— Мама в детстве рассказывала. Она была когда-то знакома с одной ки… ку… черт, забыла. Есть у них какое-то особое название. Так вот, я помню, что лисы умеют принимать обличье человека и достаточно хитрые, чтобы их при этом не смогли опознать. По крайней мере, обычные смертные.
— Но не заклинатели? — догадливо ухмыльнулась Полина. — Ладно, допустим: во-первых, ты поверила Шурику. А во-вторых?
— Шерсть!
Подруга нахмурилась:
— Я, конечно, могу ошибаться, но Алия не была покрыта шерстью. Иначе я бы ее точно запомнила.
— Поля, она демон, а не йети! — Я скрестила руки на груди. — Но у меня мама как охотничья собака: лису способна учуять за километр. А еще норку, песца, шиншиллу, соболя — тот вообще вне конкуренции. Но когда выбора нет — сойдет и лисица. Она только на один волосок посмотрела и сразу все поняла. Алия — демон. В смысле, лиса. С девятью хвостами.
Несколько мгновений Поля молчала. Потом вздохнула:
— О'кей, — и достала телефон.
Я нахмурилась:
— Ты что делать собралась?
— Что-что… — перекривилась Полина, набирая номер. — Переложить твой геморрой на более заинтересованные плечи. Алло, Костик?
Я навострила уши.
— Чем занят? Говорить можешь? — будничным тоном продолжила готесса.
На том конце провода раздались подозрительные шорохи, затем Костик встревоженно, но тихо ответил:
— Если ты опять хочешь предложить мне какое-то увлекательное путешествие — то не могу! Я занят! А если с Раптором проблемы — то говори быстрее. Потому что я все равно занят, но об этом, так и быть, послушаю.
Мы с готессой обменялись смеющимися взглядами. Раптором Костик назвал своего домашнего «любимца» — мешок с костями велоцираптора. И хранил он его (надеюсь, временно) в нашем чулане. А потому жутко переживал, что с ним может что-то случиться. За сегодня уже дважды звонил, ответственный гробокопатель…
— С Раптором все хорошо, — утешила Поля одногруппника. — Лучше скажи, чем ты сейчас занят, чтобы я поняла, сколько у меня времени и насколько издалека заходить.
— Не надо ничего понимать! — отрезал Костик. — Говори как есть. Я на свидании, в ресторане. Меня за столиком ждет девушка!
Мы переглянулись еще раз. Теперь уже с куда более мрачными лицами.
— Девушка? — мрачно уточнила Полина. — Не Алия ли случайно?
— Неужели запомнила? — с легким недоверием уточнил парень. — Да, именно она.
— Слушай, Костик, — строгим голосом заявила Полина, — есть информация, что эта девчонка…
— Помехи на линии! — прыгнула вперед я и, прежде чем готесса успела вмешаться, нажала «отбой».
Поля подняла на меня круглые офигевшие глаза:
— Ты чего творишь?!
— Это ты меня спрашиваешь?! — воскликнула с негодованием. — Ты собиралась назвать Алию лисой!
— Ну, естественно! — рявкнула готесса. — А ты думала, я Костику зачем звоню? Чтобы предупредить, конечно!
Я выразительно скривилась:
— Да разве можно обвинять кого-то без доказательств?!
— Но ты же сама мне только что пять минут втирала про уникальный нюх Ядвиги!
— Слушай, он не настолько уникальный! — попыталась оправдаться, но чувство стыда все равно залило щеки краской. Полина ведь и правда поступила самым разумным образом. И к этому решению подвела ее своими подозрениями именно я. Правда, была и другая сторона вопроса. — Неужели ты думаешь, что Костик тебе вот так возьмет и поверит на слово? Если даже мы с тобой сомневаемся. И потом: вдруг Алия захочет защитить свой секрет?
— Чего бы ей это не стоило? — хмыкнула подруга, намекая на таких могущественных «сразителей демонов», как наша веселая команда. Я вздохнула:
— Скорее, чего бы это ни стоило нам. Лиса сильнее ведьмы, а Шурик сейчас далеко. Неизвестно, как поступит Алия, если решит, что Костик ее в чем-то подозревает. Знаешь ведь поговорку: нет человека — нет проблем? А по маминым рассказам выходит, что лисы вовсе не обременены какими-то особыми моральными принципами. Потому пока мы не станем что-либо говорить Перову. Нужно выяснить все об этих демонах и особенно о том, как их опознать. И только потом все расскажем.
— К тому моменту он втрескается в нее по уши, — хмуро заметила Полина.
Я развела руками:
— А мы не будем долго выяснять. К счастью, у меня есть Книга Знаний — источник и решение большинства проблем рода Моргалис. Завтра утром зададим ей пару вопросов. Одно свидание Костик точно должен продержаться.
— Ну, не знаю, — с сомнением протянула Полина. — Он ради Алии решился сцепиться с арабскими гопниками…
— У тебя есть идеи получше? — резко спросила я. — Тогда просвети. Потому что я пока не придумала, как сказать Перову о том, что его девушка — некая неведомая фигня, и не быть при этом посланной в тридевятое царство. Если лисица вообще даст нам шанс туда уйти!
Полина вздохнула:
— Хорошо! Согласна с тобой, гений аргументации. Сначала знания, потом бой. У меня только один вопрос.
— Ну? — мрачно уточнила я, ожидая чего угодно, от «А не будет ли Костик на нас злиться за молчанку?» до «Может, стоит привлечь к поискам информации старшее поколение, раз у них опыта больше и нюх такой продвинутый?», но Поля смогла-таки меня удивить:
— Можно я сегодня у тебя переночую? — спросила она, с тоской глядя на рубашку Богдана. Мои губы дрогнули в улыбке.
— Да. Только помойся сначала. Не знаю, что там дракон устроил в комнате брата, но твой вид с моими чистыми простынями никак не вяжется.
Следующим утром мы поехали в нашу с мамой старую квартиру. Многоэтажка встретила бывших жильцов тишиной и какой-то странной умиротворенностью, которая бывает только в конце февраля, когда снег еще покрывает землю пушистым ковром, но солнце с каждым днем задерживается на небосводе все дольше и дольше, начиная потихоньку припекать. В воздухе витает весна, коты ночами орут под окнами в ожидании любвеобильных кошечек, с крыши по капельке исчезают сосульки, а на лавочке у подъезда, щуря глаза и подставляя лица теплым лучам, восседают довольные пенсионерки. Лидия Васильевна, Татьяна Федоровна и Елена Сергеевна: трио мушкетеров, так и не дождавшихся своего д’Артаньяна. Надежный оплот нравственности и культуры дома, несгибаемая зашита его спящего сада и хранительницы такого количества знаний о жильцах подъезда, что моя Книга, будь она живой, сдохла бы от зависти. Меня бабульки не то чтобы любили, скорее, терпели. Хотя лично я всегда была девочкой-цветочком: им не грубила, вандализмом не занималась, музыку громко не слушала. Единственное, что портило мою почти безупречную репутацию в глазах пенсионерок, — мои друзья.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
