Астма животноводов, работников вивариев, зоопарков, ветеринаров. Аллерген – шерсть и частицы эпидермиса животных.
Астма библиотекарей. Аллерген – библиотечная пыль.
Астма парикмахеров. Аллерген – эпидермис и волос человека.
Астма рабочих производства касторового масла. Пыль бобов касторового дерева обладает очень высокой аллергенной активностью.
Астма работников по производству кофе. Аллерген – пыль кофейных бобов.
Астма рабочих производства моющих средств. Аллергены – моющие детергенты (ферменты).
«Платиновая» астма. Астма, вызванная комплексными солями платины. Металлическая платиновая пыль астмы не вызывает.
«Марганцовая», «никелевая», «хромовая» астма.
Лекарственная астма. Аллерген – лекарственная «пыль» на производстве.
Астма работников деревообрабатывающей промышленности. Аллерген – древесная пыль (дуб, красный кедр).
Астма рабочих хлопкообрабатывающей промышленности.
Астма работников производства полиуретанов, пенопластов, типографских красок.
Астма работников производства каучука, пластмасс, эпоксидных смол, красителей.
Глава 3 Бронхиальная астма: о психологии
Влияние эмоций на функцию дыхания хорошо известно из повседневной жизни. О внезапном прекращении дыхания при сильных переживаниях мы говорим: «перехватило дыхание» или «захватило дух». Вздох – общераспространенное выражение печали. Плач – комплексный экспрессивный феномен, в котором участвует функция дыхания. Дыхание – это еще и важнейший компонент речи.
Значение дыхания известно со времен сотворения мира. Господь, вдохнув в сотворенного из земли человека жизнь, дал ему душу и дух. Индивидуальная жизнь начинается со вдоха (первый крик новорожденного младенца) и заканчивается с последним выдохом, когда умирающий «выдыхает из себя жизнь».
Полярность жизни, непрерывная смена состояний напряжения и расслабления, наступления и движения, становления и завершения, отдачи и приема – все это в процессе дыхания можно увидеть яснее, чем в любой другой функции человеческого организма. При активном втягивании воздуха – состояние напряжения, при выпускании его (обычно пассивном) – расслабление.
Простое возбуждение как элементарная и еще не дифференцированная форма таких состояний, как страх, гнев, ярость и т. д., приводит к учащению дыхания. Длительно сохраняющееся, не находящее разрядки возбуждение (например, сексуальное) может проявляться актерным типом дыхания (гипервентиляцией). Уравновешенное, приятное настроение приводит к спокойному и гармоничному ритму вдоха и выдоха, как это бывает во сне. В состоянии ужаса, внезапного потрясения может наступить кратковременная остановка дыхания. Изменения характера дыхания внешне могут быть почти не заметны. Вдох растягивается, задерживается, наступает вздох. Выдох также может укорачиваться или затягиваться (акцентироваться), пока не наступит чувство облегчения при вздохе.
Таким образом, дыхание не только физиологическая функция, которая осуществляется и регулируется потребностями человека. Это фундаментальное свойство состояния собственного «Я», способ обмена и установления равновесия между индивидуумом и средой.
При отделении новорожденного от материнского организма он должен прежде всего дышать. Первый крик – это первое проявление самостоятельной жизни. Приравнивание дыхания к автономному существованию неразрывным образом запечатлевается в организме.
Поскольку существует тесная связь между дыхательной и экспрессивно-эмоциональной функциями, неудивительно, что в возникновении большинства заболеваний и расстройств дыхательных путей важную роль играют психологические факторы. Роль психологических факторов в развитии бронхиальной астмы изучалась и изучается многими исследователями (Александер, 2002; Бройтигам и др., 1999; Любан-Плоцца и др., 2000; Малкина-Пых, 2003; Менделевич, Соловьева, 2002; Радченко, 2001; Тополянский, Струковская, 1986; Федосеев, 1996)
3.1. Портрет личности, склонной к «астматическому» типу реагирования
Бронхиальная астма является классическим примером многофакторно обусловленной болезни, при которой взаимодействуют многочисленные компоненты. Эмоциональные факторы вряд ли сами по себе могут создать достаточные условия для развития болезни, но у человека, биологически предрасположенного к ней, могут привести в действие астматический процесс.
Психологическая метафора бронхиальной астмы: затруднение выживания в связи с неспособностью «дышать полной грудью» в этом сложном мире, во-первых. Наличие способности при помощи симптома (хрипеть, кашлять, хватать воздух, синеть) настойчиво обращать на себя внимание, во-вторых.
Препятствия возникают у беззащитного ребенка, когда любви родителей недостаточно, а самостоятельное дыхание – это единственная функция человека, которая появляется только после рождения. Все другие признаки нашей жизнеспособности формируются еще в материнской утробе, где уютно и безопасно, а все жизненные потребности обеспечены автоматически (Радченко, 2001).
В психосоматической медицине исследование эмоциональных компонентов астмы имеет долгую историю. До того как были открыты явления аллергии, астма считалась в первую очередь нервным заболеванием и в старых учебниках по медицине именовалась «asthma nervosa» .
С развитием современной иммунологии, краеугольным камнем которой является феномен анафилаксии (греч. ana – обратно и phylaxis – защита) – одной из форм аллергии, внимание сосредоточилось на аллергическом компоненте, и прежний взгляд на астму как на нервное заболевание стал считаться устаревшим. Сравнительно недавно, в эпоху психосоматической ориентации, эмоциональные причины возникновения астмы вновь стали предметом изучения (Александер, 2002).
Многие концепции указывают на то, что корни развития защитно-приспособительного значения симптома бронхоспазма заключаются в особенностях ранних отношений матери и больного ребенка.
В нашей культуре такие отношения, когда при сближении мать чувствует раздражение и чувство вины, а ребенок – материнское негодование и отчуждение, можно назвать «люблю и ненавижу». Это порождает у него тревогу и страх, а открытое выражение чувств запрещается матерью («не плачь, перестань кричать») и связано с опасением оттолкнуть ее. Блокирование словесного канала коммуникации вызывает как компенсацию развитие телесных коммуникабельных связей, к которым относится и стремление получить одобрение и теплое отношение матери посредством астматических симптомов. В дальнейшем эти симптомы становятся для астматика способом манипулирования лицами значимого окружения, а для семей с «тлеющим» конфликтом, от решения которого они «уходят» в силу своих невротических черт, способом сохранения семейного равновесия.
Приступ астмы часто предстает в качестве эквивалента подавляемого плача.
Приступ сравнивают с криком и плачем ребенка, протестующего против утраты защищенности. Он является своего рода «сценой плача легких». В пользу подобной интерпретации говорит тот факт, что приступ бронхиальной астмы в ряде случаев может заканчиваться рыданиями. Объяснение психологическому механизму формирования тенденции к подавлению плача находят в тех упреках и отказах, которым подвергались больные в детстве, если хотели позвать мать плачем или криком (Любан-Плоцца и др., 2000).
Повышенная личностная тревожность, часто переживаемая больным как беспричинная, является следствием неосознанного внутрипсихического конфликта между желанием любви и нежности, с одной стороны, и страхом, отвержением их, с другой.
Главным психологическим фактором развития болезни является конфликт, заключающийся в слишком сильной неразрешенной зависимости от матери. В качестве защиты от этой инфантильной потребности могут включаться самые разные личностные свойства. Соответственно, мы встречаем среди астматиков очень разные типы л ичности: агрессивные, амбициозные, бе сша башные, рассудительные, а также свер хчувствительные, эстетические типы.
Некоторые астматики обладают навязчивыми чертами характера, тогда как другие более истеричны. По-видимому, в данной ситуации бесполезно пытаться построить личностный профиль: его просто не существует.
Неосознаваемая зависимость от матери является постоянным свойством, вокруг которого могут формироваться различные типы характера.
Значение этой зависимости заключается не столько в желании быть накормленным, сколько в желании быть защищенным – окруженным матерью или образом матери. В отличие от язвенников у астматиков не замечаются фантазии о еде и пище. Вместо этого достаточно часто встречаются внутриутробные фантазии, появляющиеся в виде водной символики или входа в пещеры, закрытые пространства и т. д. Все, что содержит в себе угрозу разлучить пациента с его защищающей матерью или замещающей ее фигурой, может спровоцировать приступ астмы. Рождение второго ребенка, угрожающего привлечь к себе все внимание матери, часто совпадает с началом астматического состояния (Александер, 2002).
