Читаем без скачивания Пока бьют часы - Софья Прокофьева

Хранитель Запахов тщательно всех обнюхивал, одного за другим.

— Ну, какая же это девчонка? Это министр Денег!

— Тьфу, да это же тётка министра Чистого Белья! Она, наверно, лет сто назад была девчонкой!

— Как вы смеете это говорить? Я была девчонкой ещё в прошлом году!

От усталости нос у Цеблиона светился красным светом, как будто был набит раскалёнными углями.

Под лестницей стало совсем темно. Луна закуталась в непрозрачные, влажные покрывала.

— Татти, это я! — услышала Татти дрожащий от счастья голос. И худенький, незаметный в темноте Щётка шмыгнул под лестницу. — Смотри, смотри, что я раздобыл. Это духи принцессы!

Татти разглядела на тёмной ладони круглый флакон с маленькой крышкой, украшенной стеклянным бантом.

— О!.. — прошептала Татти. — О!..

Татти уже протянула руку, чтобы взять флакон, но в этот миг где-то рядом загрохотали сапоги.

— Долго ты будешь путаться под ногами, несносный мальчишка! — раздался злобный голос. Невидимая рука вцепилась в густые курчавые волосы Щётки и отшвырнула мальчика в сторону. Щётка вскрикнул. Флакон скатился с ладони. Он чуть блеснул в волнистом лунном луче.

Татти отчаянно вскрикнула и бросилась к флакону. Она сделала несколько шагов, и тут же кто-то невидимый налетел на неё и ухватил её за плечо дрожащими пальцами.

— Я кого-то поймал! — завизжал невидимка.

Затопали сапожищи.

Татти вырвалась из грубых рук и вскочила на стул. Стул покачнулся. Татти перепрыгнула на высокий подоконник.

— Эй, я нашел какую-то девчонку под столом, — крикнул чей-то хриплый голос. — Но, кажется, у неё борода!

— Постой, постой! Не отпускай её. Может быть, это вовсе и не борода, а косы?

— Обыщите воздух! Не доверяйте воздуху! Проверьте все углы, закоулки, подоконники! — прокричал Цеблион, пробегая мимо.

Чья-то большая, грубая рука нашарила Татти и вцепилась в передник.

— Тут кто-то прячется. Здесь, на этом подоконнике! Скорее! — завопил стражник.

Передник развязался. Один башмак со стуком свалился на пол. Другой Татти успела подхватить в воздухе.

Татти взмахнула башмаком.

— Ой! — заорал стражник. — Это она! Она дерётся! Хватайте её!

Но передник он всё же выпустил. Татти ещё раз взмахнула башмаком.

— Это она! — вскрикнул второй стражник, потому что на этот раз он тоже получил башмаком по голове.

Поднялась немыслимая возня и суматоха.

— Ты отдавил мне руку!

— На помощь!

— Она здесь!

— Да слезь же с моей руки, болван!

В зал ворвался Цеблион.

— Держите её! Не выпускайте!

Он бросился к окну с протянутыми руками. Его глаза сверкали такой неистовой злобой, что у Татти на миг закружилась голова.

«Всё пропало, сейчас они меня схватят!» — подумала Татти. Она изо всех сил ударила по стеклу башмаком. Ударила ещё раз. Стекло остро зазвенело, посыпались осколки. Татти выпрыгнула в сад.

К счастью, под окном росло круглое дерево. Татти повисла на ветке, и ветка, гибко прогнувшись, ласково опустила её на землю. Татти увидела свои босые ноги, башмак, зажатый в дрожащей руке.

— Ах! Я потеряла колпак-невидимку! — в отчаянии вскрикнула Татти. — Всё кончено, всё погибло!

Татти взглянула наверх, на разбитое окно. Она увидела Цеблиона. Высунувшись, как только мог, он дрожащими от алчности руками ощупывал ветки дерева, одну за другой.

Слёзы выступили у Татти на глазах. Лунный свет блеснул в них и ослепил её. Сейчас стражники выбегут в сад, спилят дерево, обшарят всё вокруг и найдут колпак. А она… она всё погубила, и теперь ей уже не спасти братьев.

— Что, девчонка, больше нет у тебя колпака-невидимки? Потеряла его, проворонила? Теперь он мой, мой! — страшная улыбка раздвинула губы Цеблиона.

— Что это набросили на моё гнездо? — услышала Татти тоненький недовольный голос. — Ничего не видно, а душно как! Чик-чирик! Так и задохнуться недолго. Бедные мои птенчики!

Маленькая птичка недовольно шевельнулась в гнезде, взмахнула крыльями, и прямо в руки Татти упало что-то лёгкое, мягкое.

— Колпак-невидимка! — задохнулась от радости Татти.

Цеблион закричал так дико и неистово, что его голос, повторенный эхом, гулко разнёсся по всем залам дворца.

Он посмотрел на Татти. В этот миг луна сбросила свои отсыревшие облачные покрывала. Цеблион увидел залитую лунным светом большеглазую девчонку в заштопанной юбке. Её кудрявые волосы были растрёпаны, на щеках ещё светился румянец испуга.

Потом девчонка что-то натянула на голову и исчезла.

Пуст и тих был сад. Уютно спала в гнезде маленькая птица. Она накрыла птенцов крыльями, и её перья отливали в лунном свете цветным перламутром.

Глава 13

Госпожа Круглое Ушко и пчёлка Жоржетта

Госпожа Круглое Ушко выглянула из своей норки. Она неодобрительно оглядела высокий потолок и мраморные колонны.

«Слишком много комнат, и все такие большие и неуютные, — подумала она. — То ли дело моя норка. Кому он нужен, этот дворец, честно говоря, не пойму. Ну, я ещё понимаю — кухня. Там полно разной вкуснятины. Погодите, погодите, что это там блестит под креслом?»

Госпожа Круглое Ушко своими ловкими лапками вытащила из-под кресла небольшой сверкающий флакон, украшенный стеклянным бантом. Без особого труда она вытянула пробку.

— Апчхи! — громко чихнула она.

«Да это же духи принцессы! — догадалась госпожа Круглое Ушко. — Забавная находка. Надо показать этот флакон Лесному Гному. Может, это хоть немного его развлечёт. А потом я поставлю флакон на свой туалетный столик. Это будет выглядеть очень мило».

Тут мышка услышала звонкий круглый стук.

— Тинь-тинь-тинь!

Маленькая золотистая пчёлка со стоном билась в оконное стекло.

Госпожа Круглое Ушко осуждающе покачала головой и сложила на животе лапки.

— Дурочка, — сказала она. — Долго ты собираешься заниматься этими глупостями? Стекло ты всё равно не разобьёшь, а свои хрупкие крылья сломаешь. Как тебя зовут, малышка?

— Жоржетта, — почтительно прожужжала пчелка. — А вы, я знаю, госпожа Круглое Ушко. Весь наш улей наслышан о вас.

— Ну, уж не такая я важная особа, чтобы обо мне знал весь улей, — насмешливо сказала госпожа Круглое Ушко, хотя в глубине души она была очень польщена.

— Вы понимаете, здесь кто-то разбил стекло, — сладкие слёзы потекли из глаз Жоржетты. — Мои сестрички, кто пошустрее, успели улететь. Но прибежали слуги и тут же вставили новое стекло. Боже мой, что же мне делать, госпожа Круглое Ушко?

— Да, во дворце надо уметь жить. Впрочем, я помогу тебе выбраться отсюда, глупышка, — с важностью сказала мышка.

— Ах, госпожа Круглое Ушко, медовое спасибо! — обрадовалась Жоржетта и вежливо присела. — Я так хочу к цветущим липам, в свой родной улей!

— Ишь, торопыга, — нахмурилась госпожа Круглое Ушко. — Сначала ты отправишься со мной в мою норку.

— В норку? — испугалась Жоржетта и снова залилась медовыми слезами. — Что вы, ни за что на свете! Там темно, там темно.

— Ах ты маленькая негодница, — возмутилась госпожа Круглое Ушко. — Ещё смеешь мне перечить. Во-первых, у меня на столе горит чудесная керосиновая лампа. Во-вторых, у меня в норке живет мой старый друг, Лесной Гном. Ему страсть как хочется узнать, какие новости на его холме, поросшем маргаритками. Как там растёт трава, нежные корни и всё прочее. Вот расскажешь ему всё это и отправляйся восвояси.

— Я отлично знаю это местечко, — обрадовалась Жоржетта. — Белые маргаритки… И дядюшку Гнома я тоже знаю. И ступеньки, и дверь в его домик!

— Ну, так лети за мной, плакса, — уже ласково сказала госпожа Круглое Ушко. — Только не вздумай хныкать и ронять слёзы на ковёр в моей норке. Не хватало мне ещё потом оттирать липкие пятна. Порядок, прежде всего порядок!

— Медовое спасибо, — пролепетала Жоржетта. — Вся к вашим услугам.

— Вот так-то лучше, — кивнула мышка. — Лети за мной, я напою тебя чаем и дам чистый носовой платок.

А Татти тем временем шла по тёмным дорогам парка.

Она посасывала порезанный о стекло палец и немного прихрамывала, потому что одна нога была у нее босая, а на другой — деревянный башмак.

Деревья во мраке шумели громче, будто здесь они не боялись говорить то, что думают.

Дорожка кончилась. Татти пошла в темноту по скрипящей от росы холодной траве.

«Я так все хорошо придумала, — на Татти накатило отчаяние, сердце сжалось от тоски. — Куда я иду, зачем? Мне же теперь не пробраться снова во дворец. Мои братья…»

— Мне давно пора спать… Мне давно пора спать… — кто-то сонно прожужжал над ухом Татти. Маленькая пчела опустилась ей на плечо. — Светлячки, милые светлячки, зажгите ваши огоньки. Вы должны помочь этой девочке. Так сказала госпожа Круглое Ушко! А мне пора спать, спать…