Покраснев, я попятилась.
— Я опаздываю на французский.
И я, спотыкаясь, бросилась по коридору.
— Центр языкознания в другой стороне, — крикнул он мне вслед.
Когда я добралась до класса, выяснилось, что преподаватель тоже только что появился. Мистер Коллинз оказался долговязым мужчиной с бородкой, в твидовом пиджаке и при галстуке.
Маленькое помещение было забито до отказа. Я оглянулась в поисках пустого места, и мое сердце кувыркнулось в груди. Я сделала глубокий вдох и постаралась успокоиться. В конце концов, это обычный парень.
Ксавье Вудс приятно удивился, когда я села рядом. Стараясь не обращать на него внимания, я сосредоточилась на уроке.
— Изучать французский тебе будет нелегко, — шепнул Ксавье мне на ухо.
И тут до меня дошло, что я все перепутала. Передо мной лежала не французская грамматика, а книга о французской революции. Щеки у меня опять запылали, и я наклонилась, пытаясь спрятать лицо за волосами.
— Мисс Черч, — произнес мистер Коллинз, — будьте любезны, прочитайте нам отрывок на девяносто шестой странице, озаглавленный: А la bibliotheque.[3]
Я оцепенела. Затем открыла рот, собираясь извиниться, но Ксавье быстро подвинул ко мне свой учебник.
Я бросила на него благодарный взгляд и начала бегло читать, хотя раньше никогда не говорила на этом языке. Так уж устроены ангелы — мы достигаем совершенства в любой области. Мистер Коллинз подошел к нашему столу. Я не отрывалась от текста. Может, отчасти мне хотелось произвести впечатление на Ксавье Вудса, восполняя свою прежнюю неуклюжесть.
— Вы жили во Франции, мисс Черч?
— Нет, сэр.
— Возможно, посещали страну?
— К сожалению, нет.
Я покосилась на Ксавье.
— Вероятно, у вас врожденная способность. Думаю, вам будет интереснее в классе продвинутого уровня, — заявил мистер Коллинз.
— Нет! — вырвалось у меня.
И я мысленно поклялась, что в следующий раз буду вести себя разумнее.
— Я многого не знаю. Произношение — моя сильная сторона, но с точки зрения грамматики я предпочту быть здесь.
Мистера Коллинза удовлетворили мои объяснения.
— Вудс, теперь ваша очередь. — И учитель поджал губы. — Где ваш учебник, Вудс?
Я подвинула книгу обратно к нему, но Ксавье не притронулся к ней.
— Сэр, простите мою забывчивость. Спасибо за предложение, Бет.
Я хотела запротестовать, но Ксавье бросил на меня предостерегающий взгляд. Мистер Коллинз нацарапал что-то в блокноте и, ворча, удалился к доске.
— Плохой пример вы подаете, староста школы. Задержитесь после урока.
Когда французский закончился, я дожидалась Ксавье в коридоре. Он выручил меня, сгладил неловкую ситуацию и заодно пострадал.
Когда дверь распахнулась, он вышел из класса с беспечным видом и сразу мне улыбнулся. Вообще-то во время перерыва мы должны были встретиться с Молли, но эта мысль давно улетучилась из моей головы. Под взглядом Ксавье можно было забыть даже о необходимости дышать.
— Пустячное дело, — сообщил он мне.
— Но из-за меня ты впутался в неприятности!
— Сердишься? — осведомился он.
Две девушки почему-то остановились неподалеку. Та, что повыше, пропела сладким голоском:
— Привет!
— Привет, Лана, — бросил он.
— Как ты справился с тестом по математике? — поинтересовалась она. — По-моему, он жутко сложный. Мне понадобится репетитор.
Ксавье смотрел на нее, но безо всякого выражения, словно на компьютерный монитор. Лана выгибала спину, давая Ксавье возможность разглядеть свою соблазнительную фигуру. Другой парень оценил бы ее по достоинству, однако Ксавье, похоже, ничего не замечал.
— Думаю, у меня все в порядке, — ответил он. — Маркус Митчелл тебя подтянет.
Лана раздраженно прищурилась — столько усилий потрачено впустую!
— Ну, спасибо! — произнесла она напоследок.
А Ксавье как ни в чем не бывало повернулся ко мне. Теперь он был серьезен, будто пытался разгадать какую-то загадку. Я постаралась унять невольную радость — наверно, он на многих девушек так смотрит, а Лана просто исключение из правил. Я вспомнила рассказ об Эмили и выругала себя за глупые мысли.
Внезапно откуда-то появилась Молли. Она выглядела робкой, словно боялась нам помешать.
— Привет, Молли, — поздоровался Ксавье.
— Привет. — И она продолжила вкрадчивым тоном маленькой девочки: — Бет, давай скорей в кафетерий, я умираю от голода! А в пятницу я хочу, чтобы ты после школы пришла ко мне — сестра Тейлы сделает нам массаж лица. Она косметолог и всегда показывает нам разные приемы!
— И впрямь потрясающе! — воскликнул Ксавье с наигранным энтузиазмом, заставившим меня рассмеяться. — А в котором часу все намечается?
Молли проигнорировала его.
— Ну как, Бет?
— Я спрошу у Габриеля, — пробормотала я.
Ксавье явно удивился. Почему?
— Айви и Габриель тоже приглашаются, — заявила Молли.
— Не уверена, что это в их духе.
Лицо Молли вытянулось, я быстро добавила:
— Но может, они согласятся.
Она просияла.
— Спасибо! Кстати, нам надо побыть наедине.
Ксавье покорно вскинул руки и ушел. Я с трудом удержалась, чтобы не позвать его обратно.
— Габриель… м-м-м… упоминал обо мне?
Ни брат, ни сестра ни словом не обмолвились о Молли после нашей встречи у кафе-мороженого.
Наверное, Габриель очаровал Молли.
— Ага, — кивнула я.
Существует единственная ситуация, когда позволяется лгать: чтобы не причинить человеку ненужную боль.
— Правда?
— Да.
Я решила, что формально не соврала.
Габриель действительно говорил о Молли, просто не в том контексте, как она рассчитывала.
— Он рад, что я нашла такую симпатичную подругу.
В приподнятом настроении Молли взяла меня под руку и повела в кафетерий. Ксавье уже сидел за столиком спортсменов. Наши взгляды встретились, и теперь я не отвела свой. Сейчас я могла думать лишь о его улыбке — прекрасной, располагающей и завораживающей.
Глава 7
ВЕЧЕРИНКА
Молли не упустила мой интерес к Ксавье Вудсу и сочла нужным высказаться по этому поводу.
— По-моему, он не твоего типа, — произнесла она, наматывая локон на палец.
Мы заняли очередь. Ученики толкались, пробиваясь вперед. Два измученных дежурных учителя тщетно поддерживали порядок в кафетерии. Они явно ждали момента, когда можно будет скрыться в своем безопасном офисе.
Я попыталась не обращать внимания на крики и липкие пятна на полу.
— О ком ты? — спросила я.
Но моя притворная наивность не обманула Молли.
— Готова признать, Ксавье — горячий парень, но девушки, которые подъезжали к нему, получали в подарок разбитое сердце. Так что я тебя предупредила.
Меня захлестнуло желание защитить его — а ведь я практически совсем его не знала.
— Разве он такой жестокий?
— Послушай, Бет, влюбиться в Ксавье означает страдать.
— Он и твое сердце разбил? — пошутила я.
Молли порозовела.
— Ну… да.
— Извини. А что произошло?
— Он долгое время нравился мне, потом я устала говорить намеками и спросила его напрямую.
— И?..
— Ничего. Он отверг меня, очень вежливо. Заявил, что относится ко мне как к другу. Я тогда пережила один из самых унизительных моментов в жизни.
Но, по моему мнению, Ксавье поступил честно, даже благородно. Молли обрисовала его злодеем, а он всего лишь отклонил ее приглашение. Однако кое-какие представления о человеческих отношениях я приобрела и понимала, что сейчас приемлем один вариант — сочувствие.
— Неправильно это, — выпалила Молли обвиняюще. — Он расхаживает по школе, но никого не подпускает близко.
— Но он не водит девушек за нос!
— Нет, нечестно. Он, значит, слишком занят! Но когда-нибудь ему придется оставить Эмили в прошлом. Ее не вернешь! И хватит о мистере Совершенство. Надеюсь, ты заглянешь ко мне в пятницу… Хоть на время забудем о всяких противных парнях.
— Мы здесь не для того, чтобы общаться, — строго вымолвил Габриель.
— Но я не хочу проявлять нетактичность, — возразила я. — Кроме того, в субботу уже нет уроков.
— Ладно, ступай, — вздохнул брат. — Полагаю, существует способ провести вечер с большей пользой, но я не стану тебе препятствовать.
— Только один разок! — обрадовалась я.
— Надеюсь.
Мне не понравился подтекст Габриеля. Неужели я утрачиваю сосредоточенность на нашей задаче? Но я никому не позволю испортить мне настроение — мне хотелось поближе ознакомиться со всеми гранями человеческой жизни. Кроме того, так я лучше пойму свою миссию.
К семи часам я приняла душ и переоделась в зеленое шерстяное платье, сапожки до щиколоток и темные колготки. Еще я подкрасила губы помадой, которую мне подарила Молли. Результат мне понравился: я перестала быть бесцветной, как обычно.
