– Твои волосы связаны, – сказал человек-дракон, и от его хриплого голоса она нервно дернулась. – Развяжи их.
Лидия сделала то, что он просил, чувствуя, как дрожат ее руки, распуская узел волос. Они волной упали ей на плечи, и чем больше она старалась разгладить их, тем спутаннее они становились. Китаец мягко отвел ее руки, расправляя пряди волос. Тут же, конечно, возник и Фу Де, подавая ему гребень. Вскоре он расчесывал ее волосы нежными плавными движениями.
Она должна испытывать благодарность, говорила себе Лидия, за то, что он больше ничего не делал, а лишь прикасался к ее волосам. И все же ее беспокойство возрастало от каждого его прикосновения, и, пока он это делал, девушку охватила паника, внутри все сжалось.
– В тебе есть металл, – заметил китаец. – Золото вытекает из тебя так же легко, как и вода.
– Мои волосы не из золота, – высокомерно возразила она. – Это просто цвет моих волос. Они не из металла.
Китаец отошел назад, его глаза сузились, а она молча проклинала свой глупый язык. Ей не следовало поправлять его. Но ведь он настоящий дикарь, если не понимает очевидных вещей. Через мгновение он заговорил, в его резком голосе звучало замешательство:
– Ты хочешь рассердить меня? Или же люди у вас ничего не знают?
Лидия взглянула на него, пораженная этим заявлением, и повторила:
– Мои волосы не из металла.
– Конечно, это не металл, – отрезал он. – Но они сверкают, как золото, а цвет твоего лица имеет оттенок слоновой кости. Это означает присутствие металла в твоей... – его голос замер, потому что он подыскивал нужное слово.
– Личности, – шепотом подсказал Фу Де из-за двери. Дракон склонил голову, соглашаясь с ним.
– В твоей личности.
– Но это же смешно. Мои волосы и моя кожа не определяют моей личности.
– Конечно, не определяют. Они являются ее отражением, – заявил он.
– Но...
– Ты хочешь бросить мне вызов? – спросил дракон.
Хотя он говорил совершенно спокойно, она почувствовала, что внутри у него все кипит от гнева. Поэтому Лидия опустила голову и стала разглядывать свои руки.
– Не знаю, способна ли ты понимать такие вещи, но не смей поправлять тех, кто разбирается в этом лучше тебя, – продолжал китаец.
Ей хотелось возразить, но она приказала себе сдерживаться во что бы то ни стало. Лидию возмущала абсурдность ситуации, когда этот китайский язычник считал себя выше англичанки. Но с этим приходилось мириться: он был сильнее и у него были ключи от места ее заточения. Поэтому она подавила в себе гордость, позволив ему считать себя главным.
– Поскольку я щедрый человек, – заявил он, – то буду учить тебя так хорошо, как только смогу. Учись, и ты получишь от этого выгоду. Или же игнорируй меня и оставайся глупым животным.
Ее язык снова не послушался ее. Она вскинула голову, сжав кулаки.
– Я не животное! Я англичанка, и ты не имеешь права так разговаривать со мной!
Он посмотрел на нее с какой-то грустью и покачал головой.
– Никакого постоянства.
Из-за дверей послышался голос Фу Де, который произнес что-то по-китайски, и дракон снова кивнул.
– Да. Это недостаток всех, в ком преобладает вода. Никакого постоянства. – Он протянул руку, взял Лидию за подбородок и принялся изучать ее лицо. Несмотря на все усилия, по ее щекам текли слезы. А он продолжал разглядывать ее. – Ты человек воды, ты перетекаешь из одного в другое. То ты решаешь быть сильной, то твоя воля уходит словно вода сквозь пальцы, и ты говоришь вещи, о которых потом жалеешь. Разве не так?
Лидия попробовала отвернуться, но не смогла. Его взгляд был слишком пронизывающим, а слова чересчур правдивы.
– Отвечай мне! – выпалил он. – Разве не так?
– Да, – наконец выдавила она. – Но если я вода, то ты должен быть огнем, потому что все время фыркаешь, горячишься и готов вспылить в любую минуту!
Она хотела оскорбить его, нанести ему удар с помощью разума и слов. Но вместо вспышки гнева, которой она ждала, дракон отступил в сторону с расширенными от изумления глазами.
– Так ты понимаешь... – пробормотал он.Затем он взглянул на Фу Де, который тоже был поражен. Не понимая фраз, которыми они быстро обменялись, Лидия догадалась, что ни дракон, ни его слуга не могли поверить, что она могла вникнуть в смысл их примитивных концепций.
Она не знала, как оценить их реакцию – сердиться или позабавиться, но она мгновенно приобрела преимущество. Поэтому она встала перед драконом и осмелилась сказать:
– Так что, как видишь, я не дура. Поэтому меня нельзя держать здесь, словно животное. Нельзя удерживать меня против моей воли. – Лидия помедлила, не решаясь унизиться настолько, чтобы начать умолять. Но все же она пошла на это. В ней возникла надежда. – Отпусти меня. Пожалуйста.
Лидия не знала, чего ей ожидать в сложившейся ситуации и стоит ли рассчитывать, что ее доводы повлияют на этого варвара. И все же, когда лицо монстра стало жестким и он грубо толкнул ее на кровать, острое разочарование заполнило ее сердце.
– Да, ты не полная дура. Но ты женщина, а девять добродетельных китаянок не стоят даже одного хромого мальчика. Ты, женщина-дух, стоишь еще меньше одной добродетельной китаянки. Поэтому ты будешь подчиняться мне. Тебе придется научиться всему, на что будешь способна. И возможно, ты получишь большую выгоду, чем думаешь.
На этот раз она по-настоящему рассердилась и, выпрямившись, гордо сказала:
– Я думаю о свободе. Ты дашь мне ее?
Лидия не надеялась, что он обратит внимание на ее слова. Но ничто в Китае не соответствовало представлениям девушки об этой необычной стране и ее людях. Она была поражена, когда он кивнул и вполне серьезно ответил:
– Когда мы закончим с этим, я подумаю о том, чтобы отпустить тебя.
Она пристально посмотрела на него, чувствуя, что в ее груди зарождается надежда.
– Ты отпустишь меня? – с мольбой в голосе спросила Лидия, ненавидя себя за этот тон.
Пленница хорошо понимала, почему вынуждена просить и умолять этого китайца: слишком часто ее надежды терпели крах, как только она ступила на шанхайскую землю.
– Если ты дашь мне то, в чем я нуждаюсь.
Лидии показалось, что кровь в ее жилах застыла, но она заставила себя произнести вполне уместный вопрос:
– В-в ч-чем ты нуждаешься?
– В инь. – Она, конечно, не поняла, и тогда китаец попытался объяснить: – В твоей воде. Мне нужна твоя женская водная сила инь, чтобы уравновесить мой ян. Мой огонь.
Она сглотнула, с ужасом представляя себе, что он желал получить от нее.
– Мои слезы? Тебе нужны мои слезы?
– Мне нужно намного больше, чем это. – Он выглянул в окно. – Нам пора начинать. Сядь на кровать. Лицом ко мне.
Она знала, что сопротивляться бесполезно, но пыталась двигаться как можно медленнее. В ее голове рождались страшные картины. Может, он собирался уколоть ее кинжалом, чтобы пустить кровь и получить воду?
