- Я бы не стал тебя обнадеживать, будь это не так.
Дэниел только на секунду прикрыл глаза, чтоб позволить себе вздох облегчения, после чего вновь вонзился взглядом в Ирис и еще несколько минут боролся с искушением задушить мою обидчицу, но все же нехотя остановился, разжал руки и отбросил ненавистное тело в сторону.
- Увести, – одно слово Императора и преступницу, валявшуюся на полу и взирающую на остальных с презрением и жгучей ненавистью, окружила королевская свита.
Это последнее, что я видела перед тем, как отключиться.
- Девочка моя, слава Богу ты очнулась. – Элейна сидела рядом со мной на кровати, держав одной рукой мою руку, а другой утирала струящиеся по ее щекам слезы.
Я еще не до конца пришла в себя: голова болела, а глаза и вовсе не хотели открываться, но когда мне удалось их раскрыть, я увидело все семейство Прест рядом со своей кроватью: «Что случилось? Почему вы…… - какие-то обрывки воспоминаний и картина сложилась. Я жива? Это не сон? – не веря в происходящее, я попыталась подняться с кровати, но заботливые руки Элейны уложили меня обратно.
- Как моя девочка? – спросила я, прижав руки к животу, пытаясь почувствовать хоть крошечное шевеление.
- Все в порядке. Доктор Гибсон была здесь, она тебя осмотрела и сказала, что волноваться не о чем. – Элейна погладила меня по голове, а затем так же нежно и мой живот.
- Почему я жива? Это был не яд?
- Яд. Нам самим интересно, может ты ведьма? – шутя произнес Кайл, добавив немного задумчивости своей интонации. Саманта, улыбнувшись на предположение мужчины, поспешила меня успокоить: «Дэниел с Императором сейчас в кабинете разговаривают как раз об этом, так что мы скоро все узнаем».
- Как вы нашли меня?
- Ксю, ты все еще сомневаешься в наших способностях? – вновь прозвучал ироничный тон Кайла.
- Конечно, нет, просто интересно.
- Нам помогли Смиты, - ответил Адам. В общем, это было нетрудно. Человек, который тебя увез из дома, не знал кого похищает, он – простой жулик, не чурающийся грязной работенки, если за нее хорошо платят. Ирис же и не думала оставаться неразоблаченной. Она хотела одного – твою смерть на наших глазах, ей надо было только немного времени, чтоб исполнить свой план.
- А что с ……… с ней? – язык не поворачивался назвать мою несостоявшуюся убийцу по имени.
- Она получила по заслугам. Император назначил смертную казнь. Приговор приведен в исполнение, – сказал Винсент, положив руки на плечи своей жены.
Я никогда не была мстительной или кровожадной, но на этот раз испытала облегчение от того, что больше никогда не встречу ее на своем пути, что можно спокойно продолжать жить, не прислушиваясь к каждому шороху в ожидании беды.
- А как здесь оказались вы? – спросила, посмотрев на Элейн с Винсентом.
- Как только мы поняли, что тебя похитили, то сразу связались с ними. – сказал Кайл.
Продолжать было без надобности, остальное было понятно и без слов. Я смотрела на них и чувствовала благодарность и любовь, ответную любовь к каждому из присутствующих. Их лица еще сохраняли отпечаток переживаний и тревоги за меня, за Дэниела и нашу дочь. Не только моя судьба была сегодня на волосок от смерти, их судьбы тоже были на краю пропасти. Они как будто стояли рядом все это время, готовые полететь с обрыва следом. В этом и есть смысл семьи – ты никогда не будешь один: ни в горести, ни в радости. Все поровну между близкими людьми.
Дэниел сидел в кресле напротив Императора, сохраняя спокойствие, но в свете последних событий это давалось ему это с огромным усилием: «Ксения жива, как Вы и сказали, почему?»
Император не стал мучать своего собеседника долгим молчанием: «Она – Богиня».
- В каком смысле, разве ее родители не были людьми?
- Были.
- Что это значит?
- Ты ведь знаешь поверие о Богах, о тех, кто был убит людьми, - ответа на этот вопрос не требовалось, каждый Верховный знал эту легенду, но до сегодняшнего дня она так и оставалась легендой, - Они добровольно расстались с бессмертием, чтоб сохранить жизнь своим детям и тем самым заслужили право на возрождение. Теперь их души возвращаются на Землю, каждая в свое время. В твоей жене живет божественная душа.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
- Почему Вы сразу ничего мне не сказали? – Дэниел был ошеломлен подобной новостью.
- Некоторые вещи стоит скрывать до определенного времени, а некоторые и вовсе незачем открывать.
- Значит она бессмертна. – Дэниел пытался уложить в своем сознании, открывшуюся истину, - Все возвращающиеся души бессмертны, даже если рождаются у обычных людей?
-Конечно. Для каждой из них уготована новая роль, и все они займут подобающее место среди нас.
- Но Ксения не обладает нашей силой. И вообще, она такая хрупкая, что больше похожа на человека, чем на Верховную.
- Силу она постепенно накопит. Что касается остального……Верховные, рожденные у людей, от Богов получают только душу, внешние признаки от своих родителей. Генетика, знаешь ли. И, да, Дэниел, эта информация не должна выйти за пределы семьи, ты ведь понимаешь?
Дэниел кивнул Императору. Хранить тайны Верховные умели и для них это стало скорее инстинктом самосохранения, нежели обычной необходимостью: «Вместе с душой должны передаться и способности, у Ксении они есть?»
- Мы все знаем Богов высшего эшелона, вспомни, чем владела Эмилия.
- Эмилия была Богиней света, она могла даровать надежду отчаявшимся, а при чем здесь она?
- Ее душа живет в Ксении, так что какие-то из талантов Эмилии обязательно проснуться в твоей жене.
- Эмилии? – Дэниел усмехнулся. - Забавно, она ненавидела моего деда.
- Она его любила.
- По рассказам мне помнится другое.
- Янтаро тоже любил ее, просто не мог совладать со своим характером, недаром он был Богом раздора. Твой дед всегда был напористым и строптивым, привыкшим без усилий брать все, что захочет, и если не отдавали по-хорошему, то не гнушался пускать в дело свой дар, а она не могла смириться с этим. – На секунду задумавшись, как будто вспоминая, Император продолжил, - Получив от нее отказ, твой дед горевал не долго. Эмилия думала, что он изменится, чтоб завоевать ее, а он вместо этого отправился лечить уязвленное самолюбие в объятия человеческих женщинах, причём всех без разбора: и тех, что отдавались добровольно, и тех, которых приходилось подвергать гипнозу. Они так и не смогли преодолеть пропасть, которая их разделяла, и лишь на смертном одре оба сожалели об упущенном времени.
- Я не знал ничего этого.
- Мало кто знает.
- Именно я отмечен в мужья Ксении, потому что Янтаро был моим дедом?
- Нет, ты и есть Янтаро. Ты ведь тоже отмечен, как и Ксения.
После этого открытия Дэниел почувствовал себя так, будто получил удар под дых огромной дубиной. Это было слишком даже для него: тысяча вопросов в голове – и столько же сомнений, но не доверять словам Императора повода не было.
Видя замешательство и ошеломление на лице своего собеседника, Император заговорил вновь: «Я знаю, что у вас в семье в шутку списывают твой непокорный нрав на схожесть с характером деда; отчасти это могло быть правдой, если бы в тебе не жила его душа».
- Почему мы с Ксенией родились не в одно время, почему с разницей в несколько столетий?
- Потому что так угодно провидению. Ты знаешь, почему люди свергли Богов?
- Им надоело подчиняться.
- Потому что Боги заигрались. Они забыли об обязательствах, о своем долге. Наши способности – это власть, это дар, но точно так же это и ответственность. Когда организм болен и не поддается лечению, он умирает. Мы были больны своим эго, гордыней, опьянены властью и могуществом, используя врожденные таланты в угоду своим желаниям, и ничего не могло нас остановить – кроме смерти. Перед ее лицом все равны. Она не выделяет богатых и царствующих, она одинаково безжалостна ко всем. И теперь, возрождаясь вновь, они получают шанс на искупление и исправление ошибок.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
