артефакте закодирован сигнал SOS к высшим силам. И сейчас твой путь лежит в Египет — там пирамида в стадии активации. Есть график работы пирамид Земли — всё как у людей!
Передача информации закончилась, и Слава мягко провалился в сон.
Самолет разрывал воздушное пространство на высоте десять тысяч метров. Одиноко светила луна и где-то там далеко внизу плыли редкие в этих широтах облака. Маленькая рукотворная точка упрямо ползла по небу. Освещение в салоне было приглушено и практически все пассажиры спали под мерный рокот турбин «Боинга-747».
Командир корабля получил радиограмму:
— Борт 6534 у вас может находиться опасный преступник. Приметы…. Обратитесь к китайскому спец агенту Ли Ван Хо, место в салон 21Е.
Летчик растолкал неприметного гражданина и объяснил ему суть дела. Спец агент прошелся по салону и нашел подозреваемого. Предписывалось его усыпить и сдать спецкоманде в промежуточном аэропорту Катара.
Агент открыл специальный ящичек, где лежало оружие и набор препаратов. Снарядил шприц двухкомпонентным составом: один мгновенно отключал человека, а другой вводил его в искусственный глубокий сон.
Пройдя по полутемному салону, он притормозил у нужного кресла и еще раз вгляделся в европейское лицо, удостоверяясь, что это нужный империи человек. Легкий укол. Пассажир было дернулся, но ладошка агента прикрыла ему рот, и никто ничего не увидел и не услышал. А через семь секунд «лекарство» спецслужб начало действовать — пассажир отключился, превратился в мягкую безвольную тушку, которую легко транспортировать куда нужно.
Ли Ван Хо чуть улыбнулся — работа сделана. Пошел в кабину и доложил далекому командованию, что все под контролем: пассажир усыплен и готов к съему с рейса.
Чик и Плюх встрепенулись: по крови человека побежал яд. Срочно поставили гребенку заслон из 33 синтезированных в организме вещества антидотов на типовые отравления. Не помогло! Китайская фармацея древняя и отшлифована сотнями лет практики. Требовалось время на расшифровку яда и выработку нового лекарства для его нейтрализации.
Чик:
— Плюх, спасай клиента, подключай печень и почки выводи яд. Ищи, изобретай антидот. Я займусь головой.
Чик прилагал огромные усилия для предотвращения отравления мозга. Он поджал сонные артерии до минимума, чтобы сократить поток отравленной крови, он отключил на самый минимум деятельности важные участи коры, усилил отток лимфы, приказал сердцу качать кровь в замедленном режиме, активировал работу фагов, очищающих кровь. Спящий Славка стал часто дышать, хотя сердце билось слабо. Он уже два раза напустил мочу в штаны — так было надо.
Нельзя было допустить попадания клиента в лапы китайской контрразведки. Вся операция была под угрозой провала! До посадки в аэропорту в Дохе оставался час и двадцать минут.
Чик сканировал салон и нашел-таки решение. Для спецагента был припасен парашют — его дела иногда требовали нетривиальных действий.
Работа вирусов и микробов не сразу, но дала результат. Славка очнулся и прислушался к внутреннему голосу. А тот твердил:
— Через десять минут иди в хвостовой салон. Там, за шторкой, найдешь потайной ящик, достаточно монеты, чтобы свернуть два винта и взять парашют. Одевай его, открывай эвакуационную дверь и прыгай!!! Отсчитай 12 секунд, только не быстро и дергай кольцо! Внизу будет полоска берега. Как хочешь, но регулируй стропами и не упади в море — там акулы!
Ничего себе: впервые прыгай с парашютом, да еще в ночь, когда земли не видно, да на границе море глубокое — пустыня безводная. Видно, Чик и Плюх стали в нём нашими, российскими. Такие же сорви головы!
Так Славка думал, открывая ящик, и потом, надевая парашют защитного цвета. Дернул ручку эвакуационной двери, заверещал зуммер, в салон ворвался теплый воздух пустыни. — Эх, где наша не пропадала, — сказал он сам себе и шагнул в темный проем.
Справедливо полагая, что двенадцати секунд маловато, он отсчитал все пятнадцать и дернул таки кольцо, которое сжимал с момента падения в пустоту. Хлопок, резкое торможение и он повис на стропах.
Далеко в высоте мерцал огонек лайнера, в котором началась суматоха от внештатной ситуации и бледнее всех среди пассажиров был щупловатый китаец, которого в этой короткой оставшейся жизни звали Ли Ван Хо.
Внизу Индийский океан мерно катил свои бесконечные валы волн.
В отблесках Луны вода холодно отсвечивала, готовясь принять и поглотить свою жертву, что тихо опускалась с небес. Правда, справа что-то чернело. Неужели берег? Мозг не хотел смириться с близкой гибелью и лихорадочно искал выход.
Стропы! Вспомнил о них Слава и потянул правую. Парашют послушно вильнул вправо и наискось двинулся к «берегу». Вблизи это оказалось не берегом, а огромным танкером, что потушив огни, контрабандно крался из Саудовской Аравии или другой какой страны. У капитана были свои представления, как плавать по ночам. Зажженных огней не было вообще!
Слава как мог спикировал на его палубу и был безмерно этому горд. Да, он видел, как летают и приземляются мастера парашютного дела, но и представить не мог, что у него получится нечто похожее. Кому рассказать — не поверят!
Но тут он сообразил, что лучше, если его никто не увидит на этом странном корабле. Отстегнув парашют, и мысленно поблагодарив своего спасителя, он выбросил его за борт. Теперь, ощутив твердь под ногами, он взбодрился, и крадучись, светила Луна, стал искать место для своего убежища. Нутром он чуял, что если его, чужака, обнаружат, то просто, без лишних слов, примотав железяку, выкинут в океанские глубины на радость крабам, рыбам и прочей живности. Был человек, и нет человека!
Минут через пятнадцать он нашел закуток за железной дверью. Примостился на каких-то ящиках и задремал. Организм, получив мощнейшую встряску, нуждался в отдыхе.
Утром его нашли. Матрос искал швабру и наткнулся на Славку. Кое как на смеси языков они разобрались в ситуации. Матрос узнал, что Славке надо в Египет, а тот в свою очередь, что этот танкер «левый» и не может официально идти через Суэцкий канал. Они пойдут вокруг Африки. Это плохо. И сойти негде — кругом океанские волны.
За ночь танкер, кравшийся вдоль Аравийского берега, ушел в просторы Индийского океана.
— Что делать? — задал себе сакраментальный вопрос россиянин.
Думай, думай, твердил он себе, жуя бутерброды, которые принес сердобольный матрос, питавший уважение к стране, которая наперекор всем и даже США, была самостоятельной и грозной силой, надеждой многих угнетенных стран!
Тут вовремя проснулся «друг».
Плюх:
— Эй, попроси чего-нибудь сладенького. Да и не парься особо: к вечеру вас встретят пираты из Сомали. Пошмонают для порядка. У тебя денег-то нет, не зли их. Нарисуй на бумаге, что хочешь к ним типа как
