этот противный Павел Тихий!
Девушка посмотрела на окно. Ну какое окно, Клеопатра Николаевна? Уже темнеть начало! Иди уже вместо окна саму себя отмывай от трудового пота. И спать ложись.
Ванну Клео приняла с чувством, толком, расстановкой. В смысле, с ароматическим маслом мускатель, с последующим скрабированием и прочим умащиванием самой себя. Только голову проигнорировала – промывание такой копны волос, как у нее, – это целая эпопея, на которую у Клео уже не осталось сил. Но с шевелюрой Клео повезло не только в плане густоты, но и тем, что волосы долго не жирнились. И вполне переживут без помывки еще день, а то и два.
Клео аккуратно промокнула тело, завернулась в полотенце, нажала на ручку двери ванной.
И выйдя за эту дверь, обнаружила, что «брат» вернулся. Один.
Павел стоял, привалившись к противоположной стене, рядом с входной дверью. Светлая льняная рубашка в темных пятнышках от дождя, руки в карманах брюк, босые ноги. Вся поза такая небрежная и при этом такая… Клео знала уже, что ее версия про фитнес-тренера совершенно несостоятельная. Но сейчас она снова пришла девушке в голову. Какое-то неприлично совершенное владение собственным телом.
Клео повыше поддернула узел полотенца.
– Я твоя сестра?
Он молча покачал головой.
Значит, нашел даму с жилплощадью. Клео почувствовала, как впиваются в ладони короткие ногти.
– Она была блондинка, брюнетка?
Он снова покачал головой.
– Нашел рыженькую – под стать себе?
Еще одно отрицательное движение головой. Клео почувствовала, как кулаки само собой разжались.
– Неужели не нашел девушки под свой вкус? – Павел ради разнообразия выразил кивком согласие. – Да ты капризный, Павел Тихонович! Что с ними не так?
– Они не ты.
Тут разжались окончательно не только кулаки, но и узел на полотенце – Клео едва успела его поймать.
– Сними его.
Тихий хриплый голос острой бритвой полоснул по нервам. Пальцы и в самом деле едва не разжались. Что же ты делаешь, гад рыжий?!
