Читаем без скачивания Мужчина из ее снов - Марсия Ивэник

Конечно, ни то, ни другое не было ложью, однако не давало полной картины. Какая-то часть его работы основывалась на математических расчетах, но большая часть — на квантовой физике, знании законов времени и пространства, а главное, сказал бы он, — на удаче. Путешествия в пространстве — не точная наука; эта область исследований требует широких знаний в различных областях. Поэтому на вопросы о роде занятий Клэйтон всегда отвечал, что он работает над развитием теории относительности Эйнштейна. Это был наиболее краткий и точный ответ. К тому же, мало кто обладал достаточными сведениями о теории относительности, чтобы задавать после этого какие-либо дополнительные вопросы.

Клэйтон взглянул на чек — и протянул Сильвии деньги. Пока она отсчитывала сдачу, Клэйтон, заметив возле кассы горку шоколадок с кокосовым кремом, взял две плитки:

— Еще это, пожалуйста.

Сильвия подсчитала сдачу — и лукаво взглянула в сторону Алисы, стоявшей возле дверей.

— Жест джентльмена, — шепнула она Клэйтону.

Клэйтон перевел взгляд с Алисы на Сильвию:

— Я правильно угадал ее слабость?

Сильвия протянула ему сумку.

— Если вам когда-либо надоест математика, попробуйте себя в роли детектива.

— Спасибо, буду иметь в виду.

Клэйтон открыл дверь, и они с Алисой вышли на улицу. Холодный осенний ветер дохнул им в лицо. Запах горелой листвы и дыма из каминов и печей витал в прозрачном воздухе. Клэйтон подумал, что осень — замечательное время года. Он приложит все усилия, чтобы сегодня же вечером усадить Алису перед камином и поболтать с нею о чем-то еще, кроме любви к книгам. Он надеялся продолжить тот поцелуй, который он сорвал с ее губ на лестнице. Ему хотелось разложить этот поцелуй, это ощущение на тысячи составляющих. Во-первых, это было ощущение тепла, во-вторых, ощущение мягкости и шелковистости ее губ, в-третьих, вкус этого поцелуя. Если бы ей захотелось припомнить это еще раз, Клэйтон был бы счастлив.

Однако, подходя к машине, он отметил суровость вида и тона Алисы.

— Вам не следовало бы подшучивать над Сильвией, — сказала она, — только потому, что она была вежлива с вами, сделав вид, будто поверила тому, что вы — математик.

Улыбка сошла с лица Клэйтона.

— Почему вы думаете, что я над нею подшучивал? — спросил он, действительно оскорбленный.

— Разве нет?

— Нет. — Он остановился и пристально посмотрел на Алису.

С чего это она взяла? Того гляди, она решит, когда он предложит ей шоколад с кокосовым кремом, что он и над ней подтрунивает, поймав ее на том, что она обожает шоколад и кокосы.

— Мы с нею поделились одним секретом.

— Секретом? О чем?

Клэйтон посмотрел на ее соблазнительные губы.

— Если я скажу вам, это ведь уже не будет секретом, правда?

И, открывая дверцу машины, он начал насвистывать веселую мелодию.

Алиса ходила туда-сюда по столовой, слышала, как Клэйтон то и дело чертыхался по-немецки — и кривилась каждый раз при этом, подозревая, что Мод не одобрит немецкого в своем доме. Простая работа по починке протечки затянулась уже на три часа. Она двадцать минут тому назад заглядывала на кухню: Герберт и сосед, Джордж Ингельс, сидевшие по обе стороны от лежащего на полу Клэйтона, давали советы и делились мнениями по поводу починки. Алиса начинала подозревать, что ругательства на немецком адресованы обоим советчикам, а вовсе не древней мойке.

Ей бы следовало отвлечь стариков от Клэйтона, чтобы они не мешали, но в таком случае пришлось бы встретиться взглядом с Клэйтоном, а этого ей хотелось менее всего. Их путешествие обратно к дому с Главной улицы стало сушим кошмаром: всю дорогу Клэйтон насвистывал и намекал на какой-то секрет, касающийся ее, который был известен им с Сильвией.

Что такого могла растрезвонить Сильвия? Милая, кроткая Сильвия, которую так обманул Клэйтон, сказав, что он — математик. Она, конечно, могла понять необходимость блюсти служебные секреты, но не блефовать же до такой степени?

Алиса нахмурилась, решительно вошла в кухню — и услышала новый поток немецкой речи. Ей показалось, что она знает, что означают эти слова. Алиса не могла поручиться, но ей показалось, что воздух в кухне перенасыщен тестостероном.

Она взглянула на Герберта и Джорджа, и симпатии к Клэйтону в ней прибавилось.

— Вам следует повертеть там вот этим, — сказал Герберт и бросил под мойку, где лежал Клэйтон, разводной ключ.

— Нет, нет, — поспешно встрял Джордж, поднимая с полу инструмент. — Ему нужно заменить всю секцию. — И он бесцеремонно постучал по ноге Клэйтона. — Вам хорошо видно, где колено соединяется с патрубком?

— Не слушайте вы его, Клэйтон, — тут же сказал Герберт, наклоняясь для верности пониже, — последний раз он сам занимался этим в году, когда булка хлеба стоила двадцать девять центов.

— Вы только послушайте его! — парировал Джордж. — Последний раз, когда Герберт пытался починить протечку, он залил ванную на втором этаже и испортил потолок в столовой.

Клэйтон пробормотал еще одно ругательство по-немецки, затем указал из-под мойки на дверь.

— Почему бы вам не посмотреть по телевизору футбольный матч? Я слышал, сегодня “Нотр-Дам” играет с “Пенн-Стейг”. Я вполне могу устранить протечку самостоятельно.

— Да, но кто будет подавать вам инструменты? — спросил Герберт.

— Я, — быстро ответила Алиса.

Ей уже стало совершенно ясно, что еще немного — и Клэйтон устранит протечку в мозгах и ртах дядюшки и соседа.

— А что вам известно об этом деле? — спросил ее Герберт.

— Достаточно, чтобы оставить человека в покое, пока он работает, — отвечала Алиса. Она бросила взгляд на инструменты, разбросанные по всей кухне. Было похоже на то, как если бы Герберт с Джорджем дрались этими инструментами, но победа осталась именно за инструментами, а не за кем-то из них.

— Алиса, не могли бы вы подать мне фонарик?

С торжествующей улыбкой Алиса схватила красный пластиковый фонарик, зажгла его и поместила в протянутую руку Клэйтона.

— Вот видите, я смогу подавать инструменты, — сказала она. — Почему бы вам не пойти посмотреть футбол? — Она бросила взгляд на часы. — Он начался двадцать минут назад. — Алиса заметила нерешительные, но заинтересованные взгляды, которыми обменялись Герберт с Джорджем. — Я слышала, что “Пенн-Стейг” предрекают победу над “Нотр-Дам”.

— Никогда, — азартно сказал Джордж, вставая и задвигая свой стул под стол. — “Пенн-Стейг” не способен на это.

— Что об этом рассуждать с женщиной, Джордж, — заметил Герберт. — Пошли лучше посмотрим. Алиса справится с работой не хуже нас с тобой.

— У меня есть лучшее предложение, — сказал Джордж. — Давай пойдем ко мне и посмотрим матч по моему телевизору.

— Ты говоришь это, потому что Мод ушла готовить на твою кухню, пока Клэйтон возится с ремонтом. — И Герберт протянул руку к пиджаку, висевшему за дверью.

— Ничего подобного. — Джордж надел свой пиджак и открыл дверь. — Мне просто не нравится пялиться в твой крошечный экран. У меня-то телевизор с экраном 67 см по диагонали.

Алиса усмехнулась: ответ Герберта потонул в грохоте закрываемой двери. Она принялась собирать разбросанный инструмент и перекладывать его в коробку, оставленную посередине кухни. Будет легче отыскать нужную Клэйтону вещь, если они все будут помещаться в одном месте.

— Они ушли? — с надеждой спросил Клэйтон снизу.

— По меньшей мере на пару часов, — успокоила его Алиса. Она позволила себе пропутешествовать взглядом по его ноге, и сказала:

— Могу я задать вам вопрос?

— Конечно, — почти прорычал Клэйтон, в третий раз стараясь развинтить секцию.

— Как вы там умещаетесь? — Она подошла поближе и нагнулась, чтобы лучше видеть. Лицо Клэйтона было в пятнадцати сантиметрах от хромированной трубы, локти прижаты к бокам, а фонарик зажат между коленями.

— Да так уж… повезло, — ответил он, и упрямая секция наконец-то поддалась.

— Я знаю, ваши интересы лежат в области физики времени и пространства, но не думала, что это пространство столь узкое.

Она не могла не признаться себе, что в такой ситуации и таком положении он выглядел по-дурацки. Случись его коллегам видеть Клэйтона сейчас, они либо решили бы, что он проводит эксперимент, либо — что он потерял рассудок.

— Откуда вам знать, в чем именно мои интересы?

— Я всего лишь… — Но ее ответ заглушил вопль, наполнивший кухню. Алиса быстро опустилась на колени, чтобы посмотреть, в чем дело. Она ожидала, что Клэйтон покалечил себя — и приготовилась уже увидеть его в крови. По увиденное заставило ее расхохотаться. Он отвинтил еще одну секцию — но забыл про воду, что застоялась в ней. Большое темное влажное пятно на джинсах ясно указывало, куда именно вылилась вода.