— Ну надо же кто пришел… — с улыбкой произнёс маг.
Вмиг поднялся из кресла, отвесил приличный моменту поклон, и добавил:
— Леди Астрид, вы невероятно хороши.
Дантос тоже улыбнулся и, вопреки опасениям, журить за неприличный вид не стал. Видимо, сообразил, что каждое переодевание — пусть не большая, но всё-таки вероятность испортить причёску. А испорченная причёска — это повод для нового кошмара, который кто-то из нас может не пережить.
— Благодарю, — сказала я Вернону, чтобы тут же направиться к диванчику, на котором герцог Кернский обосновался. Спросила на ходу: — Ты с новостями или как?
— С новостями, — отозвался брюнет и вздохнул.
Этот вздох непрозрачно намекал на то, что новости уже озвучены, но я решила понаглеть и, усевшись рядом с Даном, подарила нашему магически одарённому другу вопросительный взгляд.
— Вернон с утра на докладе у Ронала был, — пояснил герцог Кернский.
— И? — подтолкнула я.
Только сейчас заметила, что Вернон выглядит слегка усталым. Бокал вина, отставленный на письменный стол, тоже только сейчас увидала.
— Я рассказал их императорскому величеству про труп и найденные при нём предметы. Твои пояснения насчёт того, откуда эти вещи у трупа появились тоже озвучил. Также сказал про кортик, озеро Отречения, и новые способности Дантоса.
— И как император на это всё отреагировал?
Мой голос прозвучал спокойно, но сердце сжалось. Как Роналкор отнесётся к трупу и прочим мелочам меня, в действительности, не интересовало. А вот новые способности Дана…
Если вдуматься, это по-настоящему опасно. Даже если наше расследование застопорится, и клятвы останутся единственной подвластной ему областью древней магии, шанс нарваться на гнев императора — огромен.
Просто эта способность… чересчур серьёзна. И многовековая покорность народа метаморфов — лучшая иллюстрация на тему обретённого Дантосом могущества.
Вернон ход моих мыслей понял. Или сам размышлял о том же? Вот только ответ, озвученный магом, совершенно огорошил…
— Их величество не удивился, — сказал Вернон. — Более того, он посмеялся и обещал оказать всестороннюю помощь в освоении Дантосом этого дара.
Я слегка онемела. Потом нашла в себе силы выдохнуть и спросить:
— Помощь? А чем он может помочь?
Мне подарили снисходительную улыбку, и только потом изволили намекнуть:
— Договор с народом метаморфов составлял личный маг первого императора.
Секунда на осознание, и я едва сдержала желание ударить себя по лбу. Личный маг императора! Ну конечно! Как раньше не сообразила?
— А от него что-нибудь осталось? — поспешила уточнить я. — В смысле, какие-то записи, дневники?
— Роналкор сказал, что осталось, — ответил брюнет и потянулся к бокалу.
Ну а я резко осознала: все мои сегодняшние мучения — не зря! И мне ужас как хочется попасть на приём в честь дня рождения принца Руала. Более того, я готова бежать туда немедленно! И ужасно недовольна тем, что сейчас только три часа пополудни.
А ещё… очень надеюсь, что мне позволят присутствовать при разговоре, касательно всего этого дела. Меня же пригласят? Позовут?
Так. Стоп.
Приступ эйфории закончился едва начавшись, а в сознании вспыхнул новый, не слишком приятный вопрос — а зачем Роналкору это всё? В чём соль?
— Всё просто, Астрид, — хмыкнул подслушавший мысли Дан. — Ронал рассчитывает на мою поддержку. Он понимает: в случае чего, эта магия может сослужить хорошую службу и ему, и короне.
Тут же вспомнились слова о лояльности, и я непроизвольно кивнула. Дантос предан Роналкору, более того, их связывает давняя дружба. У императора нет причин не доверять герцогу Кернскому, и помочь в данном случае гораздо выгоднее, нежели мешать. Тем самым Ронал демонстрирует, что он на нашей стороне, и подстёгивает желание оказать ответную услугу. Но… всё равно подозрительно. Неужели Ронал настолько Дантосу доверяет?
— А мне интереснее другое, — вырывая из раздумий, сказал блондинчик. — Ронал не удивился. Он среагировал так…
— …будто чего-то подобного и ожидал, — закончил фразу Вернон, подтвердив тем самым: да, с точки зрения участника того разговора, так всё и было.
Я невольно замерла и нахмурилась, а через мгновение вздрогнула — просто стук в дверь очень неожиданно прозвучал, и чуточку напугал. Но ничего страшного, разумеется, не произошло. Просто Пелим поднос с чаем и бутербродами принёс.
Мой желудок среагировал мгновенно, но позорить хозяйку громким бурчанием всё-таки не стал. Однако ждать пока слуга опустит поднос на стоящий подле дивана столик, нальёт чай и удалится, было невыносимо.
Едва Пелим вышел, я нетерпеливо подхватила и надкусила первый бутерброд. А доев и сделав пару глотков чаю, смогла вернуться мыслями к прерванному разговору.
В памяти почему-то строки из дневника Ласта всплыли. В частности, рассуждения о том, как именно Ласт день и час нашей встречи вычислил, и дифирамбы в адрес некоего предсказателя. Как его звали? Нириэль?
И невольно подумалось: а что если…
— Это возможно, — вновь перебил размышления Дантос. — Правители любят предсказания, и Роналкор не исключение.
Я не могла не согласиться, а заодно не вспомнить об ещё одном предсказателе. Вернее, предсказательнице. Провидице из Рассветного замка!
Итогом стал пристальный взгляд, устремлённый на герцога Кернского, а тот…
— Не сейчас, Астрид, — сдерживая улыбку, сказала их светлость.
Захотелось возмутиться. Просто мне столько раз обещали, а до сих пор не рассказали. И тот факт, что я сама устроить допрос забываю — не повод над моим любопытством издеваться.
Я уже собралась озвучить эти претензии, но меня перебили.
— Я всё понимаю, — в голосе Вернона прозвучал укор, — но может хватит шушукаться? В конце концов вы не одни, а шептаться в присутствии третьего, знаете ли, не прилично.
Стыдно? Ну вообще-то стало, но лишь чуть-чуть. Да, Вернон прав, но… если кто не заметил, это не я телепатические сеансы устраиваю.
— Извини, — отозвался Дан миролюбиво.
Несмотря на свою невиновность, я тоже жалобный взгляд магу послала. А потом подумала и перенесла всё своё внимание на бутерброды. Просто разговоры — это хорошо, но умереть от голода совершенно не хочется. Тем более сейчас, когда мы оказались на пороге разгадки очень любопытной тайны.
Что-то подсказывало: Роналкор юлить не будет. Он непременно объяснит, что к чему. И тем ярче стало желание поехать во дворец. А ещё… произвести на монарха достойное впечатление.
Сижу. Сижу на обитом бархатом диванчике и снова ужасно… нет, не нервничаю, но около того.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
