class="p1">— Джин! — вскрикнула миссис Уолтер, поднимаясь со стула. — Неужели, нельзя хоть раз спуститься во…
Она осеклась, не сразу заметив Каталину за спиной дочери. Тут же ее сердитое лицо смягчилось, и она многозначительно посмотрела на супруга.
— Ваша гостья заблудилась, — лениво отозвалась Джин, и Каталина удивилась тому, как изменился и ее голос, и ее тон в обществе родителей, — я помогла найти дорогу.
— Умница, дорогая, — улыбка у миссис Уолтер получилось чересчур очаровательной. — Мисс Гринбруст, проходите.
Мистер Уолтер тут же подскочил, помог сесть Каталине по левую сторону от себя. Джин нехотя села рядом с матерью.
— Как дорога, мисс Гринбруст? — вежливо поинтересовался Рональд. — Тони сказал, что вы прибыли совсем недавно. А ведь от Денвера до Брекенриджа сплошная метель.
— Все было в лучшем виде, — улыбнулась Каталина.
Она до сих пор не понимала, что делает здесь, среди хозяев отеля. Конечно, все было неспроста, но с чего такое внимание к ее персоне? Вряд ли хорошим решением будет спросить об этом в лоб.
— Вы, наверное, теряетесь в догадках, почему мы пригласили вас на ужин? — улыбнулась Элеонора. Джин тихо фыркнула, но ее мать и не подала вида, что что-то услышала — лишь взгляд ее стал чуть холоднее.
— Мы наслышаны от того же Тони, — продолжил говорить за жену Рональд, — что путь вы держали от самого Нью-Йорка. Дорога довольно неблизкая, и ваше стремление провести рождественские выходные в Брекенридже очень похвально.
— О, боюсь, до Рождества я здесь не останусь, — улыбнулась Каталина. — Я забронировала номер лишь на две недели, а затем мне нужно будет возвращаться к работе в Нью-Йорке.
— Ах, конечно, — печально проговорила Элеонора. — Наша работа всегда портит нам все планы. Позволите узнать, кем вы работаете?
В этот момент двери в соседнюю комнату распахнулись, и в столовую хлынуло пять или шесть человек с блюдами на подносах. Поместив их на столе между четырьмя людьми, они одинаково сложили руки перед собой и встали вдоль стены за спиной миссис Уолтер.
— Каталина работает в центральной библиотеке Нью-Йорка, — быстро ответила Джин и тут же словила взгляд от матери, который можно было сравнить с пощечиной.
— Мисс Гринбруст, — холодно поправила дочь Элеонора.
— О, нет, не переживайте, мы договорились с Джин, что обойдемся без всякого официоза.
Миссис Уолтер настолько сильно сжала челюсть, что походило, будто она всеми силами пытается сдержать в себе какие-то слова.
— Работаете в библиотеке? — переспросил мистер Уолтер, накладывая себе в тарелку порцию запеченной картошки. — Похвально. Мало кто в наше время готов посвятить себя книгам.
— По дороге сюда я рассказала Каталине о библиотеке на четвертом этаже, — встряла Джин, бросив на свою тарелку ложку овощного салата. — Вы же не будете против, если она будет посещать ее?
— Конечно же нет, — улыбнулся Рональд и скользнул знакомым взглядом по лицу Каталины. Девушка мысленно брезгливо поморщилась. Так смотрел на нее главный редактор в «Мэри Клэйр».
— В общем-то, мисс Гринбруст, — голос Элеоноры вновь зазвучал нежной патокой, — мы просто хотели познакомиться с вами. Стоит признать, в нашей семье есть такая практика. Даже традиция. Например, на прошлой неделе заселилась семья Гюнтеров. Наш ужин тогда не знал границ времени, — женщина раскатисто рассмеялась. — Жаль, что Джин в то время ещё не вернулась со школы. У мистера и миссис Гюнтер прекрасная тринадцатилетняя дочь, с которой вам было бы о чем поговорить, — Элеонора чуть склонила голову в сторону своей дочери.
Каталина тоже взглянула на Джин. Вилка и нож лежали нетронутыми возле ее тарелки.
— Почему ты не ешь? — тихо проговорила Каталина, обращаясь исключительно к девушке.
Ответила миссис Уолтер.
— Ох, наша Джин, ест, как птичка. Оттого у нее такая тонкая талия и хрупкие ручки. Как и полагается настоящей женщине.
От этих слов Каталине стало так неприятно, что у нее самой пропал аппетит.
Ужин с семьёй Уолтеров не обвенчался никакими успехами. Разве что Каталина распознала в Элеоноре нарциссичную и грубую, по отношению к дочери, особу, самоуверенную и оттого убежденную в каждом своем слове. Мистер Уолтер, оказалось, за ребяческой улыбкой прятал желание уцепиться за любую чужую юбку. А Джин… Джин родилась не в той семье и не у тех родителей. Внимания к ней с их стороны было столько же, сколько к прислуге, у которой под конец вечера Рональд просил один бокал вина за другим.
Каталина чувствовала себя не на своем месте и то и дело ловила взгляд кого-то из прислуги или Джин. И отчего-то в каждом из них она видела ту горечь, с которой смотрят на умирающего от рака человека. «Что происходит? — так и хотелось спросить Каталине. — Что не так? Почему вы так смотрите? Что вы хотите мне сказать?». Но она молчала.
Оказавшись у себя в номере, Каталина свободно выдохнула. Уже перевалило за полночь, но от искрящегося в уличных фонарях снега в комнате было достаточно светло, девушка не стала включать свет, разделась, и забралась под одеяло. Сон не шел долго, по коридорам кто-то то и дело ходил, шаркая ногами по полу. Затем до слуха девушки начал доноситься скрежет — создавалось впечатление, что кто-то медленно поскрябывает по ее двери с другой стороны. Каталина вылезла из кровати, проверила замки и вернулась обратно.
Той ночью она скорее дремала, чем спала. И снился ей прекрасный мужчина с дивной улыбкой, обжигающими красными глазами и бараньими рогами. Он смеялся и тянул руки в сторону девушки. Смех его, низкий и томный, эхом отдавался в голове Каталины, и она, как в бреду, крутилась на своей кровати, подминая под себя одеяло.
Глава IV
Разбудил Каталину телефонный звонок. По правде говоря, она была рада вырваться из того состояния, которое овладело ею этой ночью. Она была во сне, но не выспалась ни капли. Хотелось терпкого, обжигающего кофе — может быть, он смог бы ее привести в чувства.
На экране мобильника высветился незнакомый номер.
— Слушаю.
Голос Каталины оказался едва слышимым, хриплым и уставшим.
— Привет, это Отис.
— Отис? — удивлённо переспросила Каталина, а, когда ее мозг начал работать, резво села в кровати и спросила: — Откуда у тебя мой номер?
— Я журналист, кудряшка, — весело отозвался тот. — Впрочем, звоню узнать, добралась ли ты.
— Да, — Каталина с тихим стоном откинулась обратно на подушку. — Вчера я ужинала с Уолтерами.
— Надеюсь, ты не сболтнула ничего лишнего.
— Для них я обычная библиотекарша, — вздохнула Каталина. — Я не глупа.
— Ты права, — задумчиво отозвался Отис. Повисла тишина, и Каталина уже было решила, что связь прервалась или же Отис сам отключился, но спустя пару
