Читаем без скачивания Манхэттенский паралич - Дон Пендлтон

Глава 9

«Тихое место» Салли Палмер было маленькой, но очень удобной студией-квартирой на двенадцатом этаже небоскреба в восточной части города. Болан сидел за крохотным кухонным столом, пил растворимый кофе и безуспешно боролся с искушением подсмотреть, как девушка небрежно сбрасывала с себя одежду и надевала халат. Она уже сделала звонок в Вашингтон и теперь рассказывала другу и неофициальному союзнику о своем участии в операции и одновременно рылась в гардеробе, подбирая себе одежду, более подобающую данному моменту.

— Я была с Барни уже тогда, когда ты крушил Вегас. Когда-нибудь я, возможно, расскажу тебе, как мы познакомились. А может, и нет, — она рассмеялась какой-то одной ей ведомой мысли. — Я предполагала, что мужчина в таком возрасте не доставит мне особых хлопот в спальне. Но теперь у меня есть новости для мистера Кинси: возраст сексу не помеха. А все, разумеется, началось с секса. Потом я начала потихоньку подбрасывать ему разную информацию. Ему это понравилось, и круг моих служебных обязанностей постепенно расширился.

— А когда до тебя дошло, кем он является на самом деле? — спросил Болан.

Она нахмурилась.

— Кажется, сразу. Во всяком случае, я знала, что он — не тот, за кого его все принимали, включая, между прочим, и его подручных. А когда я увидела его телефон, мои догадки подтвердились. Аппарат установлен в тумбочке в спальне. Это целый мини-коммутатор на двенадцать засекреченных линий связи с шифратором и прочими устройствами. Он ежедневно получает доклады со всех концов страны. Мы с ним затеяли нечто вроде игры в кошки-мышки: он делает вид, что контролирует и распределяет доходы от букмекерских сделок по всей стране, — просто так, от нечего делать, — а я притворяюсь, что верю в эту чушь.

— Ты живешь у него на Лонг-Айленде?

— Не постоянно. Он очень часто посылает Меня куда-нибудь с мелкими поручениями, использует в качестве курьера, иногда подсовывает к кому-то в постель для выуживания нужной информации.

— А куда вы направлялись сегодня?

— Он не сказал. Вообще он сегодня был какой-то загадочный. Как ты думаешь, мне стоит надеть брюки? Да, надену-ка я брюки. А где же те, красные... Ах, да! Он сказал что-то о новом человеке в офисе корпорации. Кажется, он хотел нас познакомить.

— Таррин, — тихо сказал Болан.

— Точно. А откуда ты знаешь?

— Все сходится, — пояснил Болан. — Он пытается загнать Таррина в угол.

— Это питтсфилдский босс?

— Точно. Тебе что-нибудь известно об этом деле? Она пожала плечами, рассматривая блузку на просвет.

— Боюсь, что не очень много. Только то, что питтсфилдская территория упразднена, а Таррина ввели в штат «Коммиссионе».

— Ты знаешь что-нибудь о Таррине?

Она покачала головой.

— Я никогда не бывала в Питтсфилде. Однажды мне как-то показали его на вечеринке здесь, в Нью-Йорке. Но мы не знакомы. Это очень важно?

— Очень, — сказал Болан.

Конечно, весьма маловероятно, что Салли Палмер могла что-то знать о статусе тайного агента ФБР Лео. Слишком опасной и ответственной была игра. В таких случаях, чем меньше людей в курсе дел, тем лучше.

— Мне хотелось бы как-то помочь тебе. И если все пойдет по накатанной колее, думаю, через несколько дней я буду ужинать с Таррином. Одно ведет к другому. Через неделю я смогу тебе многое порассказать о мистере Таррине из Питтсфилда. А пока...

Болан ухмыльнулся и сказал:

— Не знаешь, где потеряешь, а где найдешь.

Салли вдруг словно осенило.

— Я только что вспомнила. Ты же сам из Питтсфилда, да? Так вот оно что, жаль, что я не могу помочь. У тебя с Таррином, наверное, какие-то очень личные счеты, да?

— Все мои личные счеты позади, — сказал Болан. — Забудь об этом. Таррин подождет. Сейчас главная цель — Дэвид Эритрея. Что тебе известно об этом чудо-парне?

— Барни его не любит, это точно. Ему не нравится, что он пытается прибрать к рукам территорию Маринелло. Но Барни не любил его и раньше. Мне кажется, здесь срабатывает своего рода ревность. Между прочим, мы там были сегодня утром. Сразу после тебя, кажется. Это ведь ты там побывал, да? Но что-то меня в этом деле настораживает. Мы как раз ехали в город, когда Барни позвонили. Сначала мне показалось, что он обрадовался известию о неудаче Эритреи. Но потом, после посещения особняка Эритреи, у него настроение испортилось. Он был чем-то озабочен. Всю дорогу молчал. Остановил машину и куда-то позвонил с телефона-автомата. Похоже, он не доверяет своему телефону в машине. Через несколько минут опять позвонили в машину. Я не знаю, о чем ему доложили, но он еще больше расстроился. Он сказал шоферу Чарли, что совершено нападение на Моу Дантима на Лексингтон-авеню. Я думаю, ты в курсе этих дел. Так ты будешь меня... исповедовать?

Болан опешил от неожиданного вопроса.

— А что мы сейчас делаем?

— Я облегчила душу, дорогой мой. Мое грязное тело тоже нуждается в очищении.

— Твое тело не грязное, — сказал он.

— Оно грязное внутри. Это грязь мафии. О Боже, как мне нужно очищение.

С грубоватой нежностью Болан предложил:

— Давай пока ограничимся очищением души. У нас нет времени, Салли. Надо заняться делом и довести его до конца.

Она повесила отобранную одежду на руку и с улыбкой сказала:

— Тогда я, пожалуй, приму душ. Раз ты такой деловой, то мы можем продолжить умственную работу, пока я буду освежаться в ванной.

— Прими душ, — сказал он. — Остальное подождет.

— Так я даже не уговорила тебя потереть мне спину, а? — игриво спросила она. — Смотри, потом пожалеешь.

— Одно неизбежно ведет к другому, не так ли? — сказал он, улыбаясь. Затем улыбка на его лице сменилась напускным грозным видом, и он, подыгрывая ей, добавил: — Убирайся в ванную, пока я не изменил своему чувству долга!

— Вы, мужики, хуже профессиональных спортсменов, — воскликнула она, имитируя гнев. — Что делать бедной девушке, когда все мужчины на тренировочных сборах?

— Она должна вести себя, как паинька, — ответил Болан. — И ждать, пока соответствующее стечение обстоятельств, время и место не создадут благоприятные условия для истинного очищения.

— Ловлю тебя на слове! — восторженно крикнула она и скрылась в ванной.

Болан не возражал, чтобы его поймали на слове по такому поводу. Он проводил ее взглядом, затем с сожалением вздохнул и подошел к телефону. Пришло время выйти на связь. Он набрал номер и, пока аппарат обрабатывал комбинацию цифр, закурил сигарету. В следующий момент абонент, с которым он недавно разговаривал, вкрадчиво ответил на звонок:

— Да? Вас слушают.

— Становится очень горячо, — сказал Болан.

— Спасибо за эту новость. У меня есть аналогичная для тебя. Сегодня утром взошло солнце.

— Да, на востоке, — Болан усмехнулся. — А вот тебе и вершина айсберга, Лео. Питер — это Барни Матильда.

Некоторое время Таррин переваривал это известие, затем ответил:

— Очень любопытно, правда?

— Не то слово. Он по-прежнему проявляет интерес к питтсфилдскому мальчишке. Пока, правда, не очень сильный, если тебе от этого легче. Он собирался увидеться с тобой, но я немного отвлек его. Но в любой момент его интерес к тебе может возникнуть снова, так что сделай соответствующую мину.

— Насколько ты уверен в этом? — спросил Таррин.

— Ну, скажем, информация получена из надежного источника. Я вполне убежден в ее достоверности. Стоит лишь сопоставить факты, и все сходится. Поэтому пока будем считать его Питером и держать ухо востро.

— О'кей. Но все же, где его место в общей картине?

— Там, где я сказал. Вершина айсберга. Мой источник уверен, что он — Туз Тузов. Я думаю, нам следует принять это за аксиому.

Таррин громко вздохнул.

— Если все так, то ему удалось долго держать этот факт в тайне. Я не знаю никого, кто мог бы даже предположить такое. Когда я пришел в мафию, старик Барни уже был не у дел. Ну, да ладно, будем считать, что это правда. Как ты думаешь, каковы его намерения в теперешней ситуации?

— Думаю, он хочет помешать Эритрее, если найдет зацепку. И я готов отдать ему все зацепки, которые попадутся на моем пути.

— Бедный Дэвид, — заметил, усмехнувшись Таррин. — Однако, насколько мне известно, он заручился солидной поддержкой. Думаю, он давно начал подготовку к решительному броску.

— Да, давно, — согласился Болан.

— Он выдвинул целую программу, как я знаю. Не сам, конечно. Но она была создана при его участии. Так что предпримет Барни? На открытую конфронтацию, полагаю, он не пойдет.

— Точно. Он вообще не играет в открытую. Но мне думается, я недавно поймал его за руку у коробки с печеньем. Он направлялся на встречу с диссидентами Маринелло.

— А, так это был ты? Как же тебе это удалось?

— Да у меня был один парнишка повязан.

— Отличная работа. На двадцать седьмом этаже только об этом и говорят, да и в особняке, наверное, тоже. Вероятно, другие налеты — тоже дело твоих рук.