— Занимательный был ваш дед.
— Очень. С ним невозможно было соскучиться. Его всегда переполняли новые идеи, и он щедро делился ими с окружающими.
— Не зайдете со мной в бар, пропустить по стаканчику, мисс Доббс? — доброжелательно спросил ее Джаред.
— Я не пью, — тихо ответила она.
— Понимаю. Тогда до встречи. Приятно было поговорить, — произнес он и, взглянув на часы, поспешил прочь.
— Всего вам хорошего, — отозвалась она, растерянно глядя ему в след.
Вернувшись в четверг домой после работы, Сара озадачилась тем, что решила рассортировать дедовские книги по тематике и периодам. Не то чтобы она намеревалась предложить, но...
Вдруг Джаред Камерон сам изъявит желание одолжить одну из них по интересующему его предмету, вдруг заинтересовался, услышав от нее о работе деда. Вдруг...
Завершив книжный разбор, Сара направилась на кухню.
Ей не следовало так долго игнорировать чувство голода. Это часто провоцировало сильную головную боль, спазмы по всему телу, вплоть до мучительных колик. В этот раз боли, сопровождаемые сильнейшей тошнотой, нарастали стремительнее обыкновенного.
Лоб девушки покрылся холодной вязкой испариной. Она согнулась в три погибели, пережидая первый сильный приступ, стиснув зубы и зажмурившись.
Ее бабушка всю жизнь страдала от подобных симптомов — у нее были серьезные проблемы с желчным пузырем. Когда Саре было четыре года, бабушку увезли на «скорой», после чего сделали операцию.
Схватившись за правый бок, Сара, опираясь о стены и мебель, с болезненными остановками добралась до телефонного аппарата. Дождавшись ответа диспетчера, она, превозмогая себя, назвала имя, адрес, причину. Диспетчер заверила ее, что парамедики выезжают.
Прибывшая в составе бригады Люси, забирая бывшую одноклассницу в больницу, заверила ее, что позаботится об оставшемся Моррисе до выписки хозяйки. Заручившись этим обещанием, Сара вверила себя действию сильного обезболивающего средства.
ГЛАВА ЧЕТВЕРТАЯ
«Медный доктор», как в городке звали доктора Колтрейна за его медно-рыжую голову, в полном хирургическом облачении склонился над пациенткой. Сара еще могла видеть, но все уже расплывалось.
— Вы собираетесь кромсать меня, док?
— Только твой аппендикс, Сара. Обещаю больше ничего не трогать, как бы мне этого ни хотелось, — пошутил доктор Колтрейн.
— Но у меня ничего не болит... сейчас, — ватным языком промямлила она, попутно удивляясь необычности своих ощущений.
— Да тебе сейчас даже лучше, чем всем нам, — отозвался хирург.
Хирургическая сестра велела ей считать от ста до одного.
Сара попыталась улыбнуться.
— Сто... девяносто девять, девяносто восемь... Док, только аппендикс, девяносто...
— Заметано. Ставьте маску, — распорядился хирург, когда счет Сары оборвался на полуслове...
Сару всегда удивляло то, с какой скоростью разносятся новости по их городку. Она только очнулась после операции, а медсестра уже объявила, что к ней посетители. Сара вяло кивнула, после чего в палату вошел Джаред Камерон, а следом за ним появился Плясун Тони.
— Ты не возражаешь, что Тони со мной? — тихо спросил он Сару, встав возле ее койки. — Так повелось, что мы всюду вместе.
— Все нормально, — отозвалась Сара, кивком поздоровавшись с Тони.
Тот уважительно кивнул в ответ и встал в дальнем углу палаты.
— Как ты себя чувствуешь?
— Я еще не успела понять. Было очень больно, потом наркоз, а сейчас странное и непонятное состояние.
— Поговаривают, ты лишилась своего бесценного аппендикса. Соболезную, — шутливо проговорил Джаред Камерон.
— Эту потерю я переживу, — с улыбкой отозвалась бледная измученная девушка. — Он мог убить меня.
— К счастью, этого не случилось. Мы будем тебя навещать, Сара. Есть какие-нибудь пожелания?
— Дома остался Моррис. Я даже не успела посмотреть, есть ли у него еда и вода в мисках. Люси обещала за ним присмотреть, но сейчас она на дежурстве.
— Не волнуйся, Тони заедет, проведает.
— Спасибо, — поблагодарила их обоих Сара.
— Ни о чем не тревожься и выздоравливай, — сказал Джаред, прощаясь.
После операции каждое движение причиняло Саре боль.
В один из следующих дней ее навестил Антонио Плясетто.
— Вас снабдили всеми необходимыми лекарствами или, может, что-то следует прикупить? — прозвучал громовой голос великана.
Что бы Тони ни говорил, ни делал, он неизменно хмурился.
Сара постоянно прислушивалась к его акценту, пытаясь понять, откуда Тони родом, но все безуспешно.
— Вы итальянец? — спросила она.
— Все так думают из-за моей фамилии. Но я не итальянец, я чероки, — гордо сказал Тони. — Больно?
— Я вся словно побитая, — с улыбкой смущения призналась Сара. — А мистер Камерон, он сейчас где? — осторожно поинтересовалась она.
— Мистер Камерон ждет важный телефонный звонок. Но он определенно решил взять вас под свою опеку.
— Как вы думаете, почему?
— Вероятно, это потому, что у вас обоих нет родных, а может быть, вы просто вызываете в нем чувство жалости. Мне это не известно. Мистер Камерон предпочитает не демонстрировать своих чувств.
— Должна с вами не согласиться. Раздражение и недовольство он демонстрирует куда как красноречиво, — усмехнулась Сара.
Тони предпочел сделать вид, будто не придал значения ее последнему замечанию.
— По-вашему, я жалкая, Тони?
— Вы больны, мисс Доббс. Это повод для сожалений, — дипломатично ответил тот.
На следующий день к ней заглянул Харли Фаулер, вернувшийся из затяжной командировки.
— Привет, Харли! — радостно воскликнула Сара, когда его голова появилась в дверном проеме.
— Привет, Сара. Счастлив видеть тебя в таком настроении. Идешь на поправку?
— Надеюсь. Как ты?
— Мистер Паркс целыми днями работает в поле на тракторе. Я — с ним. Устаю в последнее время. Наверное, старею, — сообщил Харли.
— Брось, — рассмеялась Сара. — Что еще новенького?
— На южной границе штата задержали двоих с крупной партией наркотиков.
— Кто эти двое?
— В интересах следствия эта информация не разглашается, — процитировал новостную сентенцию посетитель. — А что нового у тебя?
— Что может быть нового в больничной палате?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
